Редаманс - Долорес Х. К

Мое колено нервно подрагивает.

Прямая, но не резкая.

Собранная. Спокойная. Владеющая собой.

Прямая, но не…

Акустические двойные двери распахиваются с пневматическим вздохом, и внутрь входит Адриан, выглядящий так, словно он только что сошел со съемочной площадки "Анатомии Грей".

Мое колено затекает.

Как это ему удается выглядеть хорошо абсолютно во всем?

Мешковатый синий больничный халат никак не скрывает его мощного, поджарого телосложения, и когда он протягивает руку, чтобы развязать хирургическую шапочку и легко взъерошить свои темные кудри, я испытываю такую же зависть, как и влечение. Мои волосы завязались бы в гордиев узел, если бы мне пришлось надеть одну из этих шапочек.

Я делаю глубокий вдох.

Помни: прямая, а не резкая.

Собранная. Но…

Его темные глаза находят мои, и остальной мир превращается в фоновый шум.

Вот и все.

Я ничего не могу понять за вежливой улыбкой, которой он одаривает секретаршу или других людей в приемной, но как только он подходит ближе, Адриан кивает головой в сторону выхода.

Он не останавливается, чтобы убедиться, что я следую за ним, но я иду, мое сердце колотится громче, чем мои шаги.

Прямая, но не резкая.

Собранная. Спокойная. Владеющая собой.

За исключением того, что я чувствую что угодно, только не это, когда мы переходим пустынный небесный мост, и он ведет меня к нише, огороженной желтой лентой с табличкой "ИДУТ РАБОТЫ. НЕТ ПРОХОДА". Большие колонны размером со ствол окружают нас со всех сторон.

Как будто он может прочитать вопрос, формирующийся в моей голове, Адриан говорит:

— Я полагаю, ты хотела уединения для этого разговора.

Я думала об офисе, хочу сказать. Где люди все еще смогут услышать меня, если я закричу.

Вместо этого я просто киваю, несмотря на комок беспокойства, подступающий к моему горлу.

— Здесь подходит.

Здесь - пустынный коридор, где уборщику, вероятно, потребуется три дня, чтобы обнаружить мой труп.

Я сглатываю.

Собранная. Спокойная. Владеющая собой.

Адриан прислоняется к колонне напротив меня, его плечи такие широкие, что почти совпадают по ширине с моими - и мои инстинкты самосохранения начинают вопить, что я наедине с высшим хищником.

Убийцей.

И я собираюсь обвинить его в попытке разрушить мою жизнь.

Неуверенность клокочет у меня в животе.

Где схема, по которой можно обвинить своего бывшего парня-социопата в попытке разрушить твою жизнь? Должна ли я начинать это общение со светской беседы, крика или удара кулаком в горло?

Я имею в виду, что второй вариант кажется мне последним средством, решаю я. И третий, вероятно, закончится хуже для меня, чем для него, так что...

Я прочищаю горло.

— Спасибо, что согласился встретиться со мной.

Адриан поднимает бровь.

— Я не уверен, что ты оставила мне большой выбор, — сухо отвечает он.

— Да, ну... — Я снова прочищаю горло. — Ты не можешь быть настолько удивлен, что я разыскала тебя.

Его лицо, безупречная маска безразличия, ничего не выдает.

— Нет, не удивлён.

Мои глаза сужаются, пытаясь понять, означает ли это: Нет, я не удивлен, потому что мы бывшие и у нас есть история или Нет, я не удивлен, потому что я в одиночку пытаюсь разрушить твой мир.

У меня отвисает челюсть.

Есть только один способ это выяснить.

— Что ж, тогда я сразу перейду к делу. — Я скрещиваю руки на груди. Встречаю его темный, удушающий взгляд прямо в глаза. — Ты здесь из-за меня?

Вопрос повисает в воздухе между нами, бесконечно тяжелее, чем я ожидала - и, затаив дыхание, я собираю себя в кулак, готовясь к любой реакции, которую он может вызвать. Переменчивый гнев. Ледяная ярость. Психологическая война. Ностальгический момент рукопашной.

Вместо этого я получаю в ответ одно плоское, безжизненное слово:

— Что?

Внутри меня нарастает разочарование. Полагаю, мне следовало добавить «прикинуться дурочком» к списку возможных реакций на Адриана.

— Я не дура, — говорю я. — Я прожила в Нью-Йорке десять лет, и вдруг ты появляешься здесь, совершенно неожиданно. Это...

— Неудачное совпадение, — заканчивает он.

— Это чертовски удачное совпадение, — говорю я, скривив губы. — Ты переезжаешь в мой город спустя столько времени.

Он приподнимает бровь.

— Что ж, тебе придется меня простить. Я не понимал, что город, в котором живут еще восемь миллионов человек, может считаться твоим, но я переехал сюда, потому что получил стипендию в Маунт-Синай.

— Ты мог бы получить стипендию где угодно, — парирую я, ничуть не смущенная этим комментарием. — Тот доктор вчера вечером сказал, что у тебя был выбор.

— Конечно, — пожимает он плечами. — Но Маунт-Синай - лучший. Почему я должен соглашаться на меньшее?

Итак, мне не нужно беспокоиться о том, что я встречу тебя в моей любимой кофейне, или в заведении с бубликами, или в тайском кафе, или где-нибудь еще в этом городе, я хочу ответить.

Поэтому у меня не сводит живот всякий раз, когда я замечаю на улице спину высокого кудрявого мужчины.

Итак, мне не нужно проводить каждое бодрствующее мгновение своей жизни, просто осознавая, что ты существуешь. Здесь. Отделенный только полосой бетона и магазинами на углу. Достаточно близко, чтобы быть на расстоянии вытянутой руки, но совсем не близко к моей.

Но у Адриана и так слишком много козырей, и поскольку я ни за что не собираюсь добровольно сдавать ему больше, я просто стискиваю зубы.

— А как же прошлая ночь? — Подсказываю я. — Ты появился на благотворительном вечере в пользу клиники моей лучшей подруги? Это тоже было совпадением?

— Я жертвую деньги нескольким больницам, для людей и животных, через фонд Эллиса, — объясняет он, снова пожимая плечами.

— Но...

— Я не мог предсказать эту личную связь так же, как не мог предсказать, что ты окажешься там.

Я готова признать, что его логика выдерживает критику. Адриан может быть макиавеллистским вдохновителем в свои худшие дни, но он не может предсказать будущее.

Джо должен был сопровождать Луэнн на вечеринку, я была просто заменена в последнюю минуту.

Я сглатываю.

Если прошлая ночь действительно была совпадением, то...

— Почему ты притворился, что не знаешь меня? — выпаливаю я, и когда он морщит лоб, добавляю: — На вечеринке. Ты уходил, а я схватила тебя, и ты повел себя так, будто ты...

—… не