Черные лабиринты. Книга 3 - Эмили Ли

её комнату и застала всё ту же картину: Даин сидел у кровати Туён и держал за руку, судя по его виду, спать он даже не собирался. На её вопросительный взгляд мужчина лишь покачал головой. Меари грустно вздохнула: оставалось надеяться, что к концу дня хоть что-то изменится. Ну а пока…

Она негромко постучала в дверь кабинета иритана, особо не надеясь на ранний приход своего руководителя. Но ей ответили.

– Вы сегодня рано, – заметил Джи-Хун, мельком бросая на неё взгляд, в котором, как показалось Меари, мелькнуло беспокойство.

Девушка тут же выкинула глупое предположение из головы: к чему иритану беспокоиться о ней?

– Да. Не терпелось приступить к работе, иритан Ким Джи-Хун, – отрапортовала Меари, не стесняясь так откровенно лгать.

– Завтракали? – спросил он, шокируя неожиданностью вопроса.

– Нет, иритан Ким Джи-Хун, – снова отчеканила она слова, пряча недоумение.

– Не обязательно каждый раз обращаться ко мне по уставу. Достаточно будет иритана или Джи-Хуна. В кабинете, по крайней мере.

Меари кивнула, хотя даже примерно не представляла, как произнесет это ему в лицо. Он старше её в два раза и рангом ближе к небожителям, а подобное обращение слишком вольное… Иритан поднялся со своего места, и Меари привычным движением вытянулась в струну и отдала ему честь. Он улыбнулся краешком губ, но тут же снова накинул на себя непроницаемую маску.

– Присаживайтесь, – сказал он, указывая на диван, что стоял в зоне отдыха. – Я тоже ещё не завтракал. Прикажу подать и на вашу персону.

Меари открыла рот возразить, но его глаза, обращенные в её сторону, тут же молчаливо напомнили, кто здесь главный. Девушка послушно села. Она старалась расслабить руки, чтобы те не выдали её напряжения. Есть при иритане? С ним? Наедине? Внутри аж стало холодно.

Еду подали быстро. Танэри, принесший поднос, одарил любопытным взглядом девушку, потом по-новому взглянул на две порции завтрака, едва заметно усмехнулся, но так, чтобы иритан не увидел, и молча вышел. Меари стала клясть всех на свете, про себя естественно. Всё. Конец всему. Вот кого она теперь сможет захомутать? Все в крепости теперь окончательно будут уверены, что она любовница иритана. Время раннее, они вдвоем в кабинете и собирались вместе завтракать. Ну что ещё можно подумать? Какие теперь кавалеры и отношения? Конкурировать с иританом никто не посмеет… Меари плотно сжала челюсть, чтобы не закричать и не надеть поднос на голову руководству.

– Всё в порядке? – спросил Джи-Хун, наблюдая за ней.

– Всё чудесно, – ответила Меари и тут же струхнула: не смогла удержать язвительные интонации. Мельком встретилась с иританом глазами. Фух, кажется, не заметил.

Меари перевела взгляд на еду, с удивлением обнаруживая, что, похоже, иритану готовил кто-то отдельно: его меню явно поразнообразнее будет той бурды, что давали в столовой обычным танэри и гвардейцам. Вместе со стандартной кашей и бутербродом с ломтиками солонины принесли рисовый пудинг. К этому чудному десерту, посыпанному корицей, подали шоколадный сироп. А ещё кофе… Потрясающий аромат свежесваренного кофе медленно наполнял кабинет уютом, а сердце девушки – счастьем. Меари блаженно улыбнулась, заранее предвкушая вкус: их нечасто баловали в крепости сим напитком, отдавая предпочтение компотам.

Меари сразу же поднесла чашку к губам и отпила, а потом повторила недавно сказанное, но уже с другой интонацией, растекаясь в душе от восторга:

– Чудесно…

– Приятного аппетита, – произнес Джи-Хун и улыбнулся.

Меари чуть не выронила чашку из рук. Улыбнулся? Он умеет? Выглядит жутко. Или нет?.. Но странно точно. И почему он смотрит на неё? Почему изучает? Может, ждет, что она ответит что-то? Проявит вежливость? Да, наверное, надо…

– Спасибо. Приятного аппетита, – выдавила из себя Меари.

Первые минуты пища отказывалась пролезать в горло, но постепенно девушка расслабилась и стала наслаждаться вкусом. Удивительно, но съела всё, хотя изначально аппетита не было, и теперь мельком бросала взгляды на пудинг иритана, который ещё тот не тронул. Словно разгадав её тайные желания, Джи-Хун пододвинул к ней ближе блюдце с десертом.

– Угощайтесь.

– Не могу… это же ваш.

– Я его не очень жалую. Сделаю выговор повару: не раз говорил, что не нужно подавать, а он забывает.

– Не нужно! Это будет несправедливо! Да и десерт изумительный! – воскликнула Меари и тут же испуганно поджала губы. – Прошу простить, иритан Ким Джи-Хун.

– Ешьте, – строго произнес он, но в глазах не было недовольства.

Меари несмело ковырнула пудинг ложечкой, потом ещё раз и ещё. Когда всё было съедено, ей стало казаться, что она сейчас лопнет. Но, несмотря на чувство переполнения, тело расслабилось, а глаза стали слипаться, мстительно напоминая, что спать по ночам нужно, а не переживать. Чтобы хоть как-то взбодрить себя, девушка принялась составлять в стопочку посуду. Так себе идея… Движения не уняли желание уснуть, и предательский зевок вырвался наружу.

– Посидите ещё здесь, – сказал иритан, сам поднимаясь. – Я схожу, покурю, и после мы обсудим ваше новое задание.

Меари устало откинулась на спинку дивана, глазами провожая Джи-Хуна на балкон. Вскоре с той стороны ветер через едва приоткрытую дверь донес запах табака. Девушка чуть сместилась, чтобы видеть иритана. Мужчина задумчиво смотрел куда-то вдаль, слегка запрокинув голову. Его губы периодически складывались кольцом, выдыхая витиеватый дым. После мужчина снова подносил сигару ко рту, и магия повторялась. Магия… Потому что это действо заворожило Меари. Захотелось подойти и выставить на пути выдыхаемого дыма руку, чтобы тот окутал её, прошел туманом по коже, оставляя после себя едва уловимый запах. Девушка не раз видела, как курят другие, да и сама могла на вечеринке подобным побаловаться, но именно в его исполнении это действие вызвало такой ненормальный отклик тела.

Когда иритан докурил, Меари облегченно вздохнула, может, теперь волнение внутри уляжется. Джи-Хун не спешил возвращаться, продолжал стоять и смотреть вдаль. Что тоже было хорошо, появилось время прийти в себя. Меари постаралась перевести свой взгляд на что-то другое, но почему-то не выходило, тот словно примагниченный возвращался к мужчине. Всё в его облике говорило о внутренней силе и власти. Это пугало и притягивало одновременно. Меари была уверена, что такое чувствовали если не все в крепости, то многие, поэтому и старались не попадаться ему на глаза. И вот ей «посчастливилось» стать его личным секретарем, хочешь не хочешь, а видеть придется каждый день.

Её взгляд изучающе блуждал по его телу. Наверное, Джи-Хуна можно было назвать привлекательным. Сложен хорошо… Боги, о чем она думает? Это же иритан… дед с синими глазами. Бред какой-то… Выспится и придет в себя. Напоминание о сне вызвало новый зевок. Меари устало прикрыла глаза. Блаженство… Всего мгновение