Купи меня. Книга 2 - Алекса Райли

Чувствую, как слезы жгут глаза. Расстояние, которое я пыталась между нами сохранить, уменьшается, и я бросаюсь на него. Нахожу его губы и целую. Неумело и небрежно, но я просто ничего не могу с собой поделать.

Следующее, что понимаю, — я лежу спиной на его столе, а Чарльз нависает надо мной. Берет контроль над поцелуем, жестко и отчаянно. Может, он, наконец, возьмет меня и впервые войдет в меня. Я буду умолять. Мне уже все равно.

Я толкаю его в плечо, заставляя разорвать поцелуй и посмотреть мне в глаза.

— Сэр, мне нужно больше. Хочу, чтобы ты был внутри меня.

— Пока нет, котенок. Но я доставлю тебе удовольствие. — С этими словами он скользит по моему телу, и я раскрываю ноги, приглашая его взять все, что он хочет от меня. Это все его. Он задирает вверх мое платье, и оно скручивается вокруг моего живота.

— Кажется, сегодня ты последовала одному правилу, — говорит он, видя, что на мне нет нижнего белья, — но не думай, что я забыл о других, которые ты нарушила. Мы поговорим об этом позже.

Прежде чем я могу попытаться защитить себя, он прижимается ко мне губами. В ответ я сжимаю бедра. Он хватает их, его пальцы впиваются в кожу, когда он удерживает их на месте, так что я больше не могу двигаться. Я беспомощна против атаки его рта на мой клитор.

Оргазм наступает быстро, и я кричу его имя. Находясь на краю с тех пор, как он опустил меня на свой стол, я была готова к освобождению. Я пытаюсь отстраниться, ощущений слишком много, но он продолжает сосать и лизать. Как только думаю, что больше не выдержу, наступает еще один оргазм, пронизывающий все мое тело вплоть до кончиков пальцев на ногах. Я пытаюсь поджать их, но мешают туфли.

— Сэр, пожалуйста, хватит, пожалуйста! — Я не могу больше, все настолько чувствительно.

Чарльз отстраняется от меня и ухмыляется.

— Еще раз нарушишь мои правила, и я буду ласкать тебя до четырех оргазмов, один за другим.

Опустив ноги, я без сил лежу на столе. Не думаю, что смогу пережить четыре таких оргазма.

— Знаешь, сколько раз я представлял тебя здесь в таком виде? Как тяжело было работать с тобой, когда ты так близко ко мне, но так далеко одновременно? — Его голос снова звучит болезненно, и это разбивает мне сердце.

— Я здесь, я твоя.

Притянув меня в сидячее положение, он проводит пальцем по красивому ошейнику на моей шее.

— Да, и ты абсолютно совершенна.

— Я? — игриво дразню. С ним я чувствую себя такой красивой и сексуальной, что никогда бы не подумала о себе так раньше. Но с ним я самая идеальная на свете.

— Да, твоя шея. — Он прижимается к ней мягким поцелуем.

— Твои ушки. — Хватает зубами мочку и слегка тянет.

— Нос, — добавляет Чарльз, целуя кончик.

— Твои глаза. — Я закрываю их, когда он целует каждое веко.

— Твой дерзкий ротик. — Его он тоже нежно целует.

— Я могла бы делать это весь день, — хихикаю я в ответ.

Я слышу звук мобильного телефона.

— Тебе лучше ответить, — говорю я, еще раз целуя его.

— Да пошли они, — бормочет он, прежде чем снова поцеловать меня.

— Это, наверное, Купидон. Я сбежала от него. — Я пытаюсь сказать это невинным тоном, будто на самом деле не хотела сбегать.

Чарльз лезет в карман и достает телефон.

— Я поймал ее, — говорит он, отвечая. Через секунду снова говорит: — Нет. Подожди. Котенок, хочешь что-нибудь поесть?

Не так давно он кормил меня завтраком, но мысль о том, что он снова накормит меня, очень соблазнительна.

— Ячменное ризотто? Может, бутылку шампанского?

Он повторяет заказ Купидону, а затем бросает телефон на стол.

— Ты его разобьешь, — предупреждаю я, хватая телефон, чтобы проверить. Когда прикасаюсь к экрану, в качестве заставки появляется мое лицо. Похоже на фотографию меня со вчерашнего вечера. На мне ошейник, волосы разметались по красным простыням, большой палец Чарльза прижат к моим губам, будто он пробует их мягкость.

— Ты установил мою фотографию в качестве заставки?

— Теперь ты всегда рядом со мной.

Он поднимает меня на руки и несет на диван, сажая к себе на колени.

— Почему, когда я работала здесь, ты обращался со мной, словно с идиоткой? — неожиданно для себя спрашиваю я.

— Ты думала, что я считаю тебя идиоткой? — спрашивает он, потрясенный моим вопросом.

— Ты давал мне самые глупые поручения и следил за каждым шагом! Что я должна была думать?

— Если бы я давал тебе большие проекты, ты была бы далеко от меня — вне казино, вне моей досягаемости. Я хотел, чтобы ты была рядом со мной. Я потратил кучу времени на то, чтобы придумать, чем тебе заняться здесь, — он обводит рукой свой кабинет, — чем действительно работал.

Моя горечь тут же улетучивается. Похоже, с ним многое происходит именно так, и я не могу заставить себя усомниться в этом. Обычно я подвергаю сомнению все в своей жизни и смотрю на это со всех сторон. Но сейчас просто буду наслаждаться этим.

— Тогда, почему бы тебе не притянуть меня как можно ближе сейчас? — Я перемещаюсь, и теперь сижу на его коленях не боком, а седлаю их. Не хочу, чтобы он протестовал, поэтому захватываю его губы в крепком поцелуе, как это делает он. Внезапно раздается стук в дверь.

— Котенок. Помнишь, я говорил, что буду ласкать тебя до четырех оргазмов? Потому что ты близка к этому.

Я сползаю с его колен и плюхаюсь на диван, делая вид, что дуюсь, но он просто смеется, пока идет к двери. Открывает ее, берет у кого-то поднос и снова закрывает.

Поставив поднос на стол перед диваном, он открывает шампанское, наполняет бокал и протягивает мне. Я выпиваю, а потом ставлю бокал обратно на стол. Чарльз снимает крышку с тарелки и садится на диван рядом со мной.

— Оседлай меня снова.

Я ни секунды не колеблюсь и забираюсь к нему на колени. Он медленно кормит меня, прерываясь на поцелуи. Все кажется таким идеальным, что я просто должна спросить то, что у меня на уме. В конце концов, он сказал, что я могу спросить его о чем угодно.

— У тебя были другие сабы? — Я знаю, он говорил, что никогда не надевал ни на кого ошейник, но ревность — мерзкая сука. Я так быстро ухватилась за то, что со мной он