Калабрийский Король - Иса Белль

Ещё час назад мы были на поле, но поднялся сильный ветер и моя книга улетела в колючие кустарники. Одиссея, не послушавшись, прыгнула в них. Я, конечно, последовала за ней. После того, как мы выбрались, её туловище уже кровоточило в некоторых местах, я же отделалась простыми царапинами на локтях и икрах, но она отказывалась идти обратно на ферму, пока я не оседлала её.

– Всё ещё болит? – кончики моих пальцев осторожно дотронулись до небольшой ссадины на её рёбрах.

Она снова затопала, говоря мне «да», и я убрала руку, не желая мучить её. После отодвинулась к углу стойла, уперевшись спиной в гору сена и подозвала её к себе. Одиссея развернулась, согнула ноги в коленях и рухнула рядом со мной. Её большая морда устроилась на моих ногах, когда я стала ласково поглаживать её.

– Мне почитать тебе?

Уши поменяли положение и стали торчать вперёд, что говорило о том, что лошадь слушала меня и ей было любопытно. Так было всегда. Она никогда не отказывалась от сказки на ночь.

– Можно мне остаться с тобой сегодня? – я всегда спрашивала у неё разрешения, считаясь с её мнением. Оно было важно для меня. – Не хочу идти в дом.

Там холодно, а она тёплая. Я хочу обнять её перед сном.

Оди громко выдохнула через нос.

– Спасибо, – прошептала.

Книга, что побывала в кустарниках и её пасти сегодня, была испорчена, но всё ещё читабельна. Мне было жалко выбрасывать её. Хотелось сохранить на память. Я всегда была аккуратна со своими бумажными детьми. Вытирала с них пыль, а некоторые даже держала в дополнительных обложках, защищая от выгорания цвета из-за солнечной стороны, на которой находилась моя комната.

Всего раз я испортила и потеряла свою книгу. Наверное, море унесло её и сейчас пираты читали про героя улиц Испании.

Одиссея фыркнула.

– Прости, прости! Начинаю, – улыбнулась, открывая сборник со сказками, которые хранила для неё, так как сама уже долгое время не читала их. – Давным давно…

***

– Амелия?

Я даже не заметила, как мы остановились.

Что-то тёплое коснулось моего бедра через платье, вытаскивая из воспоминаний, и позволяя, наконец, вздохнуть, уже когда адское жжение с бешеной скоростью принялось распространяться по лёгким.

Тошнота перемешанная со слезами постепенно отходила, но сердце, часто бившееся о грудную клетку, продолжало приносить боль по нескольким причинам.

– Амелия? – ещё раз переспросил Сантьяго.

Я тяжело сглотнула остатки горечи, зная, что пугала его своим странным поведением и когда он, не дождавшись моего ответа, решил обойти лошадь, чтобы посмотреть в моё лицо, я повернулась с улыбкой, спрашивая его:

– Хочешь прокатиться?

В глазах Сантьяго отразился проблеск недоверия, когда он, прищурившись, стал внимательно рассматривать меня. Что?

Боясь того, что он начнёт задавать вопросы и не отпустит меня без объяснений, быстро спрыгнула с Альмы и оказалась стоять рядом с ним.

– Давай, – стараясь отвлечь его, кивнула в сторону. – Я помогу тебе.

Мужчина с подозрением осмотрел меня с ног до головы.

– Перестань делать вид, будто я смогу сбежать, когда ты находишься прямо здесь.

– Ты сможешь.

– Смогу, – поддельная улыбка на моих губах изменилась на по-настоящему хитрую. – Но пытаться не буду.

Я могла ускакать от него, ещё когда он только посадил меня на Альму, но не сделала этого, так что ему было не о чем переживать. Сегодня.

– Сюда? – он посмотрел на стремя, доверившись мне.

– Да. Подними ногу и всунь её в него, – Сантьяго точно выполнил действие. – И только потом ухватись за переднюю часть седла, – я взяла его за руку и с силой прижала ладонь к рожку, сжимая его пальцы вокруг него. – Вот так. Теперь поднимайся. Напряги свои мышцы.

Он начал подниматься, но Альма двинулась с места и Сантьяго свалился обратно, чуть ли не падая на меня сверху. Я всунула в его руку поводья, которые от отпустил чуть ранее, чтобы он мог чувствовать её и удержался на месте в случае, если она снова решит скинуть его.

– Ещё раз, – скомандовала я.

Сантьяго проделал ту же манипуляцию и в момент, когда его тело уже практически устроилось в седле, мои ладони легли на его упругий зад, подталкивая вперёд. Он был весом с двух жеребят, точно! Парень устроился сверху на лошади и с улыбкой посмотрел на меня вниз.

– Я уже понял, что тебе пришлась по вкусу моя задница. Но всё же, Zorra, это неприлично лапать кого-то на первом свидании.

– Это не первое наше свидание.

Фактически, потому что до этого мы лишь развлекались на яхте.

– Значит ты признаешь, что не помогала мне забраться на Альму, а просто нашла удачный повод для того, чтобы потрогать мою задницу? Стоило лишь попросить. Неужели ты думаешь, что я бы смог отказать себе… – он запнулся, – тебе в удовольствии?

Я закрыла глаза, делая глубокий вздох. Он издевался надо мной и даже не пытался скрыть этого. Ему нравилось? Смотреть, как мои руки трясутся от желания стукнуть его?

Может стоило преподать ему урок?

Мои веки распахнулись и я тут же встретилась взглядом с Сантьяго. Улыбка медленно стала ускользать с его лица, когда он заметил, как именно я смотрела на него.

– Что ты задумала?

– Держись.

И его брови только успели нахмуриться, как моя ладонь с силой ударилась по бедру Альмы.

– Пошла!

Лошадь заржала и понеслась галопом дальше по пляжу. Песок и брызги воды стали лететь в меня из под её копыт. Сантьяго еле успел ухватиться, обнимая Альму за шею и тем самым удерживая себя от падения.

– Амелия! – закричал он.

Его тело подпрыгивало вверх-вниз, пока я бежала следом за ними. Расстояние между нами постепенно увеличивалось, потому что я не особо старалась догнать их, а Альма достойно выполняла мою команду.

– Останови её!

Смех разрывал мою грудную клетку.

Отвечать ему было бестолку. Он всё равно не услышит меня. Поэтому я просто смеялась, держась за живот, и следовала за ними. Они остановятся, когда Альма поймёт, что пробежала дистанцию, к которой привыкла на ипподроме, и станет искать меня. Я буду близко, чтобы успокоить её и тогда Сантьяго сможет слезть.

Но ещё одна шутка про мою любовь к его заднице и я…

Внезапно Альма встала на задние ноги и её испуганное ржание эхом прошлось по всему побережью, заставая меня врасплох. Но самое страшное – она скинула с себя Сантьяго. Он полетел вниз и приземлился на спину. Его