Ведьмочка в Академии Магов 4 - Оксана Гринберга

По дороге к академии я окончательно обдумала множество мыслей, крутившихся в голове, и пришла к выводу, что мне все же стоит написать Томасу Моору. Да, моему детскому товарищу, которого я считала вовсе не товарищем, потому что с приютских времен у меня к нему скопилось много претензий.

Но потом мы встретились, и Томас оказался неожиданно неплох – не стал меня убивать по приказу старого герцога Саверлока, хотя у него, подозреваю, были неплохие шансы все провернуть.

Из-за этого – потому что он якобы не справился, – Томас вызвал гнев старого герцога, и его отправили в ссылку куда-то очень далеко – вот, у меня даже адрес есть!

Не так давно Томас прислал мне письмо, предупреждая о грозящей опасности и пообещав приносить цветы на мою могилку, если я срочно не уберусь из столицы.

Я не убралась и до сих пор была жива, поэтому отыскала филиал королевской почты, где разжилась бумагой и чернилами. Устроившись в уголке стойки, принялась сочинять письмо Томасу – но так, чтобы суть его понял только он.

«Ты ведь помнишь крысу по имени Лекси, – написала ему, – и то, как я долго на тебя злилась?

Но, так и быть, я прощу все детские обиды, если ты вернешься в столицу. Пока еще без цветов, но если ты не поспешишь, то они понадобятся».

Запечатала письмо, понадеявшись, что Томас поймет серьезность и срочность случившегося – раз уж я пообещала простить ему крысу, названную в честь меня, – и прибудет в Альтарис как можно скорее.

Отправила свое послание адресату в тьмутаракань, не поскупившись на срочную доставку, что влетело мне в круглую сумму. Но пришлось раскошелиться, после чего я побрела в сторону академии, размышляя, правильно ли я сделала, отказавшись от предлагаемых мне Оком пятидесяти пар чулок, множества шуб, а также от целой телеги золотых слитков, которые глазья могли перевести в кроны и положить на мой депозитный счет.

Вместо этого я выбрала брачные метки – то есть попросила у навязчивого Ока и его товарищей сделать так, чтобы я больше не была связана божественными узами ни с одним из двух мужчин.

Потому что я собиралась со своей жизнью разобраться сама. Заодно надеялась, что тем самым я уберегу этих двоих от смертоубийства.

Исполнили ли мое пожелание глазья, я пока еще не знала – Око прошлой ночью меня не навещало, дав спокойно проспать до утра. К тому же моя метка давно исчезла без следа, Дарий был далеко, а у Северина у меня не выдавалось оказии подсмотреть.

Зато на пустой свой кошелек я могла глядеть хоть весь день напролет, ничего этому не мешало!

Переполняемая не слишком радужными мыслями, я дошла до входа в академию, и там-то на меня напали другие, но не менее печальные. Потому что я застыла на том самом месте, где вчера стоял Ильдар Иллариан и смотрел на меня изумленным взглядом светлых глаз.

Ну да, стоило королю услышать мое имя.

Дернула головой, отгоняя воспоминания о стреле, пронзившей грудь короля, а затем посмотрела на темное пятно, еще заметное на мостовой, хотя ее и присыпали песком.

Это была кровь Илларианов – династии, правившей Элеоном не первую и даже не вторую сотню лет. Правили они хорошо; конечно же, не без ошибок, но делали все, чтобы наше королевство процветало, так что жаловаться на них я не видела смысла.

И все же нашлись те, кто пожелал нашему королю смерти, а заодно осмелился устроить покушение.

От этой мысли стало не по себе – мне показалось, что и на меня, невидимые, смотрели полные ненависти глаза, а где-то неподалеку натягивала тетиву беспощадная рука, чтобы выпустить стрелу уже в следующую секунду.

Никакая защита в этом месте мне не поможет, я прекрасно это понимала – раз уж даже нашего короля не уберегла.

Качнув головой, я поскорее шагнула под защиту арки, а затем вошла в академию, надеясь как можно быстрее добраться до друзей.

Но сперва мне пришлось преодолеть заслон из врагов.

И первой из них была… Маделин Хаес, деканесса факультета Земли, которая вовсе не от нечего делать расхаживала неподалеку от входа. Уверена, она поджидала меня и не хотела пропустить момент, когда я вернусь из города, понимая, что после этого до меня добраться ей будет намного сложнее.

А тут вот она я – бери голыми руками. Ну, образно выражаясь, потому что, пусть Маделин и застала меня врасплох, беззащитной я не была.

- Добрый день, деканесса Хаес, – начала я первой. – Как ваше здоровье? Надеюсь, вас больше не тошнит день и ночь напролет?

После того, как ее высшие симбионты, с помощью которых она получила контроль над разумом Дария, погибли в нестабильных магических полях Лабиринта, деканессу настиг сильнейший «откат». Маделин безостановочно тошнило несколько дней подряд, но затем она, к сожалению, все-таки пришла в себя.

Как по мне, еще легко отделалась!

- Конечно, мы можем проверить на крепость моих симбионтов, которые сейчас контролируют кусты, где засели твои полусгнившие друзья с кладбища, – не осталась та в долгу.

- Нисколько не сомневаюсь в исходе этого, несомненно, увлекательного поединка, – улыбнулась я. – Особенно когда я напущу на них всех обитателей зверинца, которые с удовольствием закусят разумными грибами. Подозреваю, к этому времени они как раз успели проголодаться.

Яйцекусов поблизости не было, но Маделин об этом не знала, а я говорить ей не собиралась. Вместо этого посмотрела, как на ее красивое лицо – надо признать, она была хороша! – набежала тень.

- Мы можем просто поговорить? – наконец спросила деканесса вполне нормальным голосом. – Пожалуй, нам есть что с тобой обсудить.

- Что именно? – поинтересовалась я, краем глаза отметив, что из кустов, которые вряд ли контролировали симбионты – деканесса мне врала, как и я ей насчет яйцекусов, – мне помахали розовой лентой.

У упырей было что мне сказать. Но сперва надо отвязаться от Маделин Хаес.

- Думаю, ты уже в курсе, Дельвейн, – склонила она голову, – что Дарий возвращается в академию.

Произнесла она это ровным тоном, но я уловила ее волнение и даже тревогу.

Поэтому уставилась на деканессу с интересом. Да, я была в курсе, Северин назвал его имя, когда рассказывал о новом кураторе команды из Шаддара. Но Маделин-то откуда узнала?!

Допустим, у нее связи в академических кругах, и она заранее смогла