Ангелочки для миллиардера. Случайная связь - Дина Павлова

работу не возьмет! – он это говорит не то чтобы громко, но очень выразительно. Андрей буквально давит, так что вспыхнувшая было Элеонора Владимировна тут же успокаивается. После чего добавляет, уже мне: – Лилия, закончим разговор в моем кабинете.

Когда мы уходим, время уже девять. А мои коллеги так и не появились. Интересно, в других отделах так же работают?

– Ты займешься сайтом и социальными сетями, – мы идем по коридору. Андрей идет так быстро, что я едва за ним успеваю. Настроения у него нет совсем. Более того, он прям расстроен, хотя чем? Это мне надо расстраиваться, это мне если что устроят темную. И ведь устроят же. И я легко отделаюсь! Будь на дворе Средние века, могли бы и сжечь.

Ведь если так посмотреть, то из-за меня уже весь отдел выгнали!

– Я не знаю справлюсь ли, – Андрей открывает дверь приемной. Секретарь сидит прямая как струна, очевидно напряженная. Похоже отдел маркетинга не единственные жертвы. Интересно, остальные увольнения тоже на меня повесят? Понятно же что новая метла метет по-новому. Но видимо эта истина очевидна только для меня.

Андрей молча проходит мимо нее, а я вскользь здороваюсь.

– Лилия, давай в кабинет! – он распахивает дверь, и я, сжавшись, прошмыгиваю мимо него. Причем он как назло остается стоять в дверях, так что я прохожу, невольно его коснувшись, отчего мое смущение растет в сотню раз.

Пискнув “извините”, я сажусь на один из стульев, что сбоку от его широкого директорского стола. На Андрея я не смотрю. Он же садится напротив. Нас разделяет узкий столик, который для посетителей.

– Лиля, ты зря опасаешься чего-то… – начинает Андрей, – Я же чувствую что ты не в своей тарелке.

– Есть немного, – откашливаюсь, – Мне приятно что вы возлагаете на меня надежды, что вы верите что я потяну, – поглядываю на Андрея, после чего снова отвожу взгляд, – Но я боюсь что я все-таки не справлюсь.

– Справишься, Лилия, даже не думай. К тому же у тебя двое очаровательных дочек. И ради них ты все будешь делать идеально, – он не спрашивает, он утверждает. Будто меня знает сто лет! А не один вечер, одну ночь и по сплетням моих односельчан.

– Я постараюсь, – вздыхаю. Тогда он берет со стола блокнот, вырывает несколько страниц и протягивает мне ручку:

– Пиши, в чем будут заключаться твои непосредственные обязанности.

И он диктует! И про то, сколько раз в неделю мне надо будет публиковать информацию в социальных сетях, и что должно быть на сайте, и как мне сопровождать сотрудников в администрацию, чтобы сделать фотографии. А я наконец впервые начинаю понимать что у меня за работа. Более того, она начинает вызывать у меня живейший интерес. Наш разговор длится не менее часа. И за это время Андрей ни разу не заговорил о наших личных отношениях, из чего я делаю вывод, что не настолько я ему и нравлюсь. А может, у него есть уже невеста. Так что не стоит губу раскатывать.

Когда разговор подходит к концу, он произносит:

– Ну все! Можешь приступать.

Я и рада, но есть нюанс.

– А можно я те две недели, которые Элеонора Владимировна будет дорабатывать, посижу в другом кабинете?

– Почему? – вскидывает брови.

– Иначе меня загрызут.

Глава 22

Андрей молчит, видимо не веря в мои слова что меня загрызут. Он не понимает это не просто угроза… Это перспектива. Это в его мире большого города все расшаркивают ножкой и красиво увольняются в случае чего.

Наконец он произносит:

– Вот прямо-таки и загрызут?

– А вы думаете по голове погладят? Вы думаете мне не будут слабительное в чай сыпать и могильную землю под стол? – для меня такой вариант настолько естественный, что самая большая загадка как Андрей этого не понимает!

Но я настолько эмоционально это говорю, что Андрей начинает мне верить. Важно кивнув, он поднимается и произносит:

– Хорошо, Лилия. Давай еще раз сходим к твоим коллегам, и я им сообщу что они могут увольняться уже сейчас. Что отработка не нужна. Но ты должна понимать, что тебе придется трудно. Ты будешь вникать в процесс работы сама.

Было бы во что вникать. Потому что наследие отдела – коллекция мужиков и котиков.

Мы идем обратно в кабинет. Элеонора Владимировна уже не одна. К одиннадцати часам наконец все собрались. Увидев нас, все трое замолкают, а Андрей бросает буквально на ходу:

– Отрабатывать две недели не надо. Можете идти домой. Расчет придет к вам на карточки, главное занесите бухгалтеру заявление по собственному.

Он уходит, а я остаюсь. Сажусь в кресло, на самый краешек, боясь пошевелиться. Между тем мои коллеги переглядываются… И удовлетворенно кивают друг другу. Кажется они не слишком разочарованы что не придется дорабатывать две недели.

Я жду что мне начнут высказывать… Но видимо стратегия поменялась. Их сборы проходят в практически полном молчании. Подозреваю что Элеонора Владимировна объявила мне бойкот. Да и черт с ней!

Я открываю на компьютере сайт предприятия, стараясь не обращать внимания как все трое не спеша собирают вещи. Не знаю, ждать ли мне месть… В любом случае косточки промывать мне будут до пенсии. До моей пенсии.

Когда через час кабинет пустеет, я с наслаждением вытягиваю ноги и погружаюсь в работу. Ну что ж, дел у меня теперь – невпроворот. Один минус – в голову лезут мысли, к работе не имеющие никакого отношения. Например почему Андрей мне дал эту должность, зарплату… Он и правда думает что из меня получится хороший специалист, который поднимет имидж агрокомплекса на новый уровень? Или это такая помощь от него?

Да и насколько я ему нравлюсь?

Зачем-то возвращаюсь воспоминаниями в тот день, когда мы решили что провести ночь вместе – это прекрасная идея, которая не грозит последствиями.

Невольно улыбаюсь. Андрей был очень нежным, ласковым. И мне подарил столько удовольствия… Что мне до сих пор не хотелось бы видеть рядом другого мужчину. Я уверена на сто процентов: все кто будут после, меня разочаруют.

Я вспоминаю как он ласково со мной разговаривал, как мы обсуждали всякую ерунду, а утром… Утром он взял мой номер и пообещал что вечером мы с ним встретимся еще раз. Что он пригласит меня на концерт. Я ушла в предвкушении, мечтая о том, что он позвонит, и наши встречи продолжатся. Только сейчас я понимаю, что он и не собирался звонить мне! И от этих мыслей внутри все опускается. Я чувствую себя потерянной и обманутой. Зачем