Подобно урагану - Риа Уайльд

Он фыркает:

— Хорошо, но не позже. Я хочу, чтобы этот ублюдок и его сын убрались восвояси. Они уже достаточно отняли у меня бизнес.

— И я сделаю так, чтобы это произошло. — Заверяю я его, вытаскивая карточку из кармана. — Переведите аванс на этот счет, полагаю, мне не нужно говорить, чтобы вы держали это в тайне.

Он кивает и поднимает трубку, набирая номер того, кто отвечает после первого гудка. Пока он разговаривает с кем бы то ни было, я слышу очень женственный стук каблуков по кафелю. Ритмичный звук заставляет мою голову слегка повернуться, чтобы я мог посмотреть через плечо.

И когда она появляется в дверном проеме, ее длинное кобальтово-синее платье облегает каждый изгиб ее тела, блестящие черные волосы перекинуты через плечо, а глаза прикрывают солнцезащитные очки, у меня перехватывает дыхание.

Потому что женщина, которая только что вошла, высосала каждую унцию воздуха из моих легких и лишила кислорода.

Я чувствую это, когда ее глаза, все еще скрытые за очками, несмотря на погоду на улице, останавливаются на мне, а ее сочные пухлые губы приподнимаются в знойной ухмылке.

— Папа, — она переводит взгляд на мужчину за столом, как только он заканчивает говорить по телефону, — мне нужно с тобой поговорить.

Мой телефон издает знакомый звук — деньги зачисляются на мой счет — и я встаю, поворачиваясь лицом к женщине.

Захватывающая дух — только так я могу описать эту женщину. Совершенно опустошающая. Как ураган, сеющий хаос в маленьком бедном городке.

— Он в твоем полном распоряжении, — говорю я ей, снова поворачиваясь к ее отцу. — Я буду на связи.

Глава Первая

— Салат для девушки, — заказывает мужчина напротив меня, складывая меню, как будто у него есть какое-то право выбирать, что я ем.

— Думаю, ни хрена подобного, — шиплю я, хватая меню, в которое он не давал мне заглянуть с тех пор, как я села за стол. Я просматриваю ассортимент: — Мне рибай весом в двенадцать унций, — говорю я официанту. — Средней прожарки.

Я чувствую, как глаза моего кавалера впиваются в меня с другого конца стола. Я даже не знаю, почему я иногда ввязываюсь в свидания, они всегда заканчиваются тем или иным плохим образом. Просто так получилось, что это свидание заканчивается прямо перед тем, как оно может начаться. Я буду плохим человеком, каким была всегда, и слухи будут циркулировать, как это всегда бывает.

— Слушай внимательно, Джеймс, — обращаюсь я к нему, когда официант уходит и не может услышать, как я принижаю тупого ублюдка передо мной, — никогда, и я говорю это буквально, никогда, не думай, что у тебя есть право заказывать еду для женщины. Не думай, что у тебя есть какое-то мнение о том, что она кладет в рот или в тело, и не верь, что я буду сидеть здесь и позволять тебе контролировать, как пройдет этот вечер.

Его щеки покрываются красными пятнами, глаза расширяются, но я не даю ему произнести фразу, которая вертится у него на кончике языка, и продолжаю.

— Я взрослая женщина, — рычу я на него, — я могу есть, пить и делать все, что, черт возьми, захочу. Я — приз. Ты… Ты для меня не более чем развлечение, мне было очень скучно, когда я согласилась на это свидание, и теперь я понимаю, что мне было бы лучше съесть баночку мороженого и посмотреть серию «Сынов анархии». По крайней мере, Джекс никогда не подводит меня.

Я потягиваю белое вино и откидываюсь на спинку стула, наблюдая за смесью эмоций, отражающихся на его лице. Во-первых, это замешательство…

«Как это могло случиться со мной? Я!? Я богат, езжу на Мерседесе, у меня есть домик с бассейном!»

Потом наступает гнев...

«Гребаная сука, надеюсь, она подавится оливкой».

И, наконец, у нас есть…

«Мне нужно успокоить девчонку, чтобы я все еще мог уложить ее на спину, и рассказать моим приятелям, что я обругал ледяную сучку из отеля Lauder».

— Аррен, милая, — начинает он, — я просто предположил, что ты любительница салатов. В следующий раз я не повторю ту же ошибку.

Я усмехаюсь:

— В следующий раз? Следующего раза не будет. На самом деле, нет даже этого раза. Я ушла с этого свидания пять минут назад, я пришла только за стейком, в конце концов, девушкам нужно есть.

— Ты стерва, — усмехается он, комкая салфетку и бросая ее на стол. — Сама плати за свою еду!

— Я и собиралась, — я опускаю взгляд на свои наманикюренные пальцы, до блеска полируя их о вырез шелкового платья, которое выбрала для этого вечера. — В конце концов, я зарабатываю больше тебя.

Его лицо приобретает оттенок красного, под стать цвету спортивной машины, которую я разбила в прошлом месяце:

— Пошла ты!

— Пока-пока, Джек.

— Меня зовут Джеймс.

— Достаточно близко, — я пожимаю плечами.

Он выбегает из модного ресторана, спотыкаясь на ходу о собственные ноги, а я просто улыбаюсь в бокал с вином.

Возможно, проблема во мне.

Но я знаю себе цену, а этот человек не может себе этого позволить.

Когда приносят еду, и бедняжка понимает, что меня бросили, ее лицо теряет всякий румянец.

— Не беспокойся об этом, детка, — пожимаю я плечами, хватая столовые приборы со стола, готовая наброситься на еду. — Он того не стоил, но я голодна!

Она вздыхает с облегчением:

— А как насчет его блюда?

— Я заплачу за это, — говорю я ей. — Иди и наслаждайся им или отдай тому, кто захочет.

— Вы Аррен Лаудер, верно? — она нависает надо мной, покусывая губу.

— Так и есть.

— Вы невероятны, мисс Лаудер. Правда.

Я опускаю подбородок:

— Спасибо, — говорю я и вгрызаюсь в сочащийся стейк на своей тарелке.

Я аккуратно ставлю тарелки на стол, чтобы официанты унесли их, и, держа в ладонях бокал с вином, осматриваю переполненный ресторан в центре Портленда. Он напомнил мне фойе в папином отеле с бордовыми стенами и золотыми вставками. Не знаю, почему богатые решили, что именно такая цветовая гамма демонстрирует богатство, но вот мы и здесь. Я знала большинство лиц, сидящих за каждым столиком, например, продюсера, сидящего двумя столиками дальше с женщиной, которая не является его женой, или женщину, наслаждающуюся ужином со своим мужем-магнатом, хотя она скоро собирается с ним развестись, несмотря на улыбку на ее лице, говорящую об обратном.

Я