Формула любви для Золушки - Елизавета Красильникова

Застирав едкую пыльцу, она попыталась высушить платье в автоматической сушилке и при этом чуть не плакала от досады на себя саму. «Если бы я была чуточку увереннее в себе, то не стала бы плестись сзади Вадима с Виолеттой и не догадалась бы спрятаться от Бенциони за их спинами. Тогда ничего бы этого не случилось. И танцевала бы я сейчас перед Вадимом, и привлекала бы его внимание как женщина, как Виолетта, если ему только это и нужно», — причитала Саша, глядя, как ее платье высыхает, а на ткани появляются растяжки именно в том месте, где она его терла.

«Все. Вечер испорчен. Теперь мне не только перед Вадимом — вообще перед людьми нельзя показываться!» И Саша, позабыв, где она находится, завыла в голос.

Сидевший как на иголках Энрике оглядывал свою комнату взглядом эксперта, соображая, что еще можно изменить в лучшую сторону, когда до него донеслись Сашины рыдания. Он соскочил с кровати и рывком открыл дверь ванной. Саша вскрикнула от неожиданности и, схватив свое испорченное платье, безуспешно пыталась им прикрыться, во все глаза испуганно глядя на бедного Энрике. Ничего не понимая и порядком растерявшись, он таким же образом несколько секунд пялился на Сашу. Наконец, когда шок немного прошел, он выскочил из ванной и плюхнулся на кровать, все еще не дыша.

Саша, придя в себя, осознала, что она сама виновата в этой дурацкой ситуации — напугала мальчика, — и посчитала своим долгом все уладить самой. Она кое-как надела платье, поправила прическу, умылась и вышла в комнату. Энрике бросился к ней, тараторя извинения то на английском, то на итальянском, жутко при этом размахивая руками перед Сашиным лицом. В конце концов, не выдержав этого мелькания, Саша жестом остановила бурный поток отчаянных восклицаний и сказала как можно дружелюбнее:

— Послушай, Энрике, ты ни в чем не виноват. Просто я очень расстроилась из-за платья. Теперь мне невозможно выйти на люди. Но это мелочи, не так ли? Теперь я успокоилась и больше не плачу.

Она улыбнулась Энрике, прошла через комнату и уселась на стул возле компьютера. Энрике, последовав ее примеру, присел на кровать.

Саша вздохнула:

— Все равно никто обо мне не вспомнит до десяти часов…

— Почему? — Энрике искренне удивился и сделал круглые глаза, чем немного рассмешил Сашу.

— Потому что ровно в десять часов моя карета превратится в тыкву, кучер — в крысу, а лошади — в мышей!

Энрике, немного задумавшись, наконец понял смысл ее шутки и задорно засмеялся. За ним вслед засмеялась и Саша, чувствуя, что на душе становится гораздо легче. По крайней мере ей не придется прятаться по углам и с тоской наблюдать за развлекающимися Вадимом и Виолеттой. Пусть остаток вечера она проведет в обществе этого милого паренька — нет худа без добра.

— Синьорина, мы с вами даже не успели познакомиться, — все еще смеясь, произнес Энрике и посмотрел на Сашу большими черными глазами, от доброго взгляда которых Саше стало совсем спокойно и хорошо.

— Меня зовут А-лек-санд-ра. — Саша по слогам про-говорила свое имя. — Но так слишком официально и длинно. Можешь звать меня просто Сашей.

— А можно — Алекс? Так получится по-американски. Я родился в Америке и начал там учиться. А потом перебрался в Рим, к отцу. Мама до сих пор живет в Штатах, а сюда приезжает изредка. А твои родители живут с тобой?

— Нет, я живу одна, они в другом городе. Порой мне их очень не хватает… Но не будем о грустном! — Саша еще раз окинула взглядом комнату и удивилась произошедшим в ней переменам.

— А у тебя тут мило! — сказала она и заметила, что Энрике остался доволен оценкой своих стараний. — А что ты делаешь на компьютере?

Энрике подошел к компьютеру, включил его и вставил в дисковод лежавший рядом лазерный диск, а Саша подвинулась поближе, чтобы наблюдать за его манипуляциями. На экране возникла красочная заставка какой-то игры.

— Обычно я пишу рефераты и эссе, я ведь еще учусь. А в свободное время предпочитаю бродить по разным сказочным странам, искать сокровища и затерянные клады…

— А, понятно, квесты! Я их тоже обожаю… Вернее, обожала до определенного момента. — Саша следила, как из замка вышел маленький человечек в старинной одежде, за ним появился волшебник в зеленой мантии и длинном колпаке и они начали свою беседу. Вероятно, волшебник давал человечку наставления по поводу поиска каких-нибудь сокровищ.

— До какого момента? Не понимаю… — вернул ее к реальности Энрике. Ему было жутко интересно разговаривать со своей иностранной гостьей, которая оказалась не только красивой, но еще и очень легкой в общении.

— Ну, пока не начала работать и не узнала, что жизнь — это не только красивая сказка, то есть… что угодно, только не красивая сказка.

Саша подумала о Вадиме и о том, что до встречи с ним она жила так тихо и размеренно. Она верила в свой успех, в счастье, которое непременно должно было на нее свалиться просто так. А теперь она ни в чем, даже в себе, не может быть уверена. Оказалось, что жизнь — сложнейшая штука. Но стоит ли это объяснять Энрике?

— Это точно. — Молодой человек упорно продолжал разговор. — Вот и я собирался сегодня заниматься совершенно другими делами, а сейчас сижу здесь со своей прекрасной гостьей и никуда не хочу уходить.

— Что же это за дела, если не секрет? — Саше не терпелось разузнать: а действительно, почему он так легко нарушил свои планы?

— Это совсем не секрет, просто… — Энрике запнулся и опустил голову. — Просто это может быть тебе неинтересно.

Ну уж нет! Раз Саша проявила любопытство, ему от нее так просто не отделаться. Немного помявшись, Энрике все-таки поведал Саше о том, что бежал на свидание к девушке, с которой познакомился на дискотеке вчера вечером. Отец не поощряет подобных знакомств, тем более что на это время была назначена вечеринка. Но что мог поделать кавалер, если его ждала дама?

— Так почему же ты передумал? — спросила Саша, уже догадываясь о мотивах перемены планов Энрике и про себя забавляясь этим.

Юноша совсем стушевался, хотел сослаться на то, что это его долг как хозяина, но решил раскрыть свои карты, а не ходить вокруг да около.

— Ты мне очень понравилась. Ты поразила меня сразу, как только я тебя увидел. И я подумал, что буду полным ослом, если упущу возможность познакомиться с тобой