Магия миров. Книга первая - Анна Лирейн

и два скрещенных меча, острие которых направлено ввысь. В центре щита была изображена арка, через которую пролетал дракон. Щит и мечи были выкрашены в золотой, а вот дракон и арка — черный.

Определившись с целью, я бодро двинулась к ней. Папка с непонятной подписью и гербом рода Солдж оказалась всего одна, да еще и невероятно маленькая по толщине. Странно. У других личные дела выглядят намного толще. Вытащив ее, медленно раскрыла. Так, есть портрет, судя по всему, общие данные о даре, какие-то цифры, и всё… Я уже собиралась закрыть папку и положить ее на место, на глаза мне попалась вырезка из газетной статьи. Прочесть ее я не смогла, да и привлекла меня не статья, а снимок, сопровождающий ее. На фотографии красовалась мама с очень красивым брюнетом. Я даже засмотрелась. Волосы коротко подстрижены, ярко-голубые глаза смотрят на меня со смесью властности и нежности. Сила и влиятельность читаются в каждой черте лица, которое сразу показалось таким знакомым. Нечто схожее я видела и в своем отражении практически каждое утро. Впрочем, отличия все же есть. Волосы у меня светлые, этим я пошла в маму, да и лицо у меня более мягкое, что ли.

В библиотеке послышался шум, а сзади злое: «Что ты тут делаешь?». Боже, вот как всегда, вовремя! Я же уже собиралась уходить. Сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться, и повернулась к говорящему:

— А ты?

Ник явно не ожидал от меня такой наглости, рот открылся в попытке что-то сказать и тут же закрылся. Но все же смог он совладать со своим удивлением:

— А я первый спросил, — и довольный собой сложил руки на груди.

Как маленький ребенок, честное слово. Ответить я ничего не успела, в общем зале послышались далекие голоса. Похоже, наше проникновение раскрыли. «Нам пора уходить, если не хотим быть пойманными», — Ник попытался забрать у меня папку. Ага, все-таки признал, что находится здесь не должен. Интересно…

— Погоди, — я быстро вытащила страничку со статьей, аккуратно сложила ее и положила в маленький кармашек моей юбки. Благо она длинная и пышная, так что никто не должен ее заметить.

— Ай ай ай, как ты можешь так нещадно вредить имуществу родной академии.

Ну неужели нельзя промолчать? Но всё же Ник забрал у меня папку, положил ее на место, и мы поспешили покинуть архив. Не успели. Прямо у выхода наткнулись на магистра Олурума и еще одного старичка. Оба они выглядели весьма сердито.

— Опять вы двое? — Ректор еле сдерживал ярость. — Что вы забыли в архиве?

— Да так, — Ник сама невозмутимость. — Я сказал Астрии, что в этой академии три поколения моего рода училось. Она не поверила, вот я и решил предоставить доказательства.

— Лорд Николас, очень надеюсь, что вы за время каникул набрались ума и прошлогодние проблемы больше не повторятся. Не хочется, знаете ли, вновь левое крыло восстанавливать!

Реплика ректора впечатлила настолько, что я вопросительно покосилась на невольного сообщника. Поймав мой взгляд, он лишь пожал плечами. «Надо будет у него потом обязательно узнать, что же такого произошло в левом крыле», — сделала я себе мысленную пометку.

— Вы правы. Этого больше не повторится, — я всем своим видом показывала раскаяние.

— Честно-честно. — Ник даже не пытался сыграть покаяние, он как будто издевался. Видимо, это и взбесило магистра окончательно.

— Вы меня совсем за идиота держите? — орал он знатно. — Да как вы смеете! Брысь отсюда и больше не попадайтесь мне на глаза! Иначе будете строго наказаны! Оба!

Под его злым, полыхающим взглядом мы медленно их обошли и уже спешили к выходу, как услышали яростный крик: «КЛЮЧ!». «Какой ключ?» — хотела спросить я, но Ник вернулся, протянул ректору маленький ключик и лишь после этого с чистой совестью мы смогли покинуть библиотеку. Ну почти с чистой, всё же я кое-что прихватила оттуда.

До своей общаги мы бежали, еле сдерживая смех. Когда ввалились в дом, ржали уже не сдерживаясь. Просто адреналин зашкаливал, да и перекошенное злобой лицо ректора забыть непросто. Никогда не любила выводить людей, но нервные крики магистра Олурума доставили мне удовольствие, как будто я мстила ему за что-то очень и очень страшное. Мой смех очень скоро стал просто неконтролируемым, а после и вовсе перешел в плач. Слишком много потрясений и изменений за такой короткий срок.

— Рия? — Ник не сразу понял, что я плачу. А я даже внимания не обратила на необычное сокращение моего имени. — Эй, ты чего?

Он притянул меня к себе, обнял и попытался просто успокоить, медленно поглаживая меня по голове. А я рыдала, не в состоянии остановиться. Вот уже второй раз за эту сумасшедшую неделю срываюсь, и оба раза меня успокаивает Ник, как бы это не превратилось в традицию. Сейчас стоит, небось, и думает, что я истеричка. А ведь я никогда такой не была. Всегда спокойная и сдержанная, как учила меня мама. Но сейчас я просто не справляюсь. Слишком быстро моя жизнь перевернулась, слишком много тайн вокруг меня. Всё слишком.

— Что стряслось? — голос Криса оказался полной неожиданностью.

— Тебя это не касается, — Ник еще сильнее прижал меня, как будто желая спрятать.

— Что ты ей сделал?

Крис был недоволен происходящим. Ну еще бы. Мне, как принцессе, положено всегда держать голову высоко поднятой. А прикасаться ко мне так вообще никто не имеет права, не говоря уже об объятиях. В общем, позорище я, а не принцесса, хоть я никакая не принцесса, но об этом же никто не знает.

— Все в порядке, Крис, — я с трудом отстранилась от Ника, он не хотел отпускать, и вытерла слезы.

Крис с Ноттом стояли у лестницы, видимо, только что спустились и с изумлением смотрели на открывшуюся картину.

— Почему ты плачешь? — в голосе Криса все еще звучало недовольство. — Он тебя обидел?

— Да, именно поэтому я спокойно стояла и терпела объятия своего обидчика,— вот даже пореветь уже нельзя. Что за жизнь? Я повернулась к Нику: — Спасибо, ты очень помог.

Он ничего не сказал, лишь смотрел настороженно, словно боялся, что снова сорвусь. Крис же испепелял злобным взглядом Ника. Нет сил сейчас разбираться с их непонятной враждой. Я просто развернулась и, ни на кого не глядя, отправилась в свою комнату.

* * *

Ник