Душа моей души. Такие разные родные - Анна Глушкова

то, что захочешь, но сейчас ничего нельзя сбрасывать со счетов. Нельзя зацикливаться на чем-то одном, надо интересоваться всем вокруг, чтобы твой выбор действительно был осознанным, а не под влиянием каких-то временных увлечений.

— Перестаньте уже, — вмешался в разговор Дэн, — не думаю, что нашим гостям интересно слушать ваши пререкания. Адам, — строго посмотрел он на сына, — хватит спорить с матерью. Она желает тебе только добра, так что прислушивайся к ее мнению.

— Да, папа, — буркнул мальчик и снова замкнулся в себе, уткнувшись в телефон.

Александра Петровна с укоризной посмотрела на сына и погладила внука по вихрастой голове.

— Хватит вам уже давить на ребенка. Вам никто не запрещал самим выбирать свою судьбу, так почему моему внуку нельзя поступить так же? Я, может, тоже была не в восторге от твоего желания работать в полиции, но разве я сказала тебе хоть слово? Ты мужчина, ты делаешь выбор и несешь за него ответственность. Так дай и своим сыновьям сделать свой выбор, ведь они тоже мужчины.

— Очень мудрые слова, — не удержался от комментария Лейт, наблюдая за этой семейной сценой, — вы — удивительная женщина.

— Всего лишь опытная, в силу своего возраста, — улыбнулась Александра Петровна.

— Что-то мне подсказывает, что не в возрасте дело, — вернул ей улыбку Лейт.

— Так что там с этим похитителем, Дэн? — перевел разговор на другую тему Грэг, — он что-нибудь вспомнил?

— Нет, отец, — Дэн поморщился, вспоминая невменяемого мужчину, — с ним работали лучшие наши мозгоправы, но из него так и не получилось ничего вытянуть. Он словно чистый лист бумаги.

Все основные понятия ему знакомы и память о мире полностью сохранилась, но вот с личной памятью — беда. Он совершенно ничего о себе не помнит: ни имени, ни возраста, вообще ничего. Это очень странно. Его личность словно стерли. Все врачи в один голос заявляют, что от обычного удара головой, такого произойти бы не могло.

Услышав эти слова, Софи вздрогнула и непроизвольно покосилась на Айне и Лейта. От Сэма не укрылся этот взгляд. Со вчерашнего вечера он внимательно наблюдал за женой и пришел к выводу, что Айне права, и Софи совершенно точно знала этого похитителя раньше, и теперь боялась, что Дэну удастся что-нибудь про него раскопать.

— Скажи, Нэл, — тем временем обратился к девушке Лукас, — это правда, что вы с братом гоняете на байках? Говорят, они у вас крутые?

— Мне комфортнее ездить на байке, чем на машине, — ответила Айне, — и да, они у нас действительно одни из самых лучших. При покупке мы обращали внимание в первую очередь на надежность и качество, ведь проехать нам предстояло немало. И наши железные кони нас не подвели, — улыбнулась она.

— Я тоже люблю байки, — Лукас просто лучился довольством, — дашь мне прокатиться на своем? Я мог бы показать тебе удивительные места здесь в Австралии.

— Я сам покажу А… Нэл все наши удивительные места, — зашипел на него Лео, — не стоит тебе беспокоиться, Лу.

— Мальчики, не ссорьтесь, — вмешалась Александра Петровна в уже готовую начаться стычку, — Рай, наконец-то! — она посмотрела куда-то за спину Айне, и девушка невольно обернулась, да так и замерла на месте в пол оборота.

Ей вдруг показалось, что земля под ней покачнулась, руки впились в спинку стула до побелевших костяшек, а дыхание перехватило от безумной надежды и страха, что ей это все мерещится.

— Простите, что задержался и заставил вас ждать, — громко произнес подходящий к ним высокий мужчина с волосами белыми, как снег, — хотел сделать все в лучшем виде, ведь у нас такой замечательный повод для встречи сегодня.

При этих словах он окинул взглядом всех находящихся за столом людей и остановил его на Айне. Полотенце, которым он до этого вытирал руки, вдруг выпало из ослабевших пальцев, а мужчина вглядывался в глаза девушки и даже слова не мог произнести.

— Нир, — прошептала непослушными губами Айне, а потом резко вскочила, опрокинув стул, и подбежала к нему, обняв его лицо ладонями и продолжая вглядываться в его голубые глаза, — Нир, это ведь ты? Я не могла ошибиться. Скажи, что это ты!

Глава 5

Глядя на эту сцену, сердце Лео вдруг сжалось от страха. Мысли заметались в голове бешеными белками. Неужели это и есть кто-то из ее сарияр? Она их нашла? Что, вот так быстро? Нет, это невозможно!

У Райана точно нет никакого брата-близнеца. Или все-таки есть? Что, собственно, они знали о его детских годах? Да ничего! Но ведь он старый. Впрочем, судя по тому, как ласково Айне его обнимает, значения это для нее не имеет.

Как же больно! Грудь просто разрывает от боли, и еще висок. Почему все закончилось так быстро? Он не готов. Он же любит ее!

Озарение пришло к Лео так внезапно, что он вдруг ощутил нарастающее жжение в груди, и когда терпеть стало просто невыносимо, все вдруг исчезло, и он вспомнил. Вспомнил ту ночь, когда он попал к Айне пьяным и ее поцелуй, и ощущения пронзившей его молнии и сладкой боли.

Она заставила его забыть об этом поцелуе. Зачем? Чтобы он не стал задаваться вопросом, что с ними тогда произошло? Ведь понятно же, что поцелуй был необычным и что-то значил. Вот только, что именно? И тут Лео озарило понимание. Все вдруг встало на свои места.

С чего началась вся эта история? Правильно, с гадания Элли. А она ведь гадала на его суженую. Почему вдруг они все забыли об этом, как о малозначимом факте? Из-за того, что узнали, что у Айне уже есть другие суженые?

Но это не отменяет того факта, что для Лео она — та, единственная, предназначенная ему судьбой. И это значит, что у него все же есть шанс! Ведь Айне сама его поцеловала, значит, она что-то к нему испытывает. Пусть это не такая безграничная любовь, как к ее сарияр, но чувства у нее определенно есть. Ведь не целует же она всех подряд?

А значит, он будет за нее бороться. Конечно, если она так быстро отыщет своих сарияр, шансов у него будет немного. Но вдруг это не Райан? Лео покосился на, сидящего рядом Лейта, и понял, что происходящее сейчас, так же шокировало его, как и всех остальных.

Лейт не сводил глаз с сестры, и лицо его было непонимающим. Он не узнавал Райана, значит, раньше они знакомы не были. Но ведь сарияр погибли еще до рождения Лейта. Как же все запутано!

Одно для Лео стало ясно