Невеста дракона. Вместе навсегда - Ирина Коняева

И, простите великодушно, но моя прежняя «семья» оказалась вообще не семьёй. Первый друг в Эрмиде — Фроя — оказалась предательницей, остальные общались ради выгоды или по просьбе Рагнара. Как я могу после этого доверять кому — то, ещё и по умолчанию⁈ Я уже нет — нет, да начинаю переживать, не была ли моя земная подруга Танюшка соглядатаем лжематери!

Чёрные брови повелителя сошлись к переносице. Недоволен и не скрывает этого. Но вдруг он замер, будто прислушивается к чему — то, слышимому лишь ему.

— Ирис разошлась. Пора нам подняться. Месть должна свершиться, — проговорил он, сверкнув глазами. — С вами потом поговорим.

Я думала, мы пойдём тем же маршрутом, что пришли сюда с наставником, однако отец, не отпуская моей руки, переместился наверх. Так, словно прекрасно знает в мире сайрен каждый камень. А я не почувствовала перехода. Раз — и уже нахожусь на свежем воздухе. Какова же на самом деле его сила, если спустя несколько лет плена, он может столь изящно перемещаться в пространстве?

Мы оказались не в эпицентре боя, но в гуще событий — стояли на возвышенности из моего сна.

— Мне снился этот храм. И я слышала эту песню, — проговорила от неожиданности, настолько всё показалось идентичным. Даже снежная туча над храмом — и та была в наличии.

— Расскажи. Я не просматривал твои сновидения и мысли, только события, — так, будто мы никуда не торопились, попросил отец, что я и сделала.

— Только тогда мне казалось, что я спасаю Маро, но, выходит, это были вы, да? — закончила вопросом.

— Да. Брат потянул за ниточки твоей связи с миром матери и понял, что я нахожусь здесь. Сайрены — невероятно коварные существа, и смогли придумать отличную ловушку. Гениальное изобретение! Жду, не дождусь, когда Маэстро исследует её и сообщит подробности! — с восхищением проговорил отец, вызвав у меня «эффект квадратных глаз». Нашёл, чему восхищаться, конечно. Упасть и не встать! — Они собрали все виды прозрачных глубоководных рыб, медуз, рачков, имеющих собственный «светлячок», затем создали камеру, где каждая часть пространства освещалась, точно магическими огнями, исключив даже намёк на тень.

— Чтобы вы не призвали Тьму?

— Да. Вода гасила огонь, свет — тьму, и металл дополнительно не пропускал магию. Если бы не разрушение Луцана, меня бы не удалось поймать. Но я был зол, расстроен, и впервые в жизни дал слабину — не выбрал новый мир, не привязал к себе, ещё и потратил силы на спасение пары знакомых планет. В общем, они выбрали идеальный момент: я был слаб как никогда, — объяснил отец. — Маро меня сразу почувствовал, несмотря на все усилия сайрен, всё же родственные связи — это не водица, — не преминул напомнить мне мужчина. — Он остался здесь и потихоньку накачивал магией по связи рода. Она просачивалась медленно и неохотно — в этом мире всё тому мешает, он максимально противоположен нашему родному Луцану, но тем не менее, Маро немного меня восстановил. И уйти не мог — без него я бы снова заснул.

— Но если он поступил верно, почему вы его отругали?

— Потому что ты моя дочь, а значит, твоя жизнь важнее моей, — проговорил отец. — Ещё и отметка… Это символ рода, её мог оставить только мой первый меч. Меч, который воспитывает всех наследников. Он страшный ревнивец и искусный соблазнитель. Умеет затуманить голову и лечь в руку прежде, чем поймёшь, как попал. Я столетий шесть работал только с ним, пока не сообразил, как от него отделаться. Подозреваю, это тоже часть взросления, — хмыкнул он и совсем по — человечески подмигнул.

— Я думала, эта серебряная татуировка дана свыше, а меч — ну, не он её даёт, — неловко закончила я мысль.

— Меч — проводник магии, он чувствует твои способности, уровень силы и считывает характер, то есть работает с тем, что ты уже из себя представляешь. Этот коварный тип, кстати, просится ко мне.

Я достала клинок из ножен, посмотрела на сверкнувшую сталь.

— Воспользовался наивной девчонкой, чтобы вернуться к любимому хозяину, да? — спросила у предателя.

Рукоять нагрелась, словно извиняясь. И я вернула хитреца его законному владельцу.

— Увы, но ты права. Он не любит дам. Да и сам по себе — то ещё чудовище. Кровожадное и жестокое. Я тебе подарю другой меч — всё же с отметкой наивысшего уровня нельзя не владеть оружием даже с твоим мирным характером.

— Я рада, что вы это отметили. Я не хочу наказывать своих врагов… ну, указанным вами способом, — вновь замялась я, но всё же сказала то, что должна была.

— Ты будешь править целым миром, дочь. Возможно, не одним. А власть — это и жестокие, порой несправедливые решения, и грязь, и бесконечная ответственность, и самопожертвование при необходимости. Хотя, как я вижу, ты отлично умеешь организовывать на подобные дела окружающих, — хохотнул отец. Вот уж у кого было прекрасное настроение. Впрочем, я тоже почти успокоилась. Властный и грозный повелитель огненных тёмных принял наше родство, и совершенно очевидно это демонстрировал: тратил на меня время, всё объяснял, за руку держал, опять же, внушая уверенность в себе и благоприятном исходе сегодняшнего сражения.

— Они сами, — выдохнула честно. — Маро и Рагнар велели мне не покидать пределы академии и учиться, что я и делала. Но Маэстро… Я и глазом моргнуть не успела, как оказалась здесь.

— Нет, ребёнок. Ты — Ласси Миа Нанд. Ты та, кто слышит мир, кто говорит с ним, и он меняется по твоему желанию. Обстоятельства складываются наиболее подходящим тебе образом, люди говорят то, что в твоих интересах, помогают тебе, не задумываясь, почему это делают. Было ведь такое? Наверняка было.

— Постоянно, — не стала таиться я. — Даже бедные драконы находят истинные пары, которые истинными не являются. Один уже вторую такую нашёл, — покаялась, склонив голову и покраснев.

— А ты умеешь веселиться, — рассмеялся повелитель огненных тёмных. — Ну что, прогуляемся в храм? Они как раз завершают песнь призыва. Кстати, знаешь, о чём поют?

— Нет. Не понимаю языка.

— Эти замечательные господа и дамы поют ритуальную песнь, активирующую мою камеру пыток. Вода начинает активно пить из меня энергию, собирает её на поверхности озера и передаёт присутствующим в храме монархам и воинам. А сегодня они поют, поют, а энергия всё не идёт. Интересно, почему, да? — хмыкнул повелитель, но в голосе его звучала не шутка, а обещание жестокой расправы.

— Волны поднялись, — заметила я, разглядев белые хлопья пены за