Орел и волчица. Битва за любовь - Алиева Салауддиновна Эльмира

это первое письмо в моей жизни. Надеюсь на понимание. Ты не представляешь, как сильно заставила меня переживать в те дни, когда ты заболела. Я многое понял в тот момент, думая, что потерял тебя. Хотя как можно потерять то, что тебе не принадлежит? Но, я уверен, ты поймёшь, о чём я… В первые дни знакомства я старался делать вид, что ты мне безразлична, но, чем больше я старался, тем хуже мне становилось. Глупо было грубить тебе, просто боялся, что ты почувствуешь, как ты меня заинтересовала. На самом деле, когда я в первый раз тебя увидел, я понял, что ты – «та самая». Знаю, звучит банально, но это именно так. Хотя никогда не верил, что такое бывает… Давно бы мог взять твой номер, но не хочу подвергать тебя опасности. Хватает того, что я уже натворил… Я не считаю правильным общаться с девушкой до свадьбы, особенно наедине. А если понравилась, то нужно сразу жениться, чтобы избежать фитны. Столько мыслей в голове… Многое сказал бы тебе, но мне тяжело открыться другому человеку… Это для меня в новинку. Думал, что во всём мире нет подходящей девушки для меня, а оказывается, она находилась всю мою жизнь так близко от меня. Надеюсь, придёт день, и я расскажу тебе о многом… Пусть Аллах простит меня. Пусть Аллах убережёт тебя от плохого. Пусть Аллах не разлучит нас.

Если твои чувства взаимны ко мне, пусть мой подарок будет завтра на тебе. Возвращайся быстрее, нужно закончить проект. Я не собираюсь всё делать за тебя. :)

С уважением, твой брат по вере Фарид».

Из моих глаз потекли слёзы. Столько эмоций переполняли меня. Самая счастливая и самая несчастная – так можно было назвать моё состояние… Для себя я поняла две вещи. Первое – мои чувства к Фариду на всю жизнь. Да, именно так! Ибо, даже если мы не будем вместе, я не смогу о нём забыть. Второе – мы никогда не будем вместе! А если и будем, то меня мои родные никогда не простят… Плача от боли и счастья, держа письмо в руках, я незаметно заснула на своей кровати.

На следующий день, проснувшись рано утром, я была на взводе: стоя у шкафа, не знала, что мне надеть. Марьям заглянула в комнату.

– Ты ещё не оделась? Что так долго?

– Не знаю, что выбрать! – смутилась я.

Как ни странно, Марьям не стала издеваться, а молча подошла к шкафу.

– Вот это платье, которое тебе привезли твои родственники, – показала на тёмно-зелёный наряд моя подруга. – Его надень. Оно тебе точно подойдёт.

– Хорошо, – согласилась я и достала его из шкафа. – На него я даже внимания не обратила. Не слишком нарядно для университета?

– Конечно, нет! – усмехнулась девушка. – Вспомни наряды Альбины и Беллы. Будто они только что приехали со свадьбы лучшей подруги.

Мне стало смешно от её слов. Марьям вышла из комнаты, чтобы я могла переодеться. Когда я вышла к подружкам, и они увидели меня в новом наряде, обе остались в восторге. Мне и самой понравилось: свободное платье, как я люблю, красивый цвет и приятная ткань. А поверх висела цепочка с кулоном, подарок Фарида. Я решила, что готова ответить на чувства парня. Ризван с друзьями ждали нас на улице. Мы вместе пошли в университет. Какое же удивление я испытала, когда нас догнал… Фарид!

Как всегда, в тёмной одежде. А сверху кожаная куртка тёмно-коричневого цвета. Интересно, сколько их у него?

Фарид быстро посмотрел на меня. Я надела сверху длинный плащ, но не застегнула. Несмотря на то, что была середина осени, на улице было тепло и светило солнце. Так как цепочка на моей шее была длинной, кулон был виден, несмотря на то, что на голове у меня был платок, и он свисал спереди, прикрывая шею. Фарид слегка улыбнулся и подошёл к парням. Всё случилось так быстро, что кроме меня никто ничего не заметил.

– О, Фарид! Ассалам алейкум! – весело поприветствовал его Ахмед, чеченец и сосед Ризвана. – И каково тебе ходить пешком?

– Ва алейкум ассалам! – спокойно проговорил Фарид. – Нормально, это для меня не в новинку.

– Не понял… – удивился Ризван. – А где твоя машина?

– Я её продал.

– Почему? – спросил Юнус, дагестанец и сосед моего брата.

– Решил купить другую… – не вдаваясь в подробности, ответил Фарид.

Мы с девочками переглянулись. Неужели из-за цепочки и кулона, которые он мне купил, Фариду пришлось продать машину? Потом стало смешно от этой мысли. Никто в здравом уме не стал бы такое делать. Конечно, золото – не дешёвый металл в наши дни, но не настолько, чтобы продавать машину. И тут меня осенило: Фарид – это тот неизвестный, кто заплатил за мою операцию! В этом я не сомневалась. Слишком много совпадений… Я в шоке посмотрела на парня. Марьям и Лейла тоже были удивлены. Значит, они подумали так же, как и я.

– У тебя какие-то проблемы, Фарид? – заботливо спросил Ризван. – Если что, ты скажи…

– Пусть Аллах воздаст тебе благом, но всё хорошо, – улыбнулся Фарид и мельком посмотрел на меня.

– Мы же должны друг другу помогать! – похлопал его по спине Мансур, тоже чеченец и сосед Ризвана.

Парни пошли чуть впереди нас, девочек. Лейла сразу зашептала нас с Марьям:

– Сафия, уверена, он продал машину из-за тебя!

– Сто процентов! Он сумасшедший! – Лейла была в восторге.

А у меня потекли слёзы, я смогла только кивнуть.

– Дурочка, ты что нюни распустила, – обняла меня моя подруга, хотя сама подозрительно покраснела. А Лейла обняла с другой стороны, она тоже была под впечатлением.

– Сафия, так поступает только тот, кто действительно испытывает сильные чувства. Представляешь, насколько ты ему дорога? Цени это!

В университете, когда я поднималась на пятый этаж, устав, остановилась на третьем. Кто-то шёл за мной. Обернувшись, я увидела Фарида. Моё сердце забилось так сильно, что могло бы выскочить наружу. Машинально, от волнения, я схватила кулон и начала со всей силы сжимать его.

– Ассалам алейкум, Сафия!

– Ва алейкум ассалам! – тихо проговорила я, не глядя на парня.

– Как ты себя чувствуешь?

– Всё хорошо, только немного слабость.

– Пусть Аллах дарует тебе крепкое здоровье!

– Спасибо! И тебе тоже, Фарид… – мне кажется, я впервые при нём назвала его по имени.

– Ты надела цепочку и кулон.

– Кто бы не поступил так на моём месте? – улыбнулась я и осмелилась посмотреть Фариду в глаза.

Какие же у него красивые глаза, такой проницательный взгляд… Он смотрел на