Единственная. Попаданка к оборотням севера - Карен Смит

как меня учили в момент переезда из одного дома в другой, туда, где будет безопаснее, не задавать лишних вопросов. Если мы срочно летим в другую страну на частном самолёте, значит, так надо.

— Раз ты отказываешься от меня, я бы хотела потребовать компенсацию, — деловым тоном начала я, сдерживая обиду внутри и понимая, что поступок Эдриана продиктован логикой. Мужчина не обязан за меня драться, как бы мне не хотелось. Мне нужно быть хитрее здешней системы ценностей и существующих правил.

— Чего ты хочешь? — прищурился, поджав губы. Он и правда ждал другой реакции, это видно по лицу и чуть озабоченному взгляду, когда человек поймал диссонанс.

— Я хочу вернуться на то место, где меня поймали. Хочу исследовать его.

— Зачем?

— Ты задаёшь вопрос, но не имеешь на это морального права. Если ты труслив и под твоим же надзором боишься, что я сбегу, тогда и правда стоит отдать меня другому мужчине, — ответила я, разрезая словом, как острым лезвием. Обида показалась на поверхности, но сейчас была очень выгодна. Не истерика, а жёсткое требование, продиктованное обидой. Логично с моей стороны. Приговорённый к казни использует последнюю возможность на своеволие, обещая добровольно уложить голову под гильотину.

Я пришла к выводу, что любовь затуманила мне разум, впервые с юности. Школьная любовь случается по неопытности, а вот моя случилась исключительно по дурости. Узнай мой отец, что Эдриан не сразился за меня, он взревел бы зверем. Я — самое ценное, что есть у папы в жизни, но не самое ценное для короля. Для короля главное — власть. Внутри поднималось цунами возмущения, но я держала лицо. По венам разливался жар горечи и обиды, но ни один мускул не дрогнул. Я смотрела в голубые глаза, не отрываясь, как прибитая гвоздями на распятье. В голову лезли постельные утехи, сильные мужские руки, шёпот и недолгие разговоры по душам, но, кажется, Эдриан не заметил этого.

— Будет много стражников, — предупредил собеседник, наблюдая за моей реакцией.

— Хорошо. Найди для меня одежду. Я хочу отправиться туда сейчас же.

Глава 17

Много мужчин — плохо. Выберешь одного — он от тебя откажется. Стараясь не нагружать разум размышлениями, я всё равно пропускала колющие мысли внутрь. Точнее сказать, позволяла им генерироваться внутри, как в ядре компьютера. Здесь живут без современных технологий, без спутниковой связи и модных трендов. Здесь всё по-другому, но мужчины такие же.

Эдриан хотел помочь мне с одеждой, но я оттолкнула его локтём. — «Только не реви», — уговаривала себя, натягивая вторые штаны поверх первых и заправляя в них рубашку. Тёплая шуба из белого меха была мне великовата, но король подпоясал меня ремнём, затягивая узел сильными руками, так что кожа, кажется, трещала. На голову я натянула капюшон, но правитель решил иначе. Достав из шкафа шерстяной свитер, он разрезал его ножом, делая из рукава шапку. Нитки торчали по краю, но это не помешало Эдриану натянуть мне на голову новый предмет гардероба. У оборотней шапок я не видела. Может, их и нет вовсе? Король говорил, что они проще переносят низкие температуры, а если перевоплотиться в медведя, то и вовсе могут жить на голом льду.

— Ты же понимаешь, что у меня нет выбора... — тихо произнес Эдриан, оправдываясь и затягивая кожаные вязки от капюшона на моей шее.

— Я ничего тебе не сказала, — выпалила я, нахмурившись.

— Но по твоему лицу всё видно. Мой выбор может понять только король, я должен быть мудрее. Я нужен живым.

— Или ты просто струсил... — пробормотала я себе под нос, но Эдриан вздернул меня за плечи.

— Ты смеешь спорить с королём? Ты смеешь обвинять меня в трусости?! Тогда ты глупа, и я правильно поступил, отказавшись от боя, — почти рычит мужчина мне в лицо, прожигая взглядом. Его кожа покрывается короткой белой шерстью, а зубы, кажется, увеличиваются до размера клыков. Несколько мгновений, и собеседник берёт себя в руки, одевается молча в похожую меховую шубу гораздо больших размеров и, как собаке, бросает мне сапоги. Мех на подошве. Так можно описать эту обувь. Огромные толстые носки, в которых сразу стало жарко, а может, мне жарко от гнева и обиды. Я вышла из спальни вслед за Эдрианом и шокировано застыла. Отряд в тридцать человек, полностью вооружённый, стоял на изготовку. Король встал в центр, переговариваясь с людьми. Пять рядом, по шесть человек. Король занял третий ряд и посмотрел на меня, подзывая взглядом. Я неуверенно прошла к нему и осталась по правую руку от мужчины. Почти строевым шагом мы двинулись на выход.

За стенами города-цитадели была ночь. Не чернеющая загородная ночь со звёздами и Луной. Не городская, пусть и тёмная, но слепящая вывесками магазинчиков. Это ночь Антарктиды, когда вокруг только снег, когда вокруг только лёд и на многие километры никого. Сердце сжалось вновь, понимаю, где я нахожусь. Там, внутри города, за стенами я почти об этом забыла, убрав визуальный шум, а теперь вспомнила. Запнувшись за свою же ногу, чуть не упала на впереди идущего стражника, но Эдриан поймал меня за шкирку, как щенка, и удержал на месте. В следующий раз я инстинктивно схватила его за руку в районе локтя и сократила расстояние, между нами. Шок в мозгах, плохая видимость из-за плотно идущих мужчин впереди не позволяли сконцентрироваться. Эдриан высокий и видит поверх плеч стражников, а вот я смотрела им прямо в лопатки.

Стражники потихоньку переговаривались между собой, уточняя то самое место, где меня поймали, в то время как мы с Эдрианом играли в молчанку. Я не могла согласиться с мыслью, что влюбилась, а он... Не знаю, почему молчал он. В моём мире я вполне могла позволить себе мысль, что могу выйти замуж за короля, не экономически развитой страны, а скорее небольшой республики, но, всё же.

Я здесь оказалась, будучи даже единственной женщиной, король от меня отказался. Эгоизм съедал меня изнутри, подчёркивая каждый раз, что Эдриан не захотел сразиться. Избалованная дочка отца наконец получила пощёчину судьбы.

Южные сияния показались вдалеке, маленькой прорехе между плечами в меховых шубах. В тот день, когда я попала сюда, было именно такое сияние. В голову закралась мысль, что это не просто так. Мы остановились в ста пятидесяти метрах от того места.

— Тебя обнаружили здесь, — твёрдо сказал Эдриан. Стражники окружили нас, оставляя один на один. Из земли торчал ледяной кол с примороженным к нему красным флагом. Так они пометили точку, где меня нашли. Рыжие