Похищена. Влюблена - Марина Весенняя

"Только сели в аэропорту. Прости, что раньше не написал. Жалко, что у тебя не получилось полететь"

Сообщение от Александра немного согрело душу. Я успела заселиться и даже устроиться на кровати, но сон не сразу пришел. Зато пришла милая и добрая весточка.

Саша: "Ты там как?"

Улыбнулась. Все равно он милый.

Я: "Нормально. Не Мальдивы, конечно. Немного тебе завидую. Хорошего отдыха"

На этом я отключила звук на телефоне и легла спать. Ни за что не скажу Александру, насколько у меня все НЕнормально. Пусть отдыхает спокойно и восстанавливается. Ему тоже по-своему досталось. Моих проблем еще не хватало.

* * *

Четыре дня я провела в хостеле. Четыреста рублей за ночь, двадцать соседей по комнате не считая тараканов. Но я не ночевала на улице, и ладно.

И почти каждый день мы понемногу списывались с Александром. Он скидывал фотографии белых пляжей и удивительно прозрачной воды. Я… Что ж, я отправляла в ответ снимки из офиса, и городские виды, которые специально для него снимала по дороге.

Еще я вышла на работу. Тоже было "весело". Я как бы в отпуске, отменить мне его не смогли. А вот выйти "за коллег" — не проблема. Оплату я, правда, увижу только через неделю, но зато я ее увижу.

Пришлось посетить "секонд-хэнд", чтобы купить себе что-то, в чем можно ходить в офис. И сидеть на невероятно жесткой диете. Называется "попробуй найти питание за свой скудный бюджет".

Вот и спускай после такого все деньги на свадьбу.

Никогда и ни за что больше!

Я наслаждалась тем, что в офисе был кофе, чай, сахар и почти неограниченное количество сушек. Долгие прогулки пешком по вечерам до гипермаркета, где можно было взять макароны по восемнадцать рублей за килограмм, недорогую морковь и что-то, что выглядело сосисками, но вряд ли ими являлось.

"Холостяцкая жизнь", — старалась говорить себе, жуя морковь по вечерам, когда в офисе никого больше не оставалось. Тут я решила остаться "жить" до тех пор, пока не получу следующую выплату. Потом получится снять квартиру. И, черт возьми, я это сделаю, даже если придется влезть в небольшой кредит. Но все-таки я надеялась, что обойдется без этого.

Зато это уныние получалось разбавлять видами шикарных блюд, которыми наслаждался Александр в своем отпуске. И мечтами о жизни лучше, чем та, что тянулась у меня в данный конкретный момент.

План у меня простой, как пять копеек.

Получить аванс. Подать на развод. Пока Олег не начудил ничего — мало ли, возьмет кредит и решит повесить половину на меня? Снять жилье. Хоть какое, но мне нужно было где-то жить. А не мыться в офисной раковине. Купить ноутбук. Взять подработку. Еще одну, кстати. Пока удавалось по чуть-чуть "шабашить", репетиторствуя онлайн все теми же вечерами, но не могу сказать, что это приносило много. Нет, что-то капает на карту — хорошо, но пока режим жесткой экономии, на эти суммы не разгуляешься. Мне нужно будет купить ноутбук — мой остался у Олега, и не представляю, как я получу его обратно. Все документы о покупке тоже у него, так что не думаю, что добьюсь возврата техники.

Ну а дальше… Будет жилье. Буду работать. Накоплю денег. Буду улучшат условия. Обновлю гардероб. Буду хорошей девочкой, получу повышение.

И все у меня станет хорошо.

Просто постепенно.

Единственное, что действительно огорчало… Кажется, о личной жизни можно забывать. Впереди столько работы, сколько проблем, что не представляю, как впустить в свою жизнь хоть какого-то… Да и надо оно мне? Может, я оказалась как раз на том перепутье, когда можно выбирать между мужиками и сорока кошками?

Да нет, конечно. Просто сейчас не до этого.

Да и потом… Если думать о мужчинах, то раз за разом я ловлю себя на том, что думаю об одном конкретном человеке.

Александр.

Тот самый, с которого все началось.

И тот самый, который не забывал обо мне и писал каждый день.

Я много раз ловила себя на том, что беру телефон и проверяю — нет ли от него новых сообщений. И каждый раз натыкаясь на пустоту, испытывала разочарование.

Сегодня он молчал весь день, и от этого становилось грустно. Нет, конечно, он не должен был писать. И даже отвечать. Ну скинула я ему утром фотографию большой зеленой чашк с кофе, который я себе налила в офисной кухне. И он еще не посмотрел.

У меня очередной вечер с вермишелью, сушками. А у него, наверное, океан, морепродукты, тропические фрукты. А может и какая-нибудь шикарная фотомодель с миллионом подписчиков, которая скрашивает одинокие прохладные ночи.

Божечки, Даш, ты такая идиотка.

— Эй…

Тихое "эй" чуть не заставило меня свалиться с кресла.

Я так резко дернулась, что стул на колесиках поехал. Я попробовала зацепиться за стол, но только сильнее расшатала и без того хлипкое равновесие стула, спинка подозрительно хрустнула и я почувствовала, что падаю. Еще и нога зацепилась за провода, так что я рисковала не только расквасить нос об пол, но и разбить что-то из рабочей техники.

Каким чудом я все-таки поймала равновесие и смогла зафиксировать всё и сразу, я не знаю.

— Ой, прости, не собиралась тебя пугать, — такой же тихий и спокойный голос обращался ко мне, и я не бралась утверждать — кто именно ко мне обращался.

— Нет, что вы, — я поднялась и поправила на себе одежду.

И, наконец, увидела, что мой покой потревожила Алина Васильевна. Наш старший кадровик.

— Не думала, что в офисе еще кто-то остался…

— Я тоже не думала, что в офисе кто-то остается… — женщина многозначительно посмотрела на меня. — Пойдем, поговорим?

Ну все. Мне конец.

Теперь меня уволят.

И придется составлять новый план вылезания из задницы.

Я проследовала за женщиной в нашу "чайную", и села на диван, нервно поглаживая собственные руки.

— Да не переживай ты так, — посоветовала Алина Васильевна. Она опустила ладонь на мои руки и похлопала. — Я не собираюсь тебя смущать, но, видимо, так получится. Я слышала что с тобой случилось. Во всяком случае, по офису ходят слухи…

Могу себе представить какие…

— Жалко, конечно, что у тебя все так получилось, — признала женщина. — Но жить в офисе — совсем не дело.

— Понимаю, но…

Алина Васильевна жестом дала понять, чтобы я остановилась.

— Я все понимаю, — кивнула она. — Правда. Муженек оказался не тем, каким ты его представляла. Жили,