Развод. Ты свободен, предатель! - Мария Геррер

— Тогда темное, — Стас достал из холодильника две бутылки, наполнил пенным напитком высокие стаканы. — За тебя, мама! — поднял стакан Стас. — Все будет хорошо, обещаю.

— И за тебя, — последовала я его примеру. — Да, все будет хорошо.

Вопреки всему. Я никому не позволю сломать мне жизнь. Измена отвратительна, развод вымотает нервы, но я не сдамся. Я пройду через все это и начну с начала. У меня нет выбора. Падать на дно я не собираюсь.

На кухню вошел Игорь, сел за стол и укоризненно посмотрел на меня.

— Чего бычишься? — весело спросил его Стас. — Накладывай жаркое, выбирай какой кусок нравится.

Игорь недовольно взялся за ложку, шмякнул на тарелку кусок утки, положил две картофелины и сыпанул на них зелень.

— А мне что пить? Мне же пиво не положено… — заныл Игорь.

— Чай налей. Или сок возьми из холодильника, — кивнула я ему. — Есть апельсиновый, есть персиковый.

— Я люблю вишневый, — продолжил гундосить Игорь.

— Вишневого в магазине не было, — пожала я плечами. Раньше я бы обязательно нашла сок, который любит Игорь, прошлась бы по нескольким магазинам и нашла. Но не теперь. Пусть пьет то, что есть. Или сам покупает, раз его отец спонсирует.

— Ладно, буду апельсиновый, — мученически вздохнул Игорь и поплелся к холодильнику.

С салатом Игорь расправился быстро. На утку налегал с аппетитом, положил добавку и, на конец, удовлетворенно отодвинул пустую тарелку.

— Спасибо, вкусно, — впервые за вечер улыбнулся Игорь. — И прическа у тебя классная, мама, — заметил он. — Тебе идет. Правда.

Сытый мужчина — добрый мужчина!

Глава 14

В воскресенье Стас потащил меня по магазинам. Игорь, разумеется, составить нам компанию отказался, уткнулся в ноут и пообещал, что сделает оставшиеся уроки до вечера. В это я не слишком поверила, но порадовало то, что посуду Игорь за собой после завтрака убрал.

Как я не сопротивлялась, в один из дорогущих бутиков Стас меня все-таки затащил. Заставил примерить несколько блузок, выбрал шелковую цвета мяты.

— Твой вариант, — со знанием дела произнес Стас. — Под нее подберем брюки и пару юбок. Все, как советовала Светлана.

Побоялась спрашивать, сколько сын заплатил за такую роскошь. Но поставила условие — больше никаких бутиков, дальше ходим только по обычным магазинам.

— Не возражаю, — согласился Стас. — У нас есть неплохие отечественные дизайнеры одежды. Видел, что в торговом центре есть несколько таких отделов, там тебе все и купим.

К концу дня мой гардероб был полностью обновлен. Никогда не думала, что походы по магазинам могут доставить столько удовольствия и отвлечь от неприятных мыслей. Главное, не стать шопоголиком. Но вряд ли мне это грозит — я годами привыкла жить экономно, и вряд ли быстро отвыкну от этой полезной привычки.

Игоря дома не было. Он не удосужился отзвониться и сказать, куда пошел. Такая безответственность младшего сына в очередной раз неприятно царапнула меня. Неужели так сложно набрать мой номер и сказать, где ты и когда вернешься?

— Не звони ему, — остановил меня Стас. — Игорь думает, что ты контролируешь каждый его шаг и злится от этого.

— Да, контролирую, — закивала я. — А как иначе? Как ни крути, он еще ребенок.

— Подросток, — поправил меня Стас.

— Это еще сложнее. Я очень боюсь, что Игорь наперекор мне наделает глупостей.

— Если ты будешь ему постоянно названивать и требовать отчет с кем он и где он, Игорь скорее наделает глупостей, чтобы показать, что он уже взрослый и самостоятельный.

В словах Стаса была доля правды, но я не могла с ним согласиться, уж слишком я переживала за младшего сына. Переходный возраст — сложный и опасный возраст. Именно сейчас Игорь может натворить то, что радикально изменит его дальнейшую жизнь в худшую сторону и исправить ошибки будет очень трудно. Хотя, может, я и правда курица-наседка и переживаю попусту?

Игорь вернулся к ужину, довольный и улыбающийся.

— С друзьями встречался? — поинтересовалась я.

— Ага, — кивнул сын и я подумала, что он вполне может врать. Где его носило весь день я понятия не имею. Что бы не сказал Игорь это может быть ложью.

— А уроки? — продолжала допытываться я.

— Все выучил, мама, — отмахнулся он. — Я же сказал — выучу. Выучил. Все, что еще?

— Ничего, — я постаралась казаться спокойной. — Главное, чтобы учебный год закончил хорошо.

— Не бойся, из гимназии не выгонят, — усмехнулся Игорь. — Отец не позволит.

И снова он надеется на отца. Это мне совсем не нравилось. Антон учит Игоря не тому, внушает, что деньги решают все. Да, они решают многое, но далеко не все проблемы. И как мне донести это до Игоря, если я говорю одно, а Антон противоположное?

Игорь закрылся в своей комнате, Стас открыл ноутбук и занялся своими делами, а я пошла в спальню и принялась разбирать покупки. Разложила их на кровати, полюбовалась. Тихо вошел Стас.

— Пожалуйста, выкинь свои старые вещи. Они просто ужасны, — он заглянул в шкаф. — Это просто кошмар, — бросил он на пол юбку, — а это привет из девяностых, — на юбку полетело мое платье.

— Я его купила лет пять назад, — подобрала платье и посмотрела на него. Вполне сдержанное, несколько пестрое, но ничего похожего на стиль лихих девяностых в нем нет. — Не на мусорку же мне его нести? Вполне приличное платье.

— Это я утрирую, — сын сдернул с вешалки пару кофточек. — Просто это ты больше не наденешь. В торговом центре есть шкаф для утилизации вещей. Что-то отдают нуждающимся, что-то идет на ветошь и во вторсырье. Вот этим вещам там самое место.

Он принялся разбирать мой гардероб. В итоге он одобрил джинсы, юбку-карандаш, коктейльное платье и шелковый домашний халат. Все остальное сгреб с большой черный мешок, который принес с кухни.

— Осенними и зимними вещами займемся позже, — Стас затянул ленту на мешке.

— Пальто у меня все приличные, — заметила я.

— Одежда не может быть приличной. Она или современная, или от нее надо избавляться. Вспомни, что говорила Светлана. Вещей ни должно быть много, но они должны гармонично сочетаться между собой и не быть безликими.

Новые вещи заняли место на вешалках и в шкафу стало заметно просторнее. Да, от лишних вещей надо избавляться легко.

Я вдруг поняла, что отныне спальня принадлежит только мне. Больше Антон не войдет сюда, не ляжет на нашу постель. Это не я запрещу ему, он сам не захочет. И снова сердце сжала ледяная ладонь. На душе стало пусто и грустно.

Кого я хочу обмануть? Нет, не для себя я меняю имидж. Я хочу, чтобы