Подарок для зверя - Яна Смолина

***

В Новый год нужно загадывать желание под бой курантов. За неимением оных загадывать желание приходилось под раскаты салюта. Я должна, просто обязана была успеть. Ведь помочь нам могло лишь чудо. Зажмурившись и сжав в руке ладонь любимого мужчины с такой силой, которой от себя не ожидала, я беззвучно попросила. Очень хорошо попросила, а когда раздался последний залп, ахнула. Человек, который стоял рядом, вдруг вскрикнул, опустился на колени, а затем упал набок, закатив глаза и не подавая больше признаков жизни.

Сквозь шум в голове слышны были смех, плач, крики. Не сразу до присутствующих дошло, что случилось, а когда всё же дошло, поднялась паника. У подножия огромной нарядной ели, истекая кровью, лежало бездыханное тело с остекленевшими глазами, которые теперь уже безучастно глядели в ночные сумерки. Я не желала смерти, я просила о другом, но судьба распорядилась иначе.

Широкоплечий мужчина в длинной светлой кандуре и гутре, надетой поверх непослушных вьющихся волос, присел рядом с телом на корточки.

– Мери крисмас, падла, – проговорил Марсов, закрывая глаза мёртвому человеку.

Поднявшись в полный рост, он огляделся. К лежащему уже спешили медики с носилками, другие приводили в чувства перепуганных женщин и особенно впечатлительных мужчин. Хозяин мероприятия отчитывал главу службы безопасности за недогляд. Огни горели, ёлка сияла гирляндами, пахло порохом, как в детстве, когда папа выводил всех нас на улицу запускать фейерверки, и только тогда я, наконец, ощутила и прониклась мыслью: мы живы, и этот Новый год, вопреки ожиданиям недоброжелателей, не стал для нас последним. Всё закончилось, чтобы начаться с чистого листа.

Максим поцеловал меня в висок и подал руку. Прижавшись к его плечу, я поняла, как устала, и мы вместе зашагали в сторону парковки. Нам больше незачем было оставаться здесь.

Глава 17

Женя не сразу узнал нас по прибытии. А когда понял, кто перед ним, не смог скрыть удивления. Ещё бы. Мужчина в образе шейха и женщина в длинной расшитой бисером чёрной абайе меньше всего походили на его начальника и их лихую переводчицу.

Я ужасно волновалась за Женю. К счастью, он не сильно огрел Гашина, и тот вскоре после прихода полиции очнулся и выложил всё как было. Он рассказал о сговоре с иностранцами, о том, что Марсова в любом случае убили бы, но при заключении договора Всеволод получил бы крупную сумму, а права на фирму передал американцам. Он поведал и о том, как собирались убить Максима. Человек в гутре должен был подать условный сигнал снайперу, который прятался на одном из этажей ближнего небоскрёба. К счастью, Женя успел сообщить об этом Марсову, после чего в игру вступила я и, сама того не осознавая, помогла свершиться возмездию. Надев на себя арабский костюм, который я передала ему, Марсов указал убийце на одного из заказчиков, после чего случилось то, что случилось.

Снайпера взяли быстро, потому что ко времени совершения преступления, многое уже было известно правоохранителям. Убийство техасца списали на случайность, а у меня ещё некоторое время брали показания насчёт инцидента с шакалом. Да уж, инцидента. Если бы не Женя, страшно представить, чем бы закончилась вся эта история.

К несчастью, тому самому Денису, на место которого Марсов принял меня, повезло меньше. Гашин намеревался склонить его к сотрудничеству, но просчитался. Он хотел, чтобы тот умышленно исказил кое-какие данные при переводе и обманом заставил Максима заключить сделку. Но честный парень не намеревался никого подставлять, за что и поплатился. Гашин убил его, а тело вывез и спрятал в лесополосе вдоль одной из трасс на выезде из Москвы.

Когда полиция и следователи оставили нас, горизонт Персидского залива уже расцвечивали отблески восходящего солнца. Спать, как это ни странно, совсем не хотелось. Видимо, организм после всего решил перейти в режим боеготовности и если придётся, бежать, бить, спасаться. Но этого больше не требовалось. Всё закончилось и вскоре нам предстояло вернуться домой, в зимнюю, снежную Москву из этого мнимого рая на земле.

Максим положил руку на моё обнажённое плечо.

– Впереди пять часов на самолёте. Нужно поспать, – сказал он, и как это всегда бывало, его голосу захотелось подчиниться.

Я устроилась поудобнее на мягкой подушке, и посмотрела на своего растрёпанного мишку. Когда он мягко коснулся синяка на моей щеке, подалась вперёд и уткнулась носом в шершавую ладонь.

– Там и высплюсь, – ответила, укладываясь ему на плечо. – Слишком много переживаний. Нужно успокоиться.

Щекотание по спине сообщило, что пальцы мужчины прошлись по позвоночнику вниз, а когда остановились на попе и раздвинув ягодицы, коснулись намокших складочек, я подняла на Максима удивлённый взгляд. Этой ночью нам было не до любовных игр, а потому тела, привыкшие к регулярным ласкам, требовали своё.

– Есть одно проверенное средство, для успокоения, – прошептал он, сгребая меня, чтобы оседлала его. – Иди ко мне, моя волшебница.

– Кто? – усмехнулась, убирая в сторону свои волосы, которые упали Максиму на лицо. – Ты же в чудеса не веришь.

– Не верил, пока не встретил тебя, – заявил он и притянул меня, чтобы поцеловать. – Я ведь тогда решил, что ты в сговоре с Гашиным.

– Тебя можно понять. А я всерьёз ожидала, что ещё чуть-чуть, и ты убьёшь меня, – я плавно выгнулась и медленно опустилась на член мужчины, вбирая его в себя.

– Ну что ты, – Максим уже цедил сквозь зубы, до боли сжимая мои ягодицы в предвкушении бешеной скачки. – С нашей первой встречи я хотел лишь одного.

– Чего же? – я специально двигалась медленно, распаляя его.

– Трахнуть тебя.

Склонилась над ним и поцеловала, довольно ощутимо кусая за нижнюю губу.

– Ну надо же. Какое совпадение.

Не желая больше тратить время на разговоры, я выпрямилась и откинувшись назад, стала ритмично насаживаться на его член, с каждой секундой ускоряя темп.

Моя грудь, ягодицы и всё тело изнывали от грубых ласк, от нетерпеливых пальцев, настойчивых губ. Максим, как и прежде заставлял меня напряжённо содрогаться от сладкой боли, но от этого было хорошо настолько, что на подступах к оргазму я уже не контролировала свои стоны, переходящие в крик.

Обессиленная и выжатая до капли после яркой лавины удовольствия я обмякла в его руках, а через секунду ощутила спиной влажный шёлк простыни. Максим развернул меня, вжимая в упругий матрас и за несколько толчков довёл себя до предела. Сперма наполнила меня изнутри, но я больше не боялась последствий. Я доверяла, желала этого и любила