Старшая жена. Месть мужу - Ванесса Рай

— Пусти!!! — рявкаю я и кусаю мускулистое плечо. Кто это? Кирилл или Михаил? Это не важно. Они оба — сволочи, которые не держат свое слово.

— Успокойся… на, выпей, — протягивают мне стопку с коричневой жидкостью. Это коньяк? Хотят меня напоить? Это ничего не поменяет…

Ничего не поменяет…

— Пусти, — бормочу я, отчаянно пытаясь подавить внезапную сонливость. Они мне что-то подлили в спиртное…

Через несколько часов…

На ватных ногах поднимаюсь с кровати. Сколько я спала? Поднимаю жалюзи — на улице светло. Оглядываюсь по сторонам в поисках хоть каких-нибудь часов. Ни одних.

Удивительно…

Вздрагиваю от звука бьющегося стекла в сопровождении красноречивого мата. Я не пойму, кому из братьев принадлежит этот голос, потому что они чем-то похожи.

Бесшумно открываю дверь и тихонько спускаюсь вниз. Разговоры становятся отчетливей.

Кирилл о чем-то рьяно спорит с Михаилом.

В последнее время подслушивать и подсматривать уже стало для меня традицией…

Сердце бьется как сумасшедшее, а перед глазами все плывет.

— Хватит орать. Ты ее разбудишь, — говорит Кирилл.

— Черт, а как тут не орать? В саду мертвая девка… да еще с пузом. Что мне делать? — гремит его брат.

О, боже…

Медленно вдыхаю и выдыхаю через нос. Это Лиана. Больше некому… Но как она умерла? Покончила собой? Я не могу так стоять и мысленно изводить себя вопросами. Надо выходить… Узнаю хотя бы что-нибудь.

— Лиана умерла? — почти выкрикиваю я. Через мгновение две пары глаза, не мигая, уставились на меня.

— Слушай, это тебя не касается… тебе не нужно, — начал прибалтывать меня хозяин особняка.

— Говори, что случилось, — потребовала я. — Ты ее убил?!

— Совсем что ли с ума сошла?! — обрушился он на меня. — Я ее пальцем не трогал…

— Может, пальцем не трогал, но другим органом очень активно, — съязвил его брат.

Касаются подпрыгивающими пальцами шишки на голове. Этот след оставил мне ублюдок, который напал на меня в саду.

— Где она? — спрашиваю я. Я никогда не видела мертвых людей и не знаю, какой будет моя реакция. Но мне нужно ее увидеть… Так я смогу хотя бы примерно определить причину ее смерти.

— Аня… не нужно тебе ее видеть. Там…

— Что там? — резко оборвала я Михаила. — Проводи меня к Лиане. Я хочу на нее посмотреть. Если ты этого не сделаешь, я найду ее сама.

— Пошли, — Кирилл взял меня за руку и повел в сад. Следом за нами двинулся телохранитель.

В темноте я бы не сразу ее увидела. Но сейчас было светло и я без труда разглядела… О, боже. Как она изменилась. Когда я видела ее в доме Багира, то она была совсем другой. Румяная, пышущая здоровьем.

Сейчас это женщина с пугающе бледным лицом выпирающими скулами.

Она неподвижно лежит на земле. На лице нет крови, одежда без пятен…

Кажется, что она спит.

— Вы уверены, что она мертва, пульс проверяли? — не оборачиваясь, спросила я братьев.

— Конечно, проверяли, Ань. Не совсем же дураки, — буркнул один из них.

— А следы смотрели? Отчего она умерла? Не своей же смертью…

Кирилл, молча, подходит к мертвой женщине и закатывает рукава. — Смотри, — говорит он, показывая кровоподтеки на руках. — Вены перерезала. Мы ее не сразу нашли… Так бы спасли.

— А, может, еще не поздно? Вы скорую вызывали? — задыхаюсь от возмущения. Не понимаю как они могут быть такими спокойными. Хотя до этого они о чем-то дико спорили…

Глава 29

— Аня, успокойся… да, успокойся ты, не ходи кругами, — раздраженно говорит хозяин особняка. — Женщина мертва и скорую вызывать нет смысла. Надо решить, что делать с телом.

Бросаю нервный взгляд на Михаила — внутренне он явно мечется как зверь в клетке, хотя и стоит на одном месте. Переживает, что его привлекут за смерть Лианы? Разве в этой стране нет правосудия? Сама поражаюсь своей наивности.

Мы не местные и к нам будут относиться предвзято.

Но Михаил — человек не бедный и может всех купить.

По крайней мере, паспорт мой он без проблем выкупил.

Стараюсь не смотреть на труп Лианы… Черт, как я так вляпалась.

Дура.

Меня тоже могут посадить за то, что я не делала.

Стоп. Девушка, ведь покончила собой. Я же своими глазами видела окровавленные запястья.

— А что, если ее убили? — мой вопрос повисает в воздухе. Несколько секунд братья молчат и смотрят вперед.

— Да я почти уверен, что девка не сама умерла. Кто-то ей помог, — напряженно говорит Михаил.

— Кто-то? Думаешь, здесь ей варианты? — рявкает Кирилл. — Муженек ее завалил. Конечно, не своими руками… послал своих волков. Но сейчас не об этом надо думать… Стоим и гадаем. Это бред! Братан, надо валить отсюда. Аня в опасности… Ты хоть понимаешь, что это урод не успокоится, пока и первую жену на тот свет не отправит?!

— Да… Но завтра приедут еще два охранника. Оружие есть, — неуверенно возразил хозяин особняка.

— Ты серьезно?! До завтра нас тут всех положат. Мы в чужой стране, а этот Багир — в своей! Он в любом случае в более выигрышной позиции, чем мы, — гремит Кирилл. — Не помогут тебе твои охранники. Девку под носом убили и никто не видел… Уезжать надо как можно быстрее.

— А ее куда? — спрашивает Михаил, указывая взглядом на неподвижно лежащее тело любовницы.

— А что, много вариантов? — повышает голос Кирилл.

Его брат, молча, кивнул.

— Аня, иди в дом, — просит меня Михаил. Медленно выдыхаю и иду к крыльцу. С каждым мгновением сердце стучит все сильнее. Внутри все кипит от негодования и бессилия. Сейчас девку зароют в саду, как безродное животное.

Стараюсь не думаю о том, что в животе Лианы мертвый ребенок. А какового Михаилу?

Да, ему все равно. Он думает только о своей шкуре. Зря я связалась с ним…

Кто-то обидел его, бросил и теперь он мстит всем подряд.

Из-за своей обиды он соблазнил бедолагу, а она настолько слабая и безвольная, что позволила ему это сделать.

По лицу катятся слезы и я даже не пытаюсь их стирать…

Подхожу к окну и со страхом смотрю на улицу — тела Лианы уже нет. Ее уже похоронили. Вернее, зарыли.

Организм требует разрядки, чтобы снять напряжение. Начинаю прыгать и кричать. Плевать, что я похожа на сумасшедшую… Лучше казаться ею, чем быть такой на самом деле.

— Аня, что с тобой?! — хватает меня за плечи Кирилл. — Успокойся, не привлекай внимание… Понимаю, мне тоже хреново… Бери свои вещи. Мы уезжаем.

— Мы едем вместе в Россию? — недоверчиво спрашиваю я.

— Нет. Брат