Воспитание мисс Грейнджер - Olivia Winner

— Не советую делать себе ещё больнее, — с этими словами Северус провёл свободной рукой по её побелевшим пальцам.

Гермиона заставила себя разжать их. Она чувствовала себя клубком нервов с оголёнными проводами, но всё равно хотела его — её тело отзывалось на каждое прикосновение, а влагалище постоянно увлажнялось. Она даже почувствовала, как скопившаяся смазка вытекает, щекоча половые губы. Снейп продолжал негромко разговаривать с ней, а она постоянно оглядывалась по сторонам и переживала, что их застукают. В конце концов он прижал головку к достаточно мокрой промежности, проводя по ней вверх-вниз и собирая шелковистую смазку.

— Чёрт возьми! Я всегда знал, что библиотека влияет на вас особым образом, мисс Грейнджер. Ты чувствуешь, насколько сильно возбудилась, девочка?

— Да, сэр, — прошептала она.

— Что тебя так взволновало?

На самом деле было уже около пятидесяти моментов, которые заводили её, но при этом вгоняли в краску и приводили в ужас.

— Вы, сэр.

Его хриплый смешок нарушил тишину в огромном тёмном помещении, и тотчас Снейп вошёл в неё наполовину. Она приоткрыла рот в безмолвном возмущении, как только он вытащил член обратно.

— Может быть, всё-таки озвучите причину конкретнее, мисс Грейнджер?

Она попыталась насадиться на его эрекцию, но он быстро отстранился.

— Ваш голос, сэр.

Ответ показался ему очень забавным. Северус знал, что ей нравится слушать его, но то, что она упомянула именно вербальные способности, а не руки или член, в каком-то смысле зацепило его самолюбие и показалось ему ложью.

— Неужели? Может быть, сейчас мы поболтаем вместо того, чтобы продолжить?

— Можно сочетать и то, и другое.

Он едва сдержался, чтобы не фыркнуть.

— Положите руки на стол и закройте рот, мисс Грейнджер. Не забывайте, в библиотеке нужно соблюдать тишину.

Отпустив свои ягодицы, Гермиона опёрлась ладонями о поверхность стола. Как только его член вошёл внутрь одним плавным толчком, её глаза закатились. Он больше не дразнил её. Его пальцы ещё глубже проникли в её задницу, пока член периодически попадал по чувствительной точке во влагалище. Другая рука Снейпа переместилась с бедра на клитор, а опытные движения пальцев увлекали её дальше по реке всепоглощающих ощущений. Его бёдра безостановочно бились об её истерзанную задницу, добавляя пикантности. У неё закружилась голова; полки и книги поплыли перед глазами. «Мадам Пинс пожизненно запретила бы мне посещать библиотеку, если бы когда-нибудь узнала об этом».

— Прекрати сопротивляться, Гермиона. Я знаю, что ты уже на грани. Почему ты сдерживаешься?

Гермиона попыталась расслабиться, но напряжённый низ живота стал твёрдым, как гранит. Несдержанно всхлипывая в сгиб своей руки, она чувствовала, как Снейп набирает скорость и усиливает стимуляцию клитора. Она понимала, что не просто приближается к оргазму, он вот-вот швырнёт её в него с головокружительной скоростью. Крепко прижавшись губами к своей коже, она вцепилась в столешницу пальцами другой руки, стараясь не шевелиться. Блаженное внутреннее сжатие продолжалось несколько секунд, а затем внутри всё взорвалось. Мышцы живота задрожали в такт резким подёргиваниям её ног. Его пальцы ворвались глубже в прямую кишку, и она закричала. Её тело билось в бесконтрольных конвульсиях, словно под Круциатусом.

Северус чуть не прикусил язык. Он всегда умел сдерживаться и контролировать эмоции, но сейчас ему безумно хотелось затрахать её до смерти. От её впечатляющего оргазма у него разболелись яйца. Даже когда Грейнджер начала успокаиваться и обмякла на столе, он всё ещё с трудом сдерживался, борясь с примитивным желанием, которого жаждала мужская природа. Наконец он заставил себя остановиться. В этих условиях ему нужно было оставаться начеку.

— Ты сможешь встать? — прошептал он.

Гермиона устало кивнула, и он развернул её лицом к себе.

— Лгунья, — ухмыльнулся он. — Ты дрожишь, как новорожденный единорог.

Северус потащил Грейнджер к концу секции, где они могли скрыться на случай внезапного появления кого бы то ни было. Прижав её к высокому массивному стеллажу, он подхватил её под бёдра, а она обвила дрожащими ногами его талию. Всего через несколько секунд он вернулся в желанное лоно, погружаясь в него, как в тёплую ванну. Она прижалась к нему ещё крепче. Для баланса в виде опоры они использовали книжный шкаф, благодаря которому он мог входить в неё быстро и резко. На время забыв про опасную обстановку, Северус отдался желанию, думая только о собственном удовольствии.

Гермиона прижалась губами к открывшемуся воротничку его рубашки, посасывая и покусывая кожу на мышцах, выпирающих из напряжённой шеи. Всё ещё ошеломлённая после оргазма, она безвольно откидывала голову в такт фрикциям. Он застонал, когда она легонько прикусила его кожу зубами, но в остальном молчал. Однако она, наоборот, хотела слышать его.

— Не будь таким тихим.

— Мне показалось — это ты боялась, что нас поймают.

Она прикусила мочку уха, не обращая внимания на насмешку.

— Мне нравятся звуки, которые ты издаёшь.

— Сожми внутри мой член. Не выпускай его.

Гермиона чувствовала себя пронзённой мощным тараном. И от этого невероятно счастливой. Она попыталась втянуть его пенис в себя; её мышцы всё крепче сжимали член с каждым новым отрывистым толчком. Довольное рычание рядом с её ухом ясно давало понять, что он оценил усилия. При всём этом она ласково лизала его шею, пока Снейп стонал от наслаждения. Найдя особенно чувствительное местечко, Гермиона впилась в него, поставив там любовную метку, посасывая и покусывая зубами, пока он не зашипел и не задрожал. Его бёдра последние несколько раз судорожно дёрнулись в сладких спазмах, сопровождающих оргазм.

Задыхаясь, Северус медленно опустил её на пол, и его член выскользнул наружу. Он благодарно поцеловал её, не давая ей заговорить. Её язык вступил в упрямое сражение с его собственным, тогда он пожалел, что не заставил её проглотить своё семя. Наконец он с горем пополам оторвался от её губ, глотнул воздуха и одёрнул на ней рубашку, а затем привёл себя в порядок, застегнув брюки.

— Нам лучше вернуться в мои покои.

Гермиона кивнула, радуясь, что скоро они окажутся в безопасности.

Выйдя в коридор, они услышали вдалеке шаркающие шаги и решили пойти в противоположную сторону. Им пришлось возвращаться в подземелья более длинным путем, состоящим в основном из скрытых проходов, о которых знал только он. Северус предварительно проверял каждый коридор, убеждаясь, что путь свободен, прежде чем затащить Гермиону за следующий тёмный угол. Попав на знакомую территорию, он немного расслабился. Вряд ли они могли наткнуться здесь на других учителей, а студенты сами сбежали бы, увидев вдалеке высокий силуэт слизеринского декана. Правда, объяснить, почему посреди ночи он идёт бок о бок со старостой-гриффиндоркой, было бы затруднительно, поэтому Северус