Поцелуй на удачу 2 - Кира Крааш

Одеяло на себя тянул тот самый крылатый кролик. Тянул упорно и с удивительной силой.

— Отдай! — возмутилась я.

Ушастый поднял на меня свои красные глазища и пошевелил носом, как будто только что заметил. Я потянула одеяло на себя, пристально смотря на кролика, и пытаясь надавить на него морально. Кролик морально не давился, а лишь еще упорнее тащил одеяло.

Не знаю, кто бы победил в этом противостоянии, но в дверь постучали.

— Лекси, у тебя все в порядке? — раздался голос Виктора. — Ты кричала?

— Я визжала, — в ответ поправила капитана я. — Все в порядке, но у меня пытаются отнять одеяло.

За дверью возникло выразительное молчание, а затем Виктор как-то угрожающе рыкнул:

— Кто?

— Он не представился, — честно ответила я и потянула на себя одеяло с новой силой.

Кролик надо сказать оказался какой-то подозрительно сильный для животинки его размеров и одеяло отдавать не собирался.

В это время входная дверь на мой этаж бахнула, едва не слетев с петель, и в комнату ворвался Виктор с видом боевым и даже немного пугающим.

Мы с кроликом тут же забыли все свои разногласия!

Он в один могучий прыжок оказался у меня на руках, я тут же натянула одеяло до самой шеи, и мы с кроликом уставились на Виктора.

А Виктор, соответственно, уставился на нас.

— Где? — нехорошо прищурился Виктор.

— Кто? — не поняла я.

— Где тот смертник, которому хватило смелости залезть к тебе в комнату и…

И чего там еще дальше я так и не узнала, потому что Виктор заметил трясущегося в ужасе кролика и резко захлопнул рот.

Мы немного помолчали, увеличивая градус неловкости до максимума, а затем капитан неловко кашлянул:

— Ах, это всего лишь кролик…

— Всего лишь ужасно сильный кролик, который пытался отнять у меня одеяло! — подтвердила я.

— Ммм… — неопределенно протянул парень, скользнув взглядом по моей кровати.

Тут я поняла, что так активно натягивала одеяло, что ноги остались на улице. Почти по самое того этого!

Пришлось срочно их укутывать. Виктор перевел взгляд выше, еще раз кашлянул и произнес:

— Ну, я пойду… Завтрак пора готовить.

И вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь и оставив меня в глубокой задумчивости.

— Пи-пи? — вопросительно спросил кролик.

Я посмотрела на кролика и поняла, что, закутывая ноги, продемонстрировала декольте своей сорочки Виктору.

— Пи-пи-пиц! — простонала я и плюхнулась обратно на подушку.

Кошмарище!

38

Несмотря на ужасно неловкое начало дня, в целом утром вышло довольно насыщенным.

Во-первых, пока я умывалась и пыталась смыть с себя остатки сна и лишний румянец, мой вновь обретенный рогатый домашний питомец свил себе гнездо из моего одеяла и нагло стащенного со стула будничного платья.

Отбирать пришлось с боем!

— Отдай, морда рогатая! — пыхтела я, тянув за подол. — Отдай, кому говорят!

Морда рогатая лишь возмущенно пищала и упиралась изо всех своих кроличьих сил. Тянуть сильнее было опасно — платье уже начало опасливо трещать. Пришлось торговаться:

— Давай ты мне платье вернешь, а я тебе морковку принесу?

Хватка не ослабевала.

— Капустку? — предложила я.

Эффекта не последовало.

— Колбаску? — не сдавалась я.

Рогатик даже ухом не повел!

— Ну что же ты хочешь?! — в отчаянии воскликнула я. — Может прянички?

Цепкие лапки мгновенно разжались, и я, потеряв равновесие, бухнулась на пятую точку.

— Серьезно, прянички? — обалдела переспросила я.

Кролик кивнул. С рогами и ушами это был очень величественный кивок, почти королевский!

— Ладно, — буркнула я, поднимаясь на ноги. — Значит, ты у нас сладкоежка.

Критически осмотрел платье, пришлось сделать вывод, что от перетягивания оно не пострадало, а вот шесть…

— Куплю тебе щетку, — заявила я, проходясь бытовым заклинанием по темной ткани, чтобы счистить бесконечно число белых волосков.

Кролик издал нечленораздельное «пи-пи» на тему того, что он думает обо мне и гипотетической щетки, и окуклился в одеяло, одни рожки торчали.

Перед выходом пришлось прочитать наставления в духе «веди себя хорошо» и «не жри мои конспекты». Впрочем, наверное, второе лишнее, если у кроля тяга к пряничкам.

— Лекси!!! — раздался из-за двери голос Микаэля. — Вик нам жрать без тебя не дает, сжалься!

Я аж подпрыгнула, почувствовав странное ощущение повторения происходящего. Точно так же дома Аскольд не давал Ашеру и Александру приступать к трапезе, пока я не спущусь.

«Завтрак, — всегда говорил старший брат, — важнейший прием пищи. Он создает настроение на весь день! А потому завтракать нужно только с самыми приятными людьми».

И вот теперь я спускалась вниз к своим новым самым приятным людям, принюхиваясь к витавшим в воздухе аппетитным запахам.

За столом уже сидело четверо парней, все, как один, смотрящие на входной проем. Меня ждали!

— Что, аппетита без меня нет? — невозмутимо спросила я, с любопытством рассматривая стол.

На столе меня ждал завтрак в лучших мужских традициях! Яичница глазунья, жареный до приятного хруста бекон, белый хлеб, нарезанный такими толстыми кусками, что одним можно было накормить целого рогатого кролика, сливочное мало большим, кривым куском в общей масленке и два пыхтящих жаром чайника.

Короче, еда мужская, пять килограммов!

— Кусок в горло не лезет, — с самым страдальческим видом произнес Эгилл.

— Сейчас я вас спасу! — ответила я, занимая единственное свободное место.

Почему-то оно оказалось рядом с Виктором.

— Что ж, раз все в сборе, — невозмутимо проговорил он, накладывая себе яичницу, — я напоминаю, что на следующей неделе в пятницу матч с Ри-ри и его командой. Для нас это отличная возможность потренироваться — противник силен, хорошо нас знает. Матч будет сложный, но полезный.

— Ой, да что там с ними соревноваться, — отмахнулся Стефан, — мы просто перевернем на спину этих морских черепах и пусть они шевелят ластами.

— Нельзя недооценивать противника, — покачал головой осторожный Эгилл.

— Я бы сказал, нельзя переоценивать собственные силы, — мрачно вставил Микаэль.

В воздухе повисла несказанная фраза, что у нас тут «необстрелянный стрелок», но я не обиделась. Это была правда и действительно могло стать проблемой при определенном стечении обстоятельств. А у Микаэля сестра на выданье, и ему очень не хватает на приданое. Шкурный интерес он всегда важнее абстрактной борьбы за идею.

— Поэтому все оставшиеся дня до матча мы будем усиленно тренироваться, — закончил свою речь Виктор.

— У меня пары, — вставила я.

— После твоих пар, — не стал спорить капитан.

— А домашка?

— А домашка после тренировок, — отозвался Виктор.

Я представила, как буду брать иголку в пальцы после того, как побегаю и постреляю из лука, и выразительно посмотрела на парня.

Неожиданно на помощь