Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 1 - Селина Катрин

class="p1">Вариант пойти одной отмела сразу. Одинокая эльтонийка на бизнес-мероприятии — это сигнал всем особям мужского пола в радиусе пяти километров: «О, а давайте пригласим на танец, попробуем набухать, подкатить, убедить, что одной женщине в этом мире не выжить!» Даже милое прозвище «Кровавая Тери» отпугивало не всех. Если я буду с мужчиной, то это создаст хоть какой-то временный барьер для мизогинистов типа Кракена, считающих, что женщина не может управлять бизнесом в одиночку и вообще во всём должна зависеть от сильнейшего рядом.

Увы, единственный адекватный вариант — Оливер — отмёл себя сам.

— Даже не смотри на меня так, Эстери! — воскликнул он сразу же, как только мы остались в ординаторской тет-а-тет. — Мне тоже пришло приглашение на «Новую Эру». Я не пойду. Категорически нет! Моей ноги там не будет.

— Но почему?!

Ведущий хирург резко покачал головой, насупился и даже сложил все три пары рук на груди:

— Я прекрасно понимаю, что происходит на таких встречах. Я не хочу в это влезать. Мне нравится работать «по-белому». Я хорошо делаю свою работу, лечу пациентов, а для всего остального есть ты, Тери. Извини, но нет.

Оливера я знала уже девять лет. Он был первым, кто согласился на меня работать, а потому наедине откидывал субординацию и называл по короткому имени.

— Ну пожа-а-алуйста, Оливер!

Я сложила ладони в молитвенном жесте, однако мужчина лишь повторно отрицательно покачал головой.

— Не заставляй меня, прошу. Ты же знаешь, что я сбежал со своей планеты нелегально. Я не хочу, чтобы меня объявили каким-нибудь «бесценным светилом науки» и депортировали на родину. Да и ты лишишься сотрудника. Оно тебе надо? Правильно, не надо. Будет лучше, если я останусь в тени.

Я лишь вздохнула.

Лаборантов брать с собой — только чернить репутацию, Софи — девушка, а мне нужен именно мужчина. Бритоголовые Рон и Глот выглядели настолько устрашающе, что я крепко сомневалась, что телохранителей пропустит фейс-контроль… Так и получилось, что на мероприятие я отправилась с Джорджио. И честно — пожалела в первые же полчаса.

Джорджио вёл себя хуже пятилетнего ребёнка. Уж лучше бы Лею с собой взяла.

— Ох, Эстери, вы только посмотрите! — Джорджио не умолкал уже минут двадцать. — Чувствуете, как пахнет деньгами? Это не просто конгресс, это… это рай для бизнеса!

Хирург, проигнорировав приборы, взял рукой уже пятнадцатую по счёту тарталетку с фуршетного стола, сунул в рот и натурально застонал:

— М-м-м! Как же вкусно! Эстери, только попробуйте это!!!

На нас начали оборачиваться, и я невольно сделала шаг назад. Кошмар какой. Часть содержимого тарталетки вывалилась на пол, но Джорджио даже не заметил этого. Он смачно облизал пальцы и запил деликатес шампанским. Четвёртым бокалом.

— Вы непремеф-фо долф-ны это попрофо-фать! — жуя, сообщил Джорджио. — Ниче-фо фкуснее ф физни не пробо-фал!

Под нос мне была сунута точно такая же тарталетка… Начинкой оказалось нечто белое и шевелящееся, отдалённо похожее на дождевых червей.

— Спасибо, Джорджио, я, пожалуй, пас. И вам советую поумерить аппетит.

— Ну и зря. — Он наконец обратил внимание на приборы, правда, не так, как мне бы хотелось: — Как думаете, а эти вилки из настоящего серебра? Никогда таких не видел! Если переплавить и сделать пинцет…

Джорджио заинтересованно потянулся к изысканной десертной вилке, а я мысленно пожалела, что невнимательно вчиталась в досье нового дока клиники. Софи говорила, что этот человек — выходец с Захрана, одной из самых бедных и неблагополучных планет Федерации. К сожалению, тогда я даже не представляла, что происхождение может настолько сильно сказываться на поведении на подобных мероприятиях.

— Здесь повсюду камеры. Пожалуйста, положите вилку откуда взяли, или у нас будут проблемы.

— Что, прям совсем повсюду?

Брови мужчины поднялись на лоб, но прибор он послушно кинул в груду аналогичных использованных.

— Совсем, — подтвердила я и, мысленно костеря себя за то, что не нашла «плюс одного» получше, предприняла последнюю попытку оттащить Джорджио от буфета: — В основном зале сейчас будет речь от господина Вэл'Массара… Вы присоединитесь?

— Вэл'Массар? А это кто? Человек?

— Нет.

Я так удивилась промелькнувшей ксенофобии, что ответила не задумываясь. Тур-Рин был хорош тем, что сюда прилетали туристы со всех планет Федерации, развлекались по-всякому… и, как следствие, коренное население тоже являлось смешанным. Организатор мероприятия являлся чистокровным миттаром по расе, о чём я и сообщила хирургу.

— Фи, — махнул рукой Джорджио. — Не человек даже и не хирург. Что он может сказать полезного? Я лучше тут побуду, где ещё такие яства отведать придётся? — И он подмигнул. — Вы приходите, Эстери, как заскучаете.

И, громко крякнув, он потянулся к пятому бокалу.

М-да.

Заверив, что обязательно вернусь, я подхватила клатч и быстрым шагом направилась в центральный зал. Да уж, с неприятной стороны открылся новый сотрудник, но, увы, выбирать не приходилось. На момент приёма на работу для меня было достаточно того, что его диплом настоящий и опыт работы имеется.

В груди плескалось раздражение на дока и ещё в большей мере на саму себя, но я постаралась потушить его холодными размышлениями. «В конце концов, ты явилась сюда не одна, а значит, все минимальные приличия соблюдены. Теперь просто надо найти складское помещение, поулыбаться на камеры и можно возвращаться, чтобы почитать сказку Лее», — сказала себе мысленно.

Коридор, холл, широкая лестница.

Уф-ф-ф.

Собираясь на конгресс, я придирчиво выбирала наряд и в итоге остановилась на самом скромном чёрном платье из тех, что всё же подчёркивали статус владелицы элитной клиники. Придерживая подол, я мысленно проклинала и скользкие мраморные ступени, и чересчур старательных уборщиков, и обязательный дресс-код.

Платье было неудобным до абсурда — но, увы, если ты женщина в бизнесе, будь добра соответствовать. Это мужчинам обычно прощается многое. Женщинам — ничего.

Если ты женщина, то должна быть одновременно достаточно успешной, чтобы казалось, будто у тебя нет детей, проводить время с семьёй так, будто у тебя нет работы, и выглядеть — словно у тебя нет ни того, ни другого. И да, стареть нам тоже запрещено. Мужчины в возрасте — это сексуально, а если тебе восемьдесят или не дай Вселенная минуло сто двадцать, ты всё равно обязана выглядеть на шестьдесят — не старше.

Опасные ступеньки закончились, я наконец-то шагнула за массивные раздвижные двери. Мир тут же вспыхнул ярким калейдоскопом огней, голосов и движений. Высокий купол, выполненный из жидкокристаллического стекла, переливался приглушённым свечением,