Защитник для чужой невесты - Алина Углицкая

Оставалась еще верхняя одежда: старый кожаный плащ и потертая заячья шубка. Что из них надеть, буду решать перед выходом, когда природа определится, чего ей больше хочется – пролиться дождём или опасть снежными хлопьями.

Серость за окном всё больше светлела. Ледяной ветер задувал в щели, заставляя зябнуть. Может, и зря я велела Гансу не тратить дрова на мою комнату. Провела бы последнюю ночь в тепле.

Надев единственное дорожное платье и накинув сверху теплую шаль, я спустилась на первый этаж.

В столовой царило чопорное молчание. Фелиция, которая, к моему удивлению, спустилась сегодня первой, и дракон сидели в разных концах стола.

Я вежливо поздоровалась и поцеловала сестру в щёку. Она вымученно улыбнулась. Видимо, перебрала все возможные темы для разговора и теперь не знала, как сбежать.

Опыта ведения светских бесед у неё почти не было. Да и откуда бы ему взяться? Но эту горькую мысль быстро сменила надежда, что всё образуется.

Авенар, судя по мрачному выражению лица, вовсе не стремился помочь Фелиции с разговором. Его губы были сжаты в такую тонкую линию, что, казалось, и вовсе не способны разомкнуться.

Мне хотелось сесть рядом с сестрой, подальше от дракона. И вообще оказаться в другом помещении. Наша внезапная близость вчера слишком сильно меня напугала. Подобное недопустимо, невозможно даже в мыслях.

Обстановку разрядили младшие сестры.

Они шумной стайкой впорхнули в столовую и наполнили ее взволнованным щебетом. Смолкли ненадолго при виде Авенара, но, оценив его сумрачную неподвижность, продолжили болтовню, разве что теперь не в полный голос.

Следом за ними вошла Эмма. В руках она держала конверт с документами, а ее лицо выражало неуверенность. Как и походка.

Я стиснула руки, молясь Всемогущему, чтобы дракон ничего не заподозрил.

Эмма подошла к Авенару и положила конверт на стол, справа от его руки. Тот поднял на мачеху хмурый взгляд.

– Вот, господин Авенар, мой супруг подписал договор…

Голос Эммы дрогнул. Самую малость, почти незаметно.

Дракон приподнял бровь, но ничего не ответил. Молча взял конверт в руки, а мачеха деревянным шагом направилась на свое место.

Я же, почти не дыша, следила, как Авенар открывает конверт и достает оттуда бумаги.

Его не интересовал весь договор, только последняя страница, где стояла подпись моего отца.

Несколько мгновений, превратившихся для меня в бесконечность, дракон смотрел на бумагу, затем перевел взгляд на меня.

В тот момент мое сердце словно оборвалось. Страх разоблачения перекрыл мне дыхание.

Но секунда прошла – и внимание Авенара вернулось к бумаге в его руках.

– Я правильно понимаю, – начал он ровным тоном, – лорд Бурджес не выйдет нас провожать?

Мы с Эммой быстро переглянулись. Она прижала руки к груди и несколько нервно улыбнулась дракону:

– Мой муж… ему со вчерашнего вечера нездоровится…

– Я видел, – припечатал тот, заставляя мачеху умолкнуть на полуслове.

Я почувствовала, что краснею.

Слова Авенара услышали все. Бубнеж сестер прекратился. Фелиция наклонилась, делая вид, что разглядывает выщербленный край стола. Юлиана и Юстина застыли, вжав головы в плечи. Адриана испуганно смотрела на мать. А та с мольбой уставилась на меня. Будто я была способна что-то ответить дракону.

А ведь и правда, я могла его приструнить. Раз уж вскоре мне предстояло стать его госпожой.

– Раз с бумагами покончено, то, полагаю, вам… Авенар, пора выполнить волю вашего хозяина.

Мне было непросто под тяжелым и явно оценивающим мужским взглядом. Но я справилась. Мой голос прозвучал ровно и даже бесстрастно. Лишь чуть-чуть выделил паузу перед именем дракона. Ту паузу, которую в разговоре с любым другим собеседником заполнило бы слово “господин”.

На губах дракона заиграла понимающая усмешка:

– Всенепременно.

Он вернул договор в конверт и спрятал за пазуху. Затем поднялся:

– Леди Бурджес, поскольку вашему мужу… нездоровится, а время не терпит, прошу вас засвидетельствовать получение выкупа.

Вот гад! Он же нарочно сделал паузу с точно таким же выражением, что и я!

– Ох, – Эмма в замешательстве стиснула руки. – Конечно-конечно. Когда пожелаете.

– Тогда сделаем это прямо сейчас.

Авенар первым направился к дверям, Эмма засеменила за ним. Ее лицо было бледным, с красными пятнами на щеках. Похоже, она до сих пор не верила, что дракон ничего не заметил и принял поддельную подпись.

Но я не была столь наивной. Все он заметил. Просто ему все равно. Он же не свои деньги отдает и не особо радеет за богатство хозяина. Его послали за невестой – вот он ее и привезет.

Когда эти двое вышли, сестры сбились в кучу и встревоженно уставились на меня.

– Так это правда, – неуверенно протянула Юстина, – ты все-таки уезжаешь.

– А ты думала это шутка? – шикнула на нее Юлиана.

Адриана подошла и обняла меня. Затем задрала голову и спросила:

– Хлоя, значит, ты станешь богатой? Будешь ездить в золотой коляске и жить в настоящем дворце?

– Кто тебе такое сказал?

– Фелли.

Я наградила Фелицию укоряющим взглядом.

– А что, разве я не права? – та моментально вскинулась, готовая дать мне отпор. – Ты же герцогская невеста, теперь уже официально. Большая госпожа.

Мне нужно было смолчать. Стерпеть ее детскую злость, не ссориться на пороге. Кто знает, увидимся ли мы еще в этой жизни? Что если поругавшись с сестрой сейчас, я потом до конца своих дней буду жалеть, что это были наши последние слова друг другу?

И я бы смолчала. Если б она не добавила:

– Таких, как ты, у него уже шесть невест было. И ты ненадолго задержишься.

Я ощутила, как кровь отливает от лица. Фелли била наотмашь. Она хотела сделать мне больно.

Кто-то из девочек ойкнул, кто-то испуганно прикрыл рот.

Все с тревогой ждали, что я отвечу.

А я усмехнулась:

– Ничего. Вам щедро за меня заплатили. Теперь вы тоже богаты.

Фелиция стала пунцовой.

– Дура! – крикнула мне в лицо, оттолкнула с дороги и скрылась в дверях.

Кажется, в ее голосе были слезы.

***

Авенар

Я шел за Эммой, не слушая ее трескотню.

Подпись на документе почти не отличалась от почерка лорда Бурджеса. Но никакая подделка не скроет дрожи в голосе леди Бурджес и запаха страха, что