Предатель. 20 лет обмана - Лиза Шимай

— Ты пойми, мужчина иначе высказывает свои эмоции. По-другому реагирует. Ты столько живешь лет с Русланом, ты его знаешь лучше, чем я. Вспомни хоть один момент, когда он проявлял свою эмоциональность.

— Он вообще обычно такого не делает.

— Потому что мужчин с детства учат, чтобы мы закрывались, контролировали себя. Нам всегда говорят, ты же мальчик.

— Да и нам говорят то же самое. Знаешь, мои родители тоже мне всегда говорили, ты слишком шумная, веди себя как хорошая девочка. Ты слишком громко смеешься, ты слишком громко кричишь, ты мешаешь. Так что, наверное, это удел многих детей.

— К сожалению, это так.

— Мы прячем, скрываем свои эмоции, чувства, а затем происходит взрыв. Спасибо, что поговорил со мной, Паш. Мне и правда стало немного легче. Не знаю, как я разрешу всю эту ситуацию, но я чувствую себя спокойнее. Я правда тебе благодарна. Ты настоящий друг.

Я попрощалась с Пашей, а затем вернулась в машину. Водитель ничего не спрашивал, просто ждал. Спустя пару минут молчания я все же сказала, отвези меня домой.

— В новый дом?

— Нет, в мой старый дом. Отвези меня домой.

Пока мы ехали в машине, я написала Руслану сообщение, что жду его дома для разговора.

Нет, я не могу все просто так закончить. Я не могу так просто все отпустить. Двадцать лет отношений — это не то, что можно разрушить так быстро.

Если бы я не испытывала чувств к Руслану, если бы не дорожила нашими отношениями, то наш брак давно бы закончился. Каждый день, который я провела с ним, я была уверена, что сделала правильный выбор. Выбрала самого лучшего отца для своих дочерей.

Я не могу сейчас представить, как скажу девочкам, что мы с папой больше не будем жить вместе. Для них это будет настоящим ударом.

Они у меня девчонки взрослые, смышленые. Конечно, со временем все поймут. Но все же я хочу дать еще один шанс на то, чтобы наша семья была вместе, только я не знаю, как смогу простить Руслана, потому что все еще чувствую обиду.

Галя, Марина, Лиля. Они были для меня близкими подругами. Я познакомилась с ними через Руслана. Всегда радовалась тому, что у нас есть общие друзья, своя компания.

Мужчины обычно общались о работе, а мы с девчонками о своем, о женском. Если для меня это было чем-то серьезным и важным, то для девчонок так.

Глупости.

Говорят, что настоящей женской дружбы не существует. Я не хочу в это верить. Я хочу думать, что когда-нибудь у меня еще будет хорошая подруга, с которой я смогу делиться секретами, которой я могу доверять и не бояться, что она попробует соблазнить моего мужа.

Среди моего круга общения практически никогда не было настоящих подруг. Я всегда замечала какую-то зависть и злобу.

Я никогда не замечала поддержку, только осуждение. Не важно, что ты сделаешь.

Если ты ошибаешься, то ты глупая, дура, недостаточно мудрая, должна поступить иначе. Когда ты добиваешься какого-то успеха, то говорят, что тебе просто повезло. Так сложились обстоятельства. В скором времени тебя ждет провал.

Говорят, что существует женская солидарность. Никогда ее не замечала. Мне кажется, женщины-подруги — это первые люди, которые готовы тебя осудить.

И сейчас я наглядно это увидела, когда встретилась с Пашей. Он не обсуждал меня, не говорил мне гадости, Он просто меня выслушал, сказал свое мнение. Он меня поддержал. Он меня поддержал так, как не поддерживала никогда ни одна из подруг.

Я помню, когда была подростком, как и все дружила с девочками. Но даже тогда постоянно были какие-то сплетни, пересуды за спиной. Мне иногда кажется, что девочки могут дружить только против кого-то.

Объединяться в группы и осуждать, осуждать, осуждать.

Это ужасно. Иногда хочется просто услышать слова поддержки. Просто — ты справишься, у тебя все получится.

И неважно, если твой поступок кажется неразумным с другой стороны. Это мой поступок, это мой выбор.

Я считаю, что он правильный.

Легко осуждать когда смотришь со стороны.

Сложно принять правильное решение, когда находишься в гуще событий и тебя захлестывают эмоции.

Глава 25

— Ты хотела поговорить?

Руслан сидит на диване, а я напротив него, в кресле. Мы молчим уже несколько минут. Никто из нас не может начать разговор.

Просто переглядываемся, иногда отводим взгляд и продолжаем молчать. Наверное, это самый сложный разговор в моей жизни.

— Да, хотела. Но я даже не знаю, с чего начать.

— Я подожду, пока ты будешь готова. Меня радует уже то, что ты мне написала.

— Это очень сложный разговор, Руслан. Наверное, самый сложный в моей жизни. Я хочу сделать все правильно, я очень боюсь ошибиться. Потому что если я приму это решение, то я не смогу никого винить. — Я смотрю своему мужу в глаза. — Только себя. Мы прожили с тобой двадцать лет. Как я думала, счастливых двадцать лет. А тут произошло такое. Возможно, я веду себя неправильно, и какая-то другая женщина выбрала бы другую тактику. Но это я. Мне больно, страшно, я теряюсь, паникую. Не могу собрать себя по кусочкам. Сейчас мне нужна поддержка, какая-то опора. Всегда этой опорой был ты, а сейчас у меня ощущение, будто я осталась одна и не знаю, кому доверять.

Руслан кивает, но ничего не говорит. Он понимает, что сейчас не может сказать мне, чтобы я доверяла ему.

Он осознает мою боль, я продолжаю.

— Я очень сильно разочарована в своих подругах, людях, которых я знала достаточно долго и думала, что они честны со мной. Я просто шокирована поведением Лили. Этого я не ожидала. И у меня теперь в голове не укладывается, что происходило эти восемнадцать лет? Руслан, я хочу знать правду, всю правду. Тогда мне станет легче, а так я буду постоянно теряться в догадках, что происходило на самом деле. Даже сейчас я постоянно вспоминаю, как мы с ней встречались, разговаривали, когда она задавала вопросы о тебе, как она меня слушала, когда я рассказывала о каких-то наших семейных проблемах. Понимаешь? Я во всем теперь ищу подвох, а я так не хочу. Я хочу, чтобы в моей голове все разложилось по полочкам. Я бы могла обратиться за этим к Марине или Гале, но я им тоже не доверяю. И сейчас я хочу понимать, я хочу знать всю правду, абсолютно всю.

— Я тебе