Слепой отбор. Тень для Лунного дракона - Елена Соловьева

К сожалению, такого ответа Ярону показалось недостаточно.

— Вы говорите общими фразами, принцесса, — заметил он, склоняя надо мной лицо. Непозволительно близко. — Но мне хотелось бы знать, ваше личное мнение. Вы могли бы влюбиться в Михаэля? Или уже сделали это?

Я невольно сглотнула.

Так речь зашла о любви?

Но что я могла рассказать об этом. Что знает о любви та, кого родители выбросили в младенчестве, как бракованную игрушку? Та, что столько лет провела в застенках монастыря, испытывая на себе всеобщую враждебность. Сначала меня презирали за слепоту, потом ненавидели из-за дара метаморфа. Да я и сама, признаться, не испытывала к себе ничего, кроме отвращения. Меня так долго убеждали, что метаморфы ―гадкие создания, не достойные даже имени, что, в конце концов, я приняла это как данность.

Так было не всегда…

В детстве я, как все сироты, мечтала о том, что когда-нибудь объявятся настоящие родители. Скажут, что искали меня долгие годы. Признаются, что любят, и заберут с собой. Нет, я не мечтала о том, что они окажутся королем и королевой. Мне было бы достаточно того, что они просто есть на свете. Что они любят и принимают меня со всеми недостатками.Такой, какая я есть. И не важно, будут они нищими попрошайками или ремесленниками, магами или обычными людьми. Любовь — это высший дар, превосходящий все остальные.

— Я слишком мало знаю, чтобы ответить на ваш вопрос, Советник, — призналась, тихо вздохнув.

— Слишком мало знаете Михаэля? — уточнил он.

И снова в его ауре промелькнуло возбужденное волнение, как будто этот разговор был для него особенно важен. Неужели он так сильно волновался за своего повелителя? Или переживал за будущее страны? А, может быть, Ярон преследовал какие-то личные цели?

Глава 23

Хотела бы я знать ответы на свои вопросы. Но сильнейшая магия Лунных драконов отражалась и на их ауре. Определить, о чем они думают, что чувствуют, было практически невозможно.

— И это тоже, — согласилась я. — Мы почти незнакомы с Михаэлем Авертоном. Но для желания стать его женой мне достаточно того, что я уже о нем знаю.

— Похвальная откровенность, — признался Ярон и снова замолчал, как будто переваривая услышанное.

Так и знала: это была еще одна проверка. Советник наверняка нарочно разрешил невестам прогуляться по саду. Зная, что девушки не дружат между собой, он выцеплял их поодиночке и выводил на серьезный разговор.

— Вы хотели бы узнать что-нибудь еще, Советник? — спросила я, складывая руки на коленях и ощупывая принесенный ветром маленький бутон розаритки. — Или узнали все, что велит вам долг распорядителя отбора?

Собственные слова показались мне грубостью. Даже дерзостью. Никогда прежде я не позволяла себе разговаривать подобным образом. Но почему-то осознание того, что Ярона привлек ко мне лишь долг, нанесло острую обиду. Сердце, еще недавно бившееся так гулко, замерло от разочарования.

«А ты что думала? — мысленно отругала я себя. — Что Советник Его Величества заинтересуется тобой? Принцессой Илоной ― вполне возможно. Но ты – не она!»

«Ого, какие внутренние баталии, — вторгся в мысли голосок Стинки. Он незаметно вернулся, мой маленький помощник. — Прости, что подслушал. Но не мог оставить тебя наедине с этим здоровяком. Если хочешь, я пойду еще прогуляюсь?..»

«Нет, нет, оставайся, — попросила я, запрещая себе даже думать о Яроне. Он только распорядитель отбора. Не больше. — Думаю, Советник узнал все, что необходимо».

Но я ошиблась.

— На самом деле я пришел предупредить вас, принцесса Илона, — проговорил он обеспокоенным голосом. — Вчера у дверей вашей комнаты я обнаружил следы смертного заклятья. Я не сумел определить, кто его сплел, потому что оно не было доведено до конца. Но след витал в воздухе. Шана, стражники и я лично будем присматривать за вами, но, прошу: будьте осторожны. Не выходите никуда без сопровождения. А ты, малыш, внимательно следи за своей хозяйкой.

Советник взял на руки обалдевшего Стинки. Мой помощник был удивлен такой точности, ведь в тот момент он был невидим. Не иначе как Советник Ярон тоже обладает магическим зрением.

— Постараюсь, — пообещала я.

Умереть, не исполнив первого и главного задания королевства Новелтрон… Нет, такого я не могла допустить.

Выходит, испорченное платье — это меньшая из бед, что обошла меня стороной. Все могло выйти гораздо, гораздо хуже.

— Спасибо вам, Советник, — в который раз за встречу поблагодарила я. — За заботу и за предупреждение.

— Вы подозреваете кого-нибудь, принцесса? — спросил он и тут же поправился: — Да, на отборе много сильных, магически одаренных девушек. Ради достижения своей цели они способны на многое. Но убийство… Еще ни на одном отборе подобного не случалось.

Есть ли у Илоны враги? Кто-то, кроме других принцесс?

Я в этом сильно сомневалась. В нашем королевстве все ее боготворили. А правду обо мне самой знали только немногие избранные. Но здесь, на территории Лунных драконов, не было никого из них. Если только…

Да нет, идея показалось мне глупой и надуманной. Я отбросила ее как несущественную. Даже если бы кто-то из других принцесс заменил себя другим метаморфом, мы не узнали друг о друге. Академия тщательно хранила свои секреты и не выдавала тайн нанимателей.

С другой стороны, кто-то дал Стинки беснующее зелье перед тем как мы вошли в портал. Кто-то уже пытался избавиться от принцессы Илоны. Возможно, тайные помощники одной из принцесс-соперниц не отказались от этой затеи.

На то, чтобы принять решение, ушло несколько секунд. Я могла постоять за себя, но не имела права подставлять принцессу Илону. Самым очевидным предположением, кто пожелал ей смерти, была уже изгнанная с отбора Ализа. Поняв, что испортить мое платье для дефиле не вышло, она могла наложить заклятие? Но стала бы она это делать? Или ограничилась проклятием мысленным, но не смертельным?..

Взвесив все за и против, я все же рассказала Ярону о путешествии через портал. И он пообещал разобраться, сожалея лишь об упущенном времени.

— Знай я это раньше, мог бы добраться до злоумышленника. Но сейчас обнаружить следы вряд и удастся. Хотя я непременно попытаюсь. Скажите только одно, Илона: вы настолько мне не доверяетесь, что не решились рассказать о покушении сразу?

Я невольно прикусила нижнюю губу, смущенная и расстроенная одновременно.

Могла ли я рассказать сразу?

Признаюсь, такая идея приходила мне в голову. Но что,