На лезвии ножа - Сара Адам

Мистер Паркер провёл поистине удачную операцию по удалению почки. Идеальная работа, мысленно подмечаю, как и всегда! Однако риски после операции остаются. Завершающим этапом я подаю пинцет с тампоном доктору для обработки швов. После чего анестезиологи увозят пациента в реанимацию, а я принимаюсь собирать использованные инструменты в специальные боксы, и отношу в стерилизационную - коллегам для обработки.

На сегодня моя смена окончена. Придя в помещение для медицинского персонала, наспех складываю в сумку хирургическую форму. Мышцы спины ноют от каждого движения, но я стараюсь не обращать внимание на боль. Усталость стала лучшим другом, с тех самых пор, как я встала на путь медицины.

С наслаждением снимаю тугую резинку, физически ощущая, как болят корни волос, массирую кожу головы с облегчением выдыхая. Эта смена была особенно трудной, одна только операция по стабилизации позвоночника длилась почти пять часов. Светодиодные лампы освещают пространство насыщенно белым светом, снимаю униформу и складываю, затем закрываю свой шкафчик на ключ, достав верхнюю одежду. Надеваю любимую плюшевую куртку, закидываю сумку через плечо и выхожу из помещения, прощаясь с коллегами, которые встречаются по пути.

Ассистируя уже несколько месяцев в клинике при университете, до сих пор не могу привыкнуть к тому, что я настоящий медик, а не просто студентка. На губах расплывается счастливая улыбка, от собственной значимости. С самого детства, после гибели родителей моей главной мечтой было помогать людям, спасать человеческие жизни.

Я грезила, стремилась к медицине всем сердцем. Бабушка отговаривала, предлагала поступить на архитектора в Иллинойский Университет Чикаго, продолжить то, что когда-то начала мама. Я не смогла. Не захотела повторять путь, где каждый уголок, каждая аудитория будет напоминать о трагедии нашей семьи. Представлять, как когда-то тут училась моя мама. Общалась, дружила, веселилась…

— Уже уходишь bella[1]? — практически у самого выхода хирургического отделения, мне преграждает путь Итан. С самодовольным выражением лица он делает акцент на последнем слове. Меня передёргивает от того, как пошло оно звучит из его уст.

Большую часть времени, в рабочие будни стараюсь игнорировать его персону, пропуская мимо ушей гнусные реплики в свой адрес. Нет, не потому что не могу постоять за себя, просто не хочу опускаться до его уровня. Мы не поладили с первого дня, как я пришла ассистировать в этой клинике при университете, взяв небольшой перерыв в учёбе. Это огромная возможность для студентов старших курсов, чтобы повысить свой профессионализм. Итан тот тип людей, что, найдя свою жертву, он будет мучать её при любом удобном случае.

— Да, моя смена окончена, — пытаюсь обойти, но Итан издевательски повторяет мои движения, блокируя проход. — Буду благодарна, если уйдёшь с дороги.

Внутри начинает закипать раздражение, поражаюсь, как он дожил до тридцати лет, оставшись умом в возрасте подростка.

—Итан! — словно гром среди ясного неба звучит грозный голос старшей медсестры. — В операционную!

Закатив глаза, он спешно удаляется, сделав недовольную гримасу. Я в свою очередь с благодарностью шлю воздушный поцелуй Мэл - своей спасительнице.

Двери лифта плавно открываются в холле первого этажа, взглядом нахожу нужного мне человека. Приятное тепло растекается волной по всему телу. Брайан стоит, небрежно облокачиваясь о стену, скрестив руки на груди. Его светлые волосы слегка растрёпаны. С безразличным видом он листает, что-то в телефоне. В дни, когда моя смена заканчивается ночью, Брайан провожает меня домой. С моим выходом на работу, эти ночные прогулки стали практически единственным нашим времяпровождением вместе.

После смерти родителей, бабушка забрала меня к себе. Брайан жил по соседству, так мы и познакомились, став неразлучными друзьями. Он героически защищал меня от мальчиков, а я в свою очередь ревностно не подпускала к нему других девочек. Улыбка непроизвольно появляется на моих губах при воспоминании о том беззаботном времени. С возрастом наша дружба переросла в нечто большее.

Заметив моё приближение, Брайан отталкивается от стены, и идёт на встречу, раскрывая руки для объятий. Серая куртка подчёркивает его глаза, цвета морской волны.

— Привет малышка, — ласково произносит он, заключая меня в крепкие объятия.

— Привет, — шепчу я, прижимаясь к мужской груди. Родной запах обволакивает и позволяет забыться в моменте. Брайан оставляет полный нежности поцелуй на моей щеке.

Держась за руки, как влюблённые подростки, выходим на улицу. Лёгкие заполняет осенний воздух, я жадно вдыхаю, наслаждаясь осенней свежестью. Щёки мгновенно розовеют от прохлады, мужская ладонь согревает мои пальцы.

Застёгиваю куртку до самого верха, жалея, что не взяла с собой тёплый шарф. Несмотря на холод - осень моё любимое время года. Именно в эти мгновения, когда Чикаго окрашивается в яркие цвета, я чувствую уют. Вечером заворачиваюсь в плед и пересматриваю Гарри Поттера, с кружкой горячего какао в руках.

Брайан бережно снимает тяжёлую сумку с моего плеча.

— Милая, у тебя там что, кирпичи? — смеётся он, демонстрируя ямочки на щеках. — Как дела? Рассказывай, как прошла смена?

— Плодотворно, — зеваю, прикрывая рот рукой, — только спать сильно хочется.

— Мой герой! — целуя в макушку, Брайан отпускает мою ладонь, и прижимает к себе, обнимая за плечи. — Я скучал.

Не спеша, прогулочной походкой, направляемся в сторону дома, купив по пути кофе на вынос. Я держу его под руку, рассказывая, новости, но не упоминая об Итане. Горячий напиток обжигая, согревает теплом продрогшее тело. Рядом с Брайаном на душе становится спокойно, мысли, что тревожили в течении дня улетучиваются. Его светлая аура обволакивает, успокаивая. Мы обмениваемся последними событиями, произошедшими за мою двадцати четырёхчасовую смену. Время в клинике пролетает незаметно, работа кипит, не давая скучать и прозябать в телефоне. Грустно вздыхаю, вспоминая, что скора снова придётся вернуться на учёбу, на время позабыв об ассистировании.

— Чуть не забыла! — спохватилась я на полпути. — Бабушка приглашает тебя завтра к нам на ужин.

— В жизни так никого не боюсь, как миссис Уотсон.

— По этой причине, отказаться ты не мо-о-же-ешь, — смеюсь я, протягивая последнее слово, — иначе Мередит тебя убьёт!

Бабушка выглядит, как минимум на пятнадцать лет моложе своего возраста, поэтому иногда в шутку позволяет называть себя по имени. Но не знает, что порой я называю её так и за глаза.

— Вынужден, — с прискорбным лицом заявляет он, — не хочу оставлять тебя вдовой в самом рассвете сил, — пихаю Брайана в бок локтем.

— Я не стану вдовой, — прикладываю палец к подбородку, придавая больше задумчивости виду, — мы ведь не женаты.

Брайан резко останавливается, разворачиваясь ко мне лицом.

— Белла! — мужской взгляд полон серьёзности, от былого веселья не осталось и следа. — Я готов жениться на тебе