Эскорт. Полюби меня за деньги - Аля Алая

— Все в порядке? — Борис внимательно рассматривает меня.

— Да, все отлично, — расправляю плечи, и мы, наконец, останавливаемся у нашего столика, за которым нас встречает импозантный мужчина с серебристыми висками и его копия моложе на тридцать лет.

— Анечка, — Филипп Дмитриевич радостно встает из-за стола и обнимает меня.

— Рада видеть, — с удовольствием отвечаю ему теплой улыбкой и присаживаюсь напротив.

Сегодня Филипп пришел на встречу вместе с сыном. Он уже далеко не молод и постепенно передает дела, насколько я знаю. Его компании «Samoilov&K» требуется ребрендинг, и этим заниматься будем мы. Вернее Борис, поскольку после этой встречи на мужа больше не работаю.

— Здравствуй, Леша, — тепло улыбаюсь и ему.

Сегодняшняя наша встреча не деловая, она скорее дружеская. В моем детстве Филипп был у нас частым гостем, но потом стал подниматься, и встречи свелись к минимуму, все его время было отдано работе. Мама умерла, их дружба прервалась, но Филипп ценит старые связи. Поэтому, когда встал вопрос о выборе фирмы, которая будет заниматься разработкой нового стиля, логотипа компании и всем, что с этим связано, он вспомнил обо мне.

Мимо воли окидываю взглядом весь ресторан и натыкаюсь на карие глаза, которые с любопытством неотрывно меня разглядывают.

Интересно, о чем Роман думает? Мы же провели эту ночь вместе, а сейчас я здесь, с другим мужчиной, с кольцом на пальце. В его глазах Борис, скорее всего, очередной клиент, который купил мое время и для которого я изображаю жену. От этой мысли становится не по себе.

— Ты с каждым годом становишься все красивее, — восхищается Филипп, — и все больше похожа на маму.

— Спасибо, — я смущенно улыбаюсь и бросаю взгляд на Алексея, который тоже меня рассматривает. Мы хоть и редко видимся, но мне кажется, я вызываю у него симпатию.

— Помню, что ты обожаешь малиновый пирог, как готовила твоя мама. Здесь он не такой вкусный, но тоже стоит того, чтобы его попробовать, — продолжает вспоминать о ценных моментах из прошлого Филипп. Так, наверное, всегда: чем старше становишься, тем больше ценишь ту часть прошлого, когда был особенно счастлив.

Знаю, у них с мамой был роман, когда Филипп развелся в первый раз. Что-то не заладилось, и они расстались. Я никогда не вникала, считая это не своим делом. Но вижу, что мама оставила в его душе неизгладимое впечатление. Приятно знать, что есть кто-то еще, кто так же сильно ее любил.

— Обязательно попробую. Как учеба в Лондоне? — переключаюсь на Алексея. Я и сама всегда мечтала об обучении за границей, только это было не по карману.

— Отлично, уже два года как закончил, — усмехается он, — у нас же с тобой совсем небольшая разница.

— Да, три года, — я прикусываю губу.

— А вы, кстати, уже лет пять вместе, — Филипп переводит внимание на Бориса. — И где дети?

Я вспыхиваю. Вот никогда он не отличался тактом. Всегда все в лоб.

— Немного попозже, я думаю, — утыкаюсь невидящим взглядом в скатерть и пытаюсь разжать кулаки, потому что ладони уже болят от того, как глубоко вошли в них ногти.

— Хорошо, — по моему виду Филипп, похоже, понял, что эту тему не стоит развивать, и переключился на вопросы о нашей с Борисом студии.

Как идут дела? Какие перспективы Борис видит в развитии?

Я уже не особенно следила за нитью разговора. В который раз болезненная тема была задета, и рана закровоточила. Сидящий рядом Борис вызвал волну отвращения, и захотелось встать и уйти. Выкрикнуть во все горло, что я ненавижу его и его Свету.

— Отойду на минуту, — я дружелюбно улыбнулась сидящим за столом и направилась в сторону дамской комнаты, чтобы немного перевести дух и успокоиться.

Так, соберись, Аня. Просто пара часов непринужденных разговоров, и с Борисом ты расстанешься навсегда. Вернее, уйдешь с работы, а потом вы встретитесь, только чтобы подписать документы о разводе.

Присутствие Романа тоже добавляет стресса. Нужно выкинуть его из головы. Да, позволила себе эту выходку, и вот к чему она привела. Но это был просто секс, все взрослые люди. Не думаю, что он вообще будет об этом вспоминать. Катя говорила, что он каждый раз берет себе новых девочек, а это значит, что до меня ему больше дела нет. Ну, встретил меня в ресторане. Да, может, и стало немного любопытно. Но когда я отсюда уйду, больше мы не увидимся. По таким местам я не хожу, а он вряд ли бывает там, где обычно провожу время я.

Еще немного помедитировав на свое отражение в зеркале, я нацепила дежурную улыбку и вышла из туалетной комнаты.

— Роман? — упираюсь в оценивающие карие глаза и ощущаю себя в ловушке, мужчина закрыл собой проход в зал.

— Работаешь? — Руки в карманах, взгляд устремлен на меня.

Слова царапают своим смыслом, и стыд забирается под кожу. Проститутка. Больше не развлечение, а реальное и полностью заслуженное мнение обо мне.

— Не твое дело, — я пытаюсь пройти мимо, но Роман перехватывает меня за локоть и прижимает к своему телу.

— Хорошо выглядишь, — раздается хриплый шепот на ухо, и его ладони проходятся по голой спине, вызывая кучу воспоминаний о сегодняшней ночи. Роман так же обнимал и касался меня в душе, а потом прижал к кафелю и жестко взял. Его палец скользит по моим еще припухшим после его поцелуев губам, и я начинаю учащенно дышать.

— Отпусти, меня ждут, — отпихиваю от себя его руки. Надо все это прекратить.

Обхожу Романа и направляюсь в сторону зала.

— Я хочу встретиться еще раз и заплачу втрое больше, — врезаются его слова мне между лопаток, и я замираю.

Я тоже хочу, очень хочу. Но так не будет, все, больше никаких встреч. Это становится слишком рискованным для меня, я совсем заигралась с двойной жизнью. А упоминание денег добивает окончательно.

— Нет, я занята, извини. Найди себе кого-нибудь еще, — отвечаю механически.

— Аня, любимая, все в порядке? — Борис приобнимает меня за талию и с подозрением осматривает Романа. Не понимаю, когда он успел подойти. — Вы знакомы?

— Нет, Борь, мы не знакомы, простите, — рассеянно киваю Роману и беру Бориса под руку.

— Вечно к тебе кто-то подкатывает, — муж ревниво оборачивается и ведет в центр зала.

— Просто забудь, это не важно, Борь.

— И Леша пялится.

— Ты, похоже, кое-что забыл, — его реплики вызывают уже смех, — мы тут с тобой сейчас семью понарошку изображаем, так что давай без ревности.

Спешу обратно к столику и молю небо только о том, чтобы