Подонок. Заберу тебя себе - Мария Кац

В его лице не меняется вообще ничего. Только глаза становятся ещё более чёрными. Мне кажется, он тоже не ожидал найти здесь меня.

Секунду мы молчим. Потом его взгляд опускается на туфлю, которую я держу обеими руками перед грудью. Снова возвращается к моему лицу.

— Руки покажи.

Голос низкий. Спокойный. От этого ещё страшнее. Я медленно поднимаю одну руку. Вторая всё ещё держит туфлю. Он смотрит на неё.

— Обе.

— Я её сейчас уроню.

Его бровь едва заметно приподнимается.

— Переживём, Золушка.

Глава 2

Я сижу на жёстком стуле уже минут десять и до сих пор не понимаю, куда меня привезли. И кто вообще эти люди.

На полицию не похожи. Жетонами никто перед лицом не размахивает, зато оружия вокруг столько, будто я каким-то совершенно невероятным образом со свадьбы дальнего родственника провалилась прямиком в боевик.

Может, это вообще бандиты?

Хотя какие бандиты задерживают других бандитов?

Господи. Мама меня убьёт. Если до мамы меня раньше не убьют здесь.

Дверь открывается, и я вздрагиваю так сильно, что пластиковый стакан с водой едва не выпадает из рук.

В помещение заходит тот самый мужчина. Я узнаю его сразу. По росту. По широким плечам. По этому спокойствию, от которого почему-то становится только тревожнее.

Он на ходу стягивает с головы чёрную балаклаву и бросает её на край стола.

И я впервые нормально его рассматриваю.

Тёмные, коротко стриженные волосы, на лице лёгкая щетина. Резкие скулы, прямой нос, губы сомкнуты в прямую линию. Лет двадцать пять, может, двадцать семь. Не больше.

Я почему-то ожидала увидеть мужчину старше. Наверное, из-за голоса. Или из-за того, как остальные выполняют всё, что он говорит.

Чёрная футболка плотно сидит на широких плечах и груди, рукава обтягивают руки так, что становится совершенно понятно: эти мышцы появились не в тренажёрном зале исключительно ради красивых фотографий.

Он вообще не выглядит накачанным. Просто сильным. По-настоящему. Таким, которому не нужно доказывать это ни одеждой, ни позой, ни выражением лица. Но хуже всего глаза. Тёмные. Внимательные. И с каким-то совершенно неправильным блеском. Будто всё происходящее его не напрягает, а скорее развлекает.

— Ну что, Золушка? Рассказывай.

Приходится даже несколько раз моргнуть, прежде чем окончательно осознать вопрос.

— Что?

Мужчина садится напротив, откидываясь на спинку стула. Словно это я пришла к нему домой выпить кофе.

— Сказку свою, — поясняет он спокойно. — Про свадьбу. Страшного мужика. Волшебный багажник.

Я даже рот открываю.

— Это не сказка.

— Уже хорошо, — лениво бросает.

— Я вам всё рассказала.

— Мне понравилось. Хочу послушать ещё раз.

Он издевается? Абсолютно точно издевается.

Я сильнее сжимаю стакан и понимаю, что тот начинает подозрительно хрустеть в пальцах.

— Я была на свадьбе, — на выдохе отвечаю. — И один мужчина ко мне приставал. Я пыталась вежливо уйти от него. Вышла на парковку. Он пошёл за мной. Я испугалась. Увидела машину. Багажник был открыт…

— И решила, что это надёжное убежище.

— На тот момент показалось надёжным, — произношу, бросая на него укоризненный взгляд.

— Разумеется, Золушка.

— Почему вы меня так называете? — морщусь от такого. Нет, меня, конечно, по-разному называли, но не так же.

— А что, не нравится? Платье есть. Туфельку потеряла на балу. После полуночи домой очень хочется. Всё сходится.

— У меня имя есть.

Он не успевает ответить, только уголки губ приподнимаются, когда в дверях показывается ещё один.

— Старший, камеры подняли, — произносит мужчина чуть моложе этого. — Девчонка на записи есть. Всё подтвердилось. Приехала около пяти. В зале почти весь вечер. Какой-то хрен действительно крутился возле неё часа два. Потом пошёл следом на парковку.

Я чувствую такое облегчение, что едва не выдыхаю вслух.

— Я же говорила!

Оба мужчины смотрят на меня. Я тут же замолкаю. Тот, что у двери, хмыкает.

— Ещё момент есть. Камера сбоку поймала, как она в багажник нырнула.

Мужчина напротив медленно переводит на меня взгляд. Уголок рта начинает подниматься. Я сразу понимаю, что сейчас будет.

— Даже не начинайте, — предупреждаю его.

— Хорошо, Золушка.

Я закрываю лицо ладонями.

Господи.

— Свободен, — коротко бросает сидящий напротив.

— Можно я просто поеду домой?

— Ладно. Посиди тут.

Он встаёт и направляется к двери.

— Что значит «посиди»? Мне домой надо!

— Твой телефон ещё проверяют.

Я возмущённо выдыхаю.

— Это личное!

— А то я не знаю, — бросает он через плечо.

И тут меня прорывает. От страха, от усталости, от всей этой нелепой ситуации.

— Вас как зовут? — он даже останавливается на половине пути. В глазах появляется веселье. — Вы вообще друг друга по именам не называете?

— На работе — не обязательно.

— Почему? — сердце только ускоряется, потому что это точно не бандиты и не полиция. Что-то намного хуже, если даже имена у них отобрали.

— Чтобы любопытные Золушки потом меньше вопросов задавали.

— Между прочим, это невежливо, — возмущённо выдыхаю. — Вы моё имя знаете, а я ваше нет.

— Может, потому что ты его не спрашивала.

Я замираю. Действительно. Не спрашивала. Потому что всё это время была слишком занята тем, чтобы не умереть со страха.

— Как вас зовут?

Он чуть склоняет голову набок. Будто вопрос его забавляет.

— Зачем тебе?

— Чтобы знать, на кого потом жаловаться, — выдаю первое, что приходит в голову.

Он смеётся. Коротко. Искренне. И этот смех сбивает меня с толку сильнее, чем все его угрозы.

— Макс.

И прежде чем я успеваю ответить, он выходит, оставляя меня одну в помещении.

Смотрю на белую, облупившуюся от старости дверь, и впервые хочется разрыдаться.

«Ну вот, Алёна. Воспитывали тебя, воспитывали. Говорили: не ходи одна в тёмные подворотни, не садись в чужие машины, а главное — сиди дома после полуночи. А ты что сделала? Не послушалась. Решила, что багажник — это надёжное укрытие. Ну и получила, что получила. Золушку в багажнике,» — мысленно усмехаюсь самой себе.

Нашла, блин, принца. Он тебе сейчас покажет, как туфельки терять.

Глава 3

Макс

— Телефон чистый, — Димка бросает аппарат на стол рядом со мной и плюхается в соседнее кресло. — Вообще нихуя интересного. Ни мутных переписок, ни левых контактов, ни откровенных фоток. Даже голой жопы перед зеркалом нет. Семья, кошка, универ, какие-то цветочки, закаты. Примерная девочка из хорошей семьи.

Я отрываю взгляд от монитора и смотрю на него.

— Ты телефон проверял или надеялся порнуху найти?

— Иди нахуй, командир, — беззлобно усмехается Димка. — Я работу качественно выполняю.

— По твоему разочарованному ебалу заметно.

— А чего ты хотел? После такого эффектного появления я рассчитывал хотя бы на двойную жизнь. А там максимум