Развод с драконом. Я сведу тебя с ума! - Юлианна Винсент

— Элариан! — я вскочила на колени и наклонилась к нему. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип.

Я в панике оглядела комнату. Что делать? Что случилось? Я вспомнила про ягоды. Проклятые ягоды!

Внутри все похолодело от ужаса. Я коснулась его лба. Он горел.

— Элик, держись, — прошептала я, стараясь унять дрожь в голосе. — Я сейчас же что-нибудь придумаю.

Что это? Аллергия? Где я возьму в этом мире антигистаминное? Так, тихо, Даша, успокойся! Сначала нужно, чтобы у него спал жар.

Я пулей сбегала на кухню, оторвала от своего платья кусок ткани, намочила ее и, прибежав обратно, стала обтирать Элариана.

Жуткие волдыри по всему телу усложняли задачу, но спустя пару часов жар стал спадать и мальчик перестал хрипеть.

Дыхание более-менее выровнялось, он успокоился и уснул. На улице уже было светло и я решилась…

Побежала в деревню за лекарем.

Глава 22

Фрея

Я бежала сломя голову, не разбирая дороги. Да, я даже не знала, где именно должна быть деревня. Бежала наугад. Надеясь на чудо, на божье провидение и на удачу.

Где-то внутри было опасение, что никакого лекаря я в деревне не найду. Как, в принципе, и саму деревню. Но я усердно гнала от себя эти мысли, потому что мне нужен был холодный разум, иначе я не спасу этого пацана.

Впереди показались домики и я выдохнула с облегчением. Деревня — есть. Осталось, найти в ней лекаря и, желательно, не привлечь к себе много внимания. Хотя, последнее уже не имело особо большого значения.

Деревня встретила меня настороженной тишиной. Каждый взгляд, брошенный в мою сторону, был пропитан подозрением и враждебностью. Словно я принесла заразу или предвестие беды. Но мне было все равно. Жизнь Элариана висела на волоске.

Я металась от дома к дому, спрашивая о лекаре. Мужчины отворачивались, женщины крестились, дети прятались за юбки матерей. Никто не хотел иметь со мной дела.

Наконец, у самой окраины, старуха, перебирающая травы у порога, процедила сквозь зубы:

— Эйнар живет там, — указала она кривым пальцем мне за спину. — На окраине деревни. Но он не любит чужаков.

Не теряя ни секунды, я бросилась к указанному дому. Постучала костяшками в массивную деревянную дверь. Секунда. Тишина. Мое сердце колотилось в бешеном ритме, отсчитывая драгоценные мгновения, ускользающие от Элариана. Еще секунда. Мое нетерпение заставило меня уже долбить кулаком.

«Ну же, открой!» — мысленно взмолилась я, чувствуя, как паника захлестывает меня с головой.

Дверь скрипнула и приоткрылась, являя миру хмурого и недовольного жизнью высокого мужчину с полуседой, спутанной бородой. Его лицо, слегка тронутое морщинами, казалось, навсегда застыло в гримасе ворчливости. Большие, глубоко посаженные глаза с подозрением изучали меня, словно оценивая, какую беду я принесла на его порог. Да, старуха была права, он всем своим видом показывал, что не рад меня видеть.

— Чего тебе? — пробасил он, его голос был грубым и хриплым, как будто он годами молчал, а теперь его заставили говорить.

Мне бы испугаться его грозного вида, но я уже была чересчур перепугана за Элика, поэтому, не раздумывая, обратилась к нему.

— Мне нужен лекарь! — выпалила я, хватая мужчину за руку. Его кожа была грубой и шершавой, как кора старого дуба. — Пошли!

— Ты вроде здоровая, — еще больше нахмурившись, констатировал он, дергая рукой, чтобы освободиться от моего захвата. — Вон, какая наглая.

— А мой сын умирает, — взмолилась я, дергая мужчину с силой. Внутри меня клокотала смесь страха и отчаяния. — Помоги! Прошу!

Эйнар окинул меня подозрительным взглядом, задержав его на моей грязной одежде и взъерошенных волосах. Он явно сомневался во мне. Но увидев в моих глазах, наверное, искреннюю мольбу, все же пошел следом за мной.

Я ринулась обратно к поместью, ощущая, как комок отчаяния подступает к горлу. Только через пару мгновений я заметила, как со мной поравнялась лошадь, крепкий гнедой жеребец, сверху на которой гордо восседал тот, кого назвали лекарем. Его серые глаза смотрели на меня с нечитаемым выражением.

Он чуть притормозил рядом со мной, протянул мне руку и сказал:

— Прыгай! Так быстрее будет.

Я схватилась за его крепкую, сильную руку и даже не задумываясь о том, что опыта езды верхом у меня раньше никогда не было, с его помощью, запрыгнула в седло. Ветер засвистел в ушах, когда лошадь понеслась вперед, подгоняемая неумолимым чувством времени.

Минут через десять езды резвым галопом, мы прибыли к поместью. Я спрыгнула с лошади, чуть не упав на землю, и помчалась к дому, надеясь, что Элариан все еще спит и его состояние не ухудшилось. Каждая секунда казалась вечностью.

«Пожалуйста, пусть он будет жив,» — шептала я про себя, пробегая в гостиную.

Лекарь привязал животное к недалеко стоящему дереву, неторопливо, словно имел в запасе целую вечность, и тоже отправился следом за мной. Его шаги были размеренными и спокойными, что невероятно меня раздражало.

Я вбежала в комнату, где оставила Элариана. Хотя бы в этот раз мои молитвы были услышаны, и Элик спал и был не очень горячим.

Его дыхание было неровным и прерывистым, а на лбу выступила испарина. Эйнар долго осматривал мальчика, его лицо становилось все мрачнее и серьезнее, щупал пульс, слушал дыхание.

— Что с ним? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри все кипело от тревоги. Об ответе я догадывалась, но нужно было знать точно.

— Очень похоже на отравление, — ответил лекарь, его голос был хриплым и грубым, но тихим, словно он боялся разбудить мальчишку. — Ягодами. Мальчишка ведь дракон?

Его вопрос застал меня врасплох, но я не видела смысла скрывать. Важно было его спасти, а для этого врачу нужно знать подробности. Я утвердительно кивнула, поджав губы. В горле пересохло и мне было трудно говорить.

— За последние сутки он ел ягоды? — спросил Эйнар, а затем уточнил. — Фиолетовые такие, слегка кисловатые?

— Да, — отозвалась я. — Набрал в лесу неподалеку.

— Эти ягоды называются «Дыхание дракона», — недовольно цокнув, пояснил лекарь. Его взгляд был суровым и бесстрастным. — Для обычного человека они безвредны, а для дракона — смертельный яд.

«Господи, что же я натворила? — ругала я себя мысленно, глядя, как Элариан