Власть Шести - Анфиса Ширшова

— Без слез не взглянешь, — фыркнула бабка.

— Нэйт совершенно здоров, — вмешался Арто, занимая место в центре. — Он способен подарить множество наследников нашей семье. Это лишь вопрос времени. Аманда, вероятно, тоже имеет возможность родить детей, которые не получат от нее глухоту. Я консультировался с генетиками.

У Виски голова пошла кругом. Не может ведь быть, чтобы они обсуждали это все всерьез? Но тон, с которым старик произнес эти слова, не оставлял шанса на сомнения.

Нэйту оставалось одно — пытаться сохранить здравый рассудок среди людей, обладающих огромными средствами и связями, и имеющих крайне извращенные представления об адекватности. Осознание вседозволенности также кружило им голову, позволяя пересекать все возможные красные линии и делать то, на что ни один человек никогда бы не решился.

Хуже сочетания быть не могло.

Глава 12

Эшбёрны оказались последователями вероучения о реинкарнации — переселения личности или души из старого тела в новое. По их мнению — а, как оказалось, тех, кто верит в подобное, не так уж мало, — смерти не существует, но есть лишь нахождение души либо в теле, либо вне его, и существование ее не может закончиться, поскольку душа — это искра, посланная высшей силой. Она ищет новое тело, когда деяния и привязанности ее не были вполне реализованы в одной из жизней. Когда же все, что желала душа, было исполнено, высшая сила забирает ее себе, окружая вечной любовью.

— Кристиан сообщил мне, что ты тоже видел свои прошлые воплощения, — довольно произнес Арто, подняв кисти рук вверх и прижав кончики пальцев друг к другу. — Мы были счастливы узнать об этом, ведь подобная милость даруется далеко не каждому человеку. Это все равно что благословение, Нэйт.

За круглый стол уселись все шесть Кристианов, сам Нэйт и Арто. Томас на инвалидном кресле пристроился позади деда и теперь буравил брата блеклыми глазами. Бернадетт осталась сидеть на диване, не выпуская мундштук из пальцев. Нэйту хотелось встать и рявкнуть на безумных родственников, чтобы перестали ломать комедию, но самое жуткое заключалось в том, что происходящее вовсе не было для них представлением. Они посвящали Нэйта в то, во что верила их семья на протяжении множества лет.

— Все началось с моего отца Уильяма, — поведал Арто. — Он первым заговорил о том, что душа показала ему предыдущие жизни. Он тогда крепко уверовал, считал себя одним из тех избранных, кому открыли глаза на истинное предназначение каждого человека на Земле. Он понял, что мы — сосуды для древних душ, раз за разом возвращающихся в этот мир, чтобы успеть выполнить желаемое. Но многие слепы, поскольку не видят вокруг себя тайные знаки, и глухи, ведь не слышат зов запертой в теле души.

Нэйт слушал все это с каменным лицом. Он подготовился, тщательно изучив тему реинкарнации. Действительно, сторонников подобной теории существовало немало во все времена, но, поскольку те, кто верил в Бога, отрицали гипотезу переселения душ, им пришлось уйти в подполье. Массового признания теория реинкарнации не получила. Ее считали чушью и выдумкой, а церковь страшно осуждала подобные речи.

Но вот перед Нэйтом сидит Арто и всерьез говорит о том, что душа его жила на свете много веков назад и цель у нее одна — отомстить потомкам своих врагов, помогая другой душе прийти к власти в этом мире.

Стоило старику произнести это вслух, как Кристиан — в шести лицах — довольно усмехнулся.

— Значит, вы считаете, что в тело отца вселилась только одна душа? — протянул Нэйт. — Но Кристианов шестеро. Остальные что же — просто пустые оболочки?

Он пытался рассуждать как исследователь и как историк — человек, который привык докапываться до фактов и искать подтверждение домыслам.

Арто этот вопрос, казалось, ничуть не смутил.

— Ты верно мыслишь, Нэйт. Это радует. А ведь я когда-то был точь-в-точь как ты! Считал своего отца чокнутым стариком, который утверждал, что слышал зов ниспосланной ему души. Жаль, что он умер, когда мне едва исполнилось четырнадцать. Мы с дядей тогда остались одни. Он в какой-то степени заменил мне отца, однако его подобное озарение никогда не посещало. Эгберт не слышал свою душу. — Арто замер на пару мгновений, словно временно перенесся в прошлое. Встрепенувшись, он хлопнул в ладоши и продолжил: — Однако, что же мы видим, Нэйт? Наша семья вернула былое величие. Некогда наши предки жили в этом замке, обладали властью и богатствами. А затем их всех едва не уничтожили, остался лишь один малолетний потомок рода Эшбёрн — Тристен. Его укрыла у себя одна из служанок, дала другое имя и вырастила как сына сапожника. Эшбёрны потеряли все. Но взгляни, где мы теперь, — Арто обвел руками просторную гостиную и стены замка.

— Значит, по-вашему, это стало возможным благодаря тому, что у твоего отца открылись глаза на правду об этом мире?

— Дело в том, Нэйт, что доступ к памяти, накопленной за сотни лет, дает человеку такое могущество, которое не снилось ни одному богачу, — хитро прищурившись, ответил Арто. — И моему предку удалось воспользоваться им, чтобы вернуть Эшбёрнам былое могущество. Но самое интересное даже не это.

— Что же тогда? — сдержанно уточнил Нэйт.

— Я — тот самый Тристен Эшбёрн, — негромко, но с едва скрываемым восторгом, сообщил Арто. — Я жил в этом самом замке много веков назад, тут прошло мое детство. Ты или кто-то иной могли бы не поверить моим словам, но как же тогда объяснить, что именно я нашел то место, где был закопан сундук — на окраине наших земель, у разрушенной крепостной стены? Я увидел его во сне — чаще всего воспоминания о прошлых жизнях приходят именно с наступлением ночи, когда сознание очищается от всего того мусора, что вкладывают в него за день. С тобой ведь случилось так же?

— Я не помню, какое время суток тогда было, — немного помолчав, все же ответил Нэйт. — Но я действительно был погружен в сон.

Арто кивнул и провел указательным пальцем по густой темной брови с проседью. Он на удивление неплохо выглядел для своих лет.

— Мы тогда нашли много интересных вещичек, которые Тристен, будучи мальчишкой, прятал там вместе с братьями. Можешь взглянуть на монеты шестнадцатого века, — довольно ухмыльнулся Арто, кивнув головой на шкаф, закрытый стеклянными дверцами.

Нэйт встал и, повернувшись к остальным спиной, неторопливо приблизился к полкам, где действительно обнаружились старинные монеты — неровные кругляши с отверстием посередине и почти стертыми надписями. Рядом стоял железный сундучок с витиеватой