Хочу тебя выиграть - Дана Алексеева

Мотоцикл быстро довозит нас до нужного места, благо Алла живет не так далеко от набережной. Я прошу Хантера притормозить не у парадного входа, а у задних ворот, чтобы не быть замеченными.

— Поможешь мне? — спрашиваю я, слезая с мотоцикла.

Хантер вопросительно смотрит на меня.

— Мне надо забраться в спальню через окно второго этажа.

— Чего? — ржет он.

— Не спрашивай. Поможешь или нет? Тебе надо просто поднять меня. Ты же вроде как сильный, — я пробегаюсь глазами по телу Хантера.

— Дождаться от тебя комплимента я и не рассчитывал, — потешается он в то время, как у меня в груди сжимается от нервов. — Принимается. Так и быть, помогу тебе.

Класс. Он в игре. Переходим к стратегии.

— Мы зайдем через задний двор, — даю указания на ходу. Хантер не отстает и молча внимает. — Ты поднимешь меня на вон ту нижнюю крышу, по ней я уже легко доберусь до спальни.

Я звоню Алле и прошу заранее открыть окно. За одно узнаю у нее, что обе родительницы находятся на кухне на первом этаже, окна которых находятся с фронтовой стороны дома.

Подобно шпионам мы пробираемся на участок и бежим к террасе, на крышу которой мне необходимо забраться.

— Теперь надо как — то… — смотрю я то на парня, то на металлический настил.

— Садись сверху, — Хантер хлопает по плечам и садится передо мной на корточки.

— Давай попробуем так.

О неловкости данного действия я не думаю. Адреналин от страха быть пойманной зашкаливает. Смело взбираюсь на плечи Хантера и держась за его голову росту вверх по мере того, как он поднимается с корточек во весь рост. Нормально — нормально, я не упаду — уверяю себя, когда меня начинает штормить. А вот Хантер несдвигаемый как могучая гора — крепко держит меня, надежно.

Тянусь рукой к крыше и цепляюсь за её край.

— Мне надо встать, — твержу я, когда чувствую опору в руках и под собой. — Держись.

Чудеса акробатики цирковых представлений отдыхают, в то время как я на адреналине вытворяю трюк, неведомый моему телу до этого дня.

Аккуратно встаю на мужские плечи, Хантер фиксирует мои лодыжки руками.

Карабкаюсь на крышу, и чувствую, что у меня получается. Еще пара движений, и я оказываюсь наверху. Радостно смотрю вниз на парня, который отвечает мне улыбкой, почесывая затылок. Мне кажется, он в шоке, что я творю. Да я и сама в шоке от себя. Но медлить некогда.

Переполненная эмоциями, я благодарю своего спасителя:

— Спасибо, — и отсылаю ему воздушный поцелуй. — Уходи.

Сама же бегу по профлисту к окну и перелезаю через него в спальню. Кровать расправлена, в комнате никого нет. Зато за дверью я слышу голоса и шаги. С лету, не разуваясь, прыгаю в кровать и зарываюсь с головой под одеяло.

Секундой позже дверь со скрипом открывается…

Глава 19

— Лиза? — слышу мамин голос и замираю, забывая дышать. — Детка, ты не приболела? Полдень на дворе, а ты все в кровати.

На слух улавливаю, как она подходит ближе и присаживается, проминая матрас. Когда её ладонь дотрагивается до торчащей макушки волос, я потягиваюсь, словно мамино присутствие разбудило меня.

— Мам? — протираю глаза. — Ты откуда здесь?

Во мне просыпаются актерские способности, можно номинироваться на Оскар.

— С тетей Ларисой надо было кое — что обсудить. Ты такая лохматая, соня, — она приглаживает мои волосы, заправляя локоны за уши.

Я протестующе мотаю головой и натягиваю одеяло до подбородка, чтобы мама не увидела, что я в одежде и обуви тут «сплю».

— И косметику не смыла с глаз, — журит она взглядом, пока хлопаю ресницами, с которых осыпалась тушь.

— Еще пять минут, мам, — тяну я, рассчитывая на её снисходительность.

Пять минут? Пять часов, не меньше. Этой ночью не было шанса толком выспаться.

— Ладно, — хлопает легонько по попе. — Я поеду уже, дела ждут. Ты когда домой?

— Позавтракаю, потом с Алей погулять хотели…

— Ясно. Не задерживайся. Занятия еще делать.

— Да сделаю, не переживай.

— Ладно. Дай «чмок».

Я вытягиваю губы трубочкой, и мы целуем друг друга в щеку.

— Пока, мам, — говорю, когда она встает с кровати.

Только дверь за ней захлопывается, я накрываю лицо подушкой и выпускаю в нее визг смешанных эмоций. Господи, я же ходила по волоску просто. Но пронесло. Спасибо, Боже. Я плохая дочь. Стыд за вранье перебивают ощущения успешно провернутой аферы. Это так необычно, и так будоражит. Не думала я, что в грешных делах удача будет на моей стороне. Но я очень этому рада!

В комнату заходит Аля и запирает двери. С лету прыгает ко мне.

— Ну, — впивается требовательным взглядом. — Рассказывай, гулена!

Я распахиваю одеяло и во всей красе сажусь на кровать.

— Все тип — топ. Мама не просекла, — лыблюсь как дурочка.

— Это ясно, — отмахивается она. — Ты где была всю ночь, а?

Взяв интригующую паузу, я стреляю глазами на подругу и не в силах усмирить растягивающиеся губы, выдаю:

— С Хантером.

— Так и знала! — хлопает в ладоши Аля и двигается ко мне ближе. — Ну и? Что делали?

У нее глаза от любопытства практически вылезают из орбит. Я немного тушуюсь от такого чрезмерного интереса и скромничаю:

— Ничего особенного, — дергаю плечом.

— Да ну тебя! Выкладывай живо! Так, где мои иголки? — она диковато озирается.

— Дурочка, — смеюсь я и, слегка смущаясь, рассказываю о прошлой ночи. — По набережной гуляли, кушали, болтали, у костра грелись, он мне куртку свою одолжил, а я ему я песню ему спела.

— О — о, как романтично…

— Не выдумывай, — отмахиваюсь. — Потом дождь начался…

— И вы целовались под дождем! — замечталась Аля. — Ну скажи — скажи.

Я закрываю покрасневшее лицо ладонями, и слышу ликующий девчачий визг.

— Уиии… О да, детка! — Аля валит меня на подушки, и мы вместе хохочем.

— Тебе понравилось? — заинтригованно спрашивает Аля.

Закатываю глаза, что означает «да». Подруга правильно все понимает.

— Поцелуй как поцелуй. Ничего необычного, — говорю сухо, словно целуюсь каждый день, и уже надоело.

Признаваться в том, что при мысли о нем, сводит мышцы живота и во рту собирается слюна — выше принципов хорошей девочки, коей я должна быть.

Аля посмеивается надо моим тупым выражением лица и начинает раздражать. Пытаюсь её спихнуть с меня, но она крепко обхватила меня бедрами и вцепилась в плечи.

— Не отпущу, пока не скажешь, что было дальше, после поцелуя, — изнемогает она от нетерпения.

— Побежали прятаться от дождя, — глядя в потолок, вспоминаю