Ты – мой подарок - Ксения Фави

Присаживаюсь на постели, дрожа всем телом. Горло пересохло.

— Алекс? — шепчу одними губами.

Ещё надеюсь, что это сон… Плод моего воображения.

В ответ он зло ухмыляется. Холод от его оскала пробирает меня до костей.

— Арс! — вскрикиваю я.

В ту же секунду сильный толчок в грудь швыряет меня обратно на подушку. Алекс резко набрасывает мне на лицо плед, погружая во тьму.

Я барахтаюсь. Пытаюсь сбросить удушающую ткань. Сердце колотится о ребра, как сумасшедшее.

Секунда. Две. Я срываю плед с лица и рывком сажусь, тяжело дыша.

В комнате пусто. Только тени от лунного света пляшут по стенам. Тишина такая глубокая, что звенит в ушах.

Никакого Алекса. Никакого фонарика. Только мой собственный судорожный вздох и бешеный ритм сердца. Это всё-таки сон?

Чувство защищенности исчезло без следа. Меня охватил липкий ужас.

Не успеваю ничего осознать, как матрас рядом прогибается. Арсений уже здесь.

Он сидит на краю кровати. Широкие плечи перекрывают лунный свет.

В полумраке я вижу его встревоженные глаза. Он всматривается в моё лицо, пытаясь понять, что со мной.

— Агния? Что случилось? — его голос звучит низко и хрипло, в нем нет ни властности, ни усмешки. Только искреннее беспокойство.

Я не могу вымолвить ни слова. Горло перехвачено спазмом, а перед глазами ещё стоит злой оскал Алекса.

Не раздумывая, я подаюсь вперед и буквально повисаю у Арсения на шее. Пальцы впиваются в его плечи, прячу лицо на его груди. Вдыхаю уже знакомый успокаивающий аромат.

Арс на мгновение замирает от неожиданности.

Но вот его сильные руки обхватывают меня. Прижимают так крепко, будто он хочет вплавить меня в себя.

Только в кольце его рук я начинаю дышать. Чувствую, как его сердце бьется под моей щекой — ровно, мощно, надежно.

Вздрогнув, я начинаю сбивчиво рассказывать:

— Там был Алекс... Светил фонариком. Он был весь в белом и такой... злой. Это было так реально, Арс. Он толкнул меня и бросил плед в лицо....

Я сама понимаю, как глупо это звучит. Сон, просто дурацкий кошмар, вызванный стрессом и той прогулкой в лесу.

Но Арсений не смеётся. Он слушает меня предельно серьезно. Его тело под моими руками напрягается, как натянутая струна.

Он ничего не говорит, но я чувствую, как его челюсти плотно сжимаются.

В этот момент кажется, что он понял для себя что-то.

Что-то, о чём я даже не догадываюсь.

— Успокойся, Агния, — тихо просит он, поглаживая меня по волосам. Но в его голосе я слышу холодную решимость. — Тебе здесь ничего не грозит.

На электронных часах три ночи. Вставать ещё рано, но я не представляю, как снова закрыть глаза. Стоит мне только подумать об этом, как меня начинает бить мелкая дрожь.

— Хочешь, я принесу тебе горячего чаю? — спрашивает Арсений, слегка отстраняясь.

Я цепляюсь за его футболку, не давая ему отойти ни на сантиметр.

— Нет, — выдыхаю. — Не уходи. Пожалуйста.

Арсений смотрит на меня долгим нечитаемым взглядом. А потом, без лишних слов и приглашений, ложится на кровать рядом со мной.

Не просто ложится с краю — он наваливается на меня, частично накрывая своим телом, придавливая к матрасу.

Эта тяжесть оказывается самым лучшим лекарством. Она осязаемая, живая, горячая.

Его нога перекинута через мою. Его рука собственнически обнимает меня за талию, а голова покоится рядом на подушке. Я чувствую его дыхание у своего виска.

В этой близости столько силы и странной нежности, что мой страх просто не выдерживает и капитулирует.

Я чувствую себя защищенной так, как никогда в жизни. Его тело — моя крепость.

Убаюканная его теплом, сама не замечаю, как веки тяжелеют, и я проваливаюсь в глубокий сон без сновидений.

25

Если уснула я быстро, то просыпаюсь наоборот очень медленно. Как будто выплываю из чего-то глубокого и вязкого.

Первое, что я чувствую, — это тепло и тяжесть, а второе — пристальный взгляд. Открываю глаза и натыкаюсь на глаза Арсения. Он лежит совсем рядом, подперев голову рукой, и просто смотрит на меня.

В первую секунду во мне вспыхивает привычное возмущение: какого черта он делает в моей постели?

Но следом, как ледяная волна, накатывают воспоминания о ночном кошмаре. Тот холод, тот белый свет и злая улыбка Алекса... Грудь снова сжимает тисками страха.

Инстинктивно я хочу потянуться к Арсу, снова спрятаться в его объятиях… Но вовремя одергиваю себя.

Это никому не нужно, неуместно… Да и не имею я права…

Арсений, кажется, читает мои мысли. Он не дает мне времени на внутреннюю борьбу.

Секунда, и он уже надо мной. Нависает, блокируя любые пути к отступлению.

Ещё миг — и его губы накрывают мои.

Это не тот нежный поцелуй, которым можно утешить. Это дерзко, властно и почти грубо. Он целует меня, буквально заставляя ответить, подчиняя своему ритму.

Его руки крепко держат мое лицо, и я, вопреки здравому смыслу, чувствую, как по телу разливается ответный жар. Это странное принуждение не пугает, а отзывается внутри сладкой дрожью.

Когда он, наконец, отрывается от моих губ, мне катастрофически не хватает кислорода. Я дышу ртом, чувствуя, как горят щеки.

— Какого черта?! — выдыхаю, стараясь придать голосу максимум негодования.

Арсений усмехается, и в его глазах пляшут искорки.

— Хочу, чтобы ты была возмущена, а не напугана. Это тебе больше идет, — отвечает он, не торопясь слезать.

Боже… Поцелуй действует как бокал крепкого красного вина. Кровь быстрее бежит по венам, согревая изнутри. Липкий ночной страх растворяется, вытесненный этим внезапным раздражением и возбуждением.

Смелости прибавилось, хотя я ещё недовольно пыхчу.

— Завтракать будешь, принцесса? — интересуется Арс, наконец, давая мне свободу.

Я поправляю растрепанные волосы и тихо признаюсь:

— Лучше бы немного прогуляться. Мне нужен воздух.

Мы собираемся быстро. Я натягиваю теплый комбинезон прямо на пижаму. Арсений привычно накидывает куртку на футболку.

Но стоит нам выйти на крыльцо, как его телефон взрывается звонком. Арсений хмурится, глядя на экран. Его лицо мгновенно становится сосредоточенным.

— Иди, я догоню через минуту, — бросает он мне, прижимая трубку к уху.

Киваю и делаю шаг в ослепительную белизну утра. Свежий воздух приятно обжигает легкие.

Я отхожу от дома совсем недалеко. Наслаждаюсь тишиной и хрустом снега под ботинками. Но вдруг что-то заставляет меня замереть на месте.

В паре десятков метров, прямо у начала леса, стоит фигура. Человек в снежном камуфляже почти сливается с пейзажем. Он медленно снимает капюшон.

Сердце падает куда-то