Гринвуд: танцуй со мной или запрещённый прием - Ана Тихая

Я уже хотела сказать твердое «нет», но перед глазами вдруг всплыло лицо того парня у ворот. Гринвуд. Капитан. Его территория. Его правила.

«Значит, ты думаешь, что я малявка, которая мешается под ногами?» — прошептал мой внутренний голос.

Внезапно идея оказаться в эпицентре его мира — на ледовой арене — перестала казаться ужасной. Это была возможность. Возможность показать ему, что настоящая сила — это не только мышцы, но и контроль, дисциплина, искусство.

— Ледовый дворец? — переспросила я, чувствуя, как внутри разгорается азарт.

— Да. Тренировки сразу после их практики.

— Хорошо, — я хищно улыбнулась. — Я согласна. Но предупреждаю: я перепишу их программу с нуля. И никакой «милой» классики. Будет жестко.

Выходя из кабинета, я чувствовала, как адреналин бежит по венам. Я знала, что иду в логово зверя. Но я не была добычей. Я была охотником, который собирался превратить его жизнь в один сплошной баттл.

Райан

Тренировка прошла паршиво. Я дважды пропустил пас, который мог бы закрыть даже первокурсник, и один раз чуть не врезался в Маркуса на ровном месте.

— Кэп, ты сегодня как во сне, — буркнул Тайлер, снимая защиту в раздевалке. — Всё еще думаешь о той девчонке из лужи?

— Отвали, Тай, — огрызнулся я, стаскивая пропитанное потом джерси.

На самом деле он был прав. Я не мог выкинуть из головы её взгляд. Тот момент, когда она подошла вплотную... Я до сих пор чувствовал запах её духов. Ваниль? Нет, что-то более сложное. Горькое, как её слова.

Обычно девушки смотрят на меня как на билет в лучшую жизнь или на красивую картинку. Но Ева... она смотрела так, будто я был грязным пятном на её идеально чистом пути. Это бесило. Это задевало моё эго так сильно, что кулаки сжимались сами собой.

— Ребята, вы это слышали? — В раздевалку влетел Зак, наш вратарь, с горящими глазами. — В группе поддержки пополнение. Нам назначили нового хореографа.

— И что? — я лениво откинулся на скамью. — Очередная блондинка с амбициями тренера?

— Нет, Кэп. Это та самая... дерзкая девчонка. Ева.

Я замер. Тишина в раздевалке стала почти осязаемой.

— Она? — я медленно поднялся. — Ты шутишь?

— Никаких шуток. Тренер сказал, она из профессионалов. Будет делать из наших девчонок «машины для шоу». Первая тренировка сегодня, сразу после нас.

Я почувствовал, как сердце ухнуло куда-то вниз, а потом забилось вдвое быстрее. Она будет здесь. На моей арене. Каждый день.

— Ну что ж, — я натянул чистую футболку, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. — Посмотрим, на что способны её «профессиональные» танцы на нашем льду.

Я знал, что должен уйти домой, выспаться перед завтрашней игрой. Но ноги сами понесли меня к выходу на трибуны. Я хотел увидеть её. Хотел убедиться, что она — всего лишь очередная девчонка, которая пасует перед трудностями.

Но когда я увидел её в центре катка — в черных облегающих легинсах, с собранными в тугой узел волосами, отдающую команды так, что даже Бриттани стояла по стойке «смирно» — я понял: я влип.

Она двигалась под бит, который заставлял стены дворца дрожать. В каждом её движении была такая дикая грация и уверенность, что у меня перехватило дыхание.

«Девственница, говорите?» — пронеслось в голове. Если это правда, то она — самая опасная вещь, которую я когда-либо встречал. Потому что за этой неприступностью скрывался такой огонь, который мог бы расплавить весь лед этой академии.

Я стоял в тени и смотрел, как она танцует, и впервые в жизни я не знал, как играть в эту игру. Потому что правила здесь устанавливала она.

3

Ева

Первая официальная тренировка с «черлидершами» (хотя я запретила им использовать это слово) выжала из меня все соки. Бриттани и её свита пытались протестовать, когда я заставила их делать базу поппинга и изоляцию шеи вместо привычных взмахов помпонами, но один мой ледяной взгляд заставил их замолчать. В танце я не знала жалости.

Я вышла из Ледового дворца, когда на улице уже стемнело. Холодный воздух Новой Англии моментально пробрал до костей после жаркого зала.

— Ну что, «малявка», всё еще думаешь, что выживешь в этом климате? — Раздался знакомый голос из тени парковки.

Райан стоял, прислонившись к своему черному внедорожнику. Куртка расстегнута, в руках — стакан с кофе, от которого шел пар. Он выглядел как ожившая реклама мужского парфюма: самоуверенный, опасный и до бешенства красивый. После того как я увидела его игру сегодня, я знала, что за этой внешностью скрывается зверь. Но признавать это вслух? Никогда.

— Я выживала в залах без отопления, готовясь к чемпионатам, Гринвуд. Твой «климат» для меня — легкий сквозняк, — я прошла мимо, даже не притормозив.

— Слышал, ты заставила их сегодня учить движения, похожие на конвульсии, — он пошел следом, его шаги были тяжелыми и ритмичными. — Девчонки в шоке. Бриттани жаловалась тренеру, что ты «слишком агрессивная».

Я остановилась и резко развернулась. Райан не успел затормозить и едва не врезался в меня. Мы оказались так близко, что я почувствовала тепло, исходящее от него.

— Агрессивная? — я усмехнулась, глядя ему прямо в глаза. — Нет, Райан. Я просто профессионал. И если твои фанатки не могут согнуть спину, не сломав ноготь, это не моя проблема. Я сделаю из них шоу, от которого у тебя челюсть отвиснет на первом же матче.

— У меня не отвиснет, — он наклонился ниже, его голос стал тише и грубее. — Я видел твои танцы сегодня из тени. Ты технична, не спорю. Но в тебе нет… жизни. Ты как ледяная статуя, которая научилась двигаться.

Это был удар ниже пояса. Слова бывшего — «ты слишком правильная, ты скучная» — всплыли в памяти едким осадком. Я почувствовала, как щеки вспыхнули не то от холода, не то от злости.

— Ты ничего не знаешь о моей жизни, Гринвуд. И уж точно не тебе судить о том, что у меня внутри. Ты привык к легкодоступным эмоциям, а я… я не привыкла размениваться по мелочам.

Я развернулась и зашагала к своему общежитию. Мои пальцы сжимали лямку сумки так сильно, что костяшки побелели. Он задел меня. Нашел ту самую трещину в моей броне, которую я так тщательно скрывала под маской рассудительности.

Завтра общая лекция. История искусств. И я знала одно: я не просто приду