Хозяин Зимы - Ирена Мадир

Оленя захихикала, вручая Севаре собранный букет дельфинума. От него исходил едва уловимый сладковатый аромат с нотами мускуса. Теперь весь дом тонул в весне.

День прошел незаметно. Остаток его Севара провела внизу с чаем и книгой, по которой взялась учить Оленю читать. Выяснилось, что та с трудом могла разобрать пару строк. Так уж вышло, что обязательное сейчас обучение в школе она большей частью пропустила, а договор ее читала Забава. Севара же решила, что необходимо наверстать упущенное. Если однажды Оленя захочет строить свою жизнь самостоятельно, то знания очень пригодятся, тем более такие базовые.

Следующее утро началось с плотного завтрака из блинчиков и крепкого чая с жасмином. А еще яркого света Инти, обещающего, если верить примете, теплое лето. Поздравив всех с праздником, Севара поднялась наверх, в кабинет, где не была со вчерашнего утра. Здесь тоже поселились цветы. Но…

В небольшой вазочке на столе стоял нежно-розовый пион. Внутри все похолодело. Севара и думать забыла о встрече в лесу и Хозяине Зимы. С самого Скотьего праздника она зажила спокойной жизнью, в которой не осталось места тревогам о том случае. Теперь же, увидев напоминание – цветок, что отдал ей мужчина с белыми волосами, – Севара вновь почувствовала страх. Он морозом прошелся по коже, заставив сердце неприятно кольнуть.

Красивый, пышный и нежный бутон на крепком стебле. Для стороннего наблюдателя всего лишь цветок, хоть и необычайно прекрасный. Для Севары он стал поводом для беспокойства. Она застыла на другом конце кабинета, боясь подойти к столу. Откуда пион здесь? Он тот же? Или новый? Может, его принесли вчера с остальными? Или это тот самый цветок?

Севара постаралась вспомнить, что сделала с подаренным пионом. Последний раз она видела его в комнате на постоялом дворе, а затем… Кажется, сказала кому-то выкинуть… Олене? Может, она его сохранила? А может, и нет… Может, цветок действительно выкинули.

– Успокойся, – твердо сказала Севара. – Ты что, боишься какого-то растения?

В дверь постучали, отвлекая ее от монолога. В кабинет заглянул Неждан, задержав удивленный взгляд на своей хозяйке, забившейся в угол.

– Доброе утро, госпожа. Хотел поздравить вас с Днем Живани, с первым днем лета.

– А… Да. – Севара выпрямилась, вновь обретая приемлемый вид. Незачем зашуганно сутулиться и пугливо пялиться на пион. – Спасибо. Тебя тоже с праздником.

– Вот от нас всех вам, – Неждан вытянул из-за спины небольшой букетик с васильками, – желаем вам успехов. Пусть ваше лето будет самым лучшим.

– О. Спасибо. – Севара улыбнулась. В такой день обычно все дарили друг другу цветы. Видимо, и север не обошла эта традиция.

– Пожалуйста. А цветы я выбирал, между прочим!

Оглянувшись, чтобы прикинуть, куда можно поставить букетик, Севара наткнулась на злосчастный пион. Не раздумывая, она вытащила его из вазочки и поскорее отдала Неждану в руки, чтобы лишний раз не касаться цветка.

– Тогда это тебе. В благодарность за труды.

– Какой-то неискренний подарок, – ухмыльнулся Неждан.

– А какой искренний? Повышение жалованья?

– Эх, госпожа, было бы непло-о-охо, – мечтательно протянул он.

– И не надейся, – фыркнула она, заботливо поправляя васильки, поставленные в вазочку на место пиона, – не заслужил.

Неждан грустно вздохнул, поклонился и вышел, оставив хозяйку. Севара же улыбнулась, радуясь избавлению от злосчастного розового бутона.

7. Завеса

Пион в вазе все же вывел Севару из состояния спокойствия, приобретенного после бала. Как бы она ни старалась отвлечься на дела, мысли то и дело возвращались к цветку, но больше к его дарителю. Особенно неуютно стало, когда Оленя призналась, что пион из комнаты на постоялом дворе не выкинула, а сохранила, заметив, что тот не вянет. Растение пролежало в ее вещах, пока о нем не вспомнили в Зеленый день. Севара не стала ругать камеристку, понимая, что Оленя желала скорее сделать хозяйке приятное, а никак не потревожить.

Однако цветок не выходил из головы, более того, все сильнее начинало болеть сердце. Севара ушла в спальню ранним вечером. В одиночестве она спустила нижнее платье так, чтобы видеть саднящую, как после ушиба, кожу. Сизое пятнышко, похожее на синяк, обосновалось в ложбинке между грудей. Севара потерла его, надеясь, что то капнули чернила, но пятнышко лишь пуще прежнего закололо, отдавая в сердце глухой болью.

Внутри нарастала паника. Явственно вспомнилось прикосновение беловолосого незнакомца, его холодная тяжелая ладонь, в голове всплыли строки, прочитанные из тетрадок дальнего родственника, о юноше, сердца которого коснулся Хозяин Зимы.

От страха дыхание сбилось, зубы пришлось стиснуть, чтобы прекратить их стук, кожа покрылась мурашками, а жуткая метка в виде пятнышка запульсировала в такт сердцебиению. Никак не удавалось успокоить разум, подкидывающий дров в костер ужаса.

– Дыши, – приказала себе Севара. – Итак, я не уверена, что встретила Хозяина Зимы, но, исходя из имеющихся фактов, могу предположить, что тем незнакомцем был именно он. Значит, стоит больше узнать о нем. Тетради… Где тетради? Ах да, я же унесла их…

Накинув халат, хозяйка дома, будто вор, тихо и осторожно шмыгнула в библиотеку, к той самой полке, где оставила старые записи. После она так же бесшумно вернулась в спальню и закрыла дверь на щеколду.

Севара решила основательно изучить имеющуюся информацию, потому больше не перелистывала страницы, читая по диагонали, а начала с первого листа. Она немного дрожала, осознавая, что готова поверить в Хозяина Зимы, какой бы глупостью это ни казалось еще сезон назад.

Читала она до поздней ночи. Периодически останавливалась, задумчиво пялясь в стену, чтобы уложить все в голове и мысленно отгонять от себя «чушь, так не бывает». Бывает. И нет смысла дальше убегать от правды.

В тетради говорилось, что Хозяин Зимы – дух, запертый когда-то богами в замке на вершине горы. Однако со временем он смог покидать свою тюрьму, а позже и ходить по всему Осидесту, но лишь в холодное время года. Тому давалось объяснение: ему помогла первая Морозная ведьма, которая научила его пользоваться Древней магией.

Такое заявление заставило Севару остановиться. Очевидно, родич тогда не знал, что духи не способны использовать Древнюю магию. Древняя, шедшая из недр Шарана, она была доступна людям, эльфам и всем, кто жил в их мире, однако духи использовали лишь магию духов и никакую больше. Такое открытие сделали маги чуть более двадцати зим назад.

Так или иначе, Морозной ведьме уделялось много страниц в тетрадях. Будто бы она, будучи юной и неопытной, случайно подарила запертому духу ключ к свободе.

… Тот, кого мы знаем