Развод. Верни мне сына - Оксана Владимирова

я благодарна высшим силам, что у меня есть человек, который стал мне близким другом. Наконец, Ариан пошла на работу. Я же, проводив её, сразу подошла к окну и долго смотрела ей вслед, как будто частичка моей души уходила вместе с ней к сыну.

На сердце билась тревога. Что будет с Райном без меня? Как он сейчас? Успокоился ли?

Но я точно знаю, что няня Ариан поможет моему крошке. Ему с ней будет легче и спокойнее, а потом я найду способ забрать сына у Лукаса.

В комнате я не находила себе места. Всё прибрав и почистив, я решила сходить в юридическую контору и попробовать туда устроиться на работу. Хоть кем. Хоть писарем, хоть уборщицей. Моё образование бытового мага как раз сейчас может мне пригодиться. Быстро собравшись, я пошла в контору.

Едва я зашла на порог, погрузившись в строгую тишину с ароматом чернил и бумаг, как встретилась со стряпчим нашей семьи. Вспомнив, что он вёл наше с Лукасом дело, сердце моё оборвалось. Но я решила не пасовать перед трудностями.

Господин Мон быстро спустился по лестнице со второго этажа и подошёл ко мне. Поздоровавшись, естественно, он спросил, зачем я явилась? Пришлось сказать, что я хочу устроиться на работу. Господин Мон, выслушав меня, попросил подождать его и зашёл в какой-то кабинет, который находился тут неподалёку. Когда он вышел оттуда, то любезно сообщил, что только что беседовал с хозяином конторы, который сказал, что в моих услугах они не нуждаются. Ни в каких.

Мне было всё понятно. Дело не в услугах, дело во мне. Женщине, которую обобрали и не желали иметь со мной никаких дел. Никто мне здесь не поможет. Нужно придумать другой план.

Сжав кулаки, я развернулась и пошла на улицу, чтобы никто не увидел отчаянья в моих глазах. Ещё не всё потеряно. Я что-нибудь придумаю.

Я вышла за дверь и направилась в парк, что находился напротив конторы. В голове крутились тревожные мысли. Желание пойти к Райну и увидеть его хотя бы издалека, через окно тянуло меня к дому. Обняв себя за плечи, я запретила себе думать об этом. Если пойду на поводу желаний, то окажусь в тюрьме.

Надо попробовать самой составить прошение в суд о пересмотре дела нашего с Лукасом развода. У нас на факультете был курс юриспруденции, но там больше рассказывали о магических правах и обязанностях бытовых магов.

Принятое решение тут же подарило надежду и азарт. Ради сына я на всё пойду!

Мне нужна библиотека. Вход там свободный. Я повернулась, чтобы уйти из парка, но тут меня окликнули:

— Госпожа Марино! — ко мне из юридической конторы бежал юноша.

Я остановилась. Неужели меня всё-таки решили принять на работу? Сердце радостно трепыхнулось.

— Госпожа Марино, — подскочил ко мне молодой человек. — Вы уронили свой платок в конторе. Вот, возьмите.

Парень протянул мне платочек. Я непонимающе смотрела на него. Это не мой.

— Возьмите, — юноша взял мою руку и всунул мне в ладонь платок. Я почувствовала, что там внутри лежит бумага. — Больше не приходите сюда. Вам тут не помогут, — сказал парень, пристально глядя мне в глаза и сжимая мою руку.

— Хорошо, — кивнула я, глядя на юношу, в глазах которого плескалось сочувствие.

Парень, пожав мне руку, убежал обратно в контору. Я сунула его платок себе в карман плаща и пошла подальше от этого места. Когда свернула за угол, то вытащила платок и, развернув, обнаружила там записку:

Сегодня в таверне «Свинья и бисер» в пять часов вечера.

Свернув записку, я положила её в карман. Я знала этого юношу. Однажды я сделала брошь-артефакт очищения воздуха, которая нужна была его матери. Моя брошь помогла ей полноценно жить. Она по весне задыхалась из-за пыльцы распустившихся цветов. Неужели он хочет мне помочь? Как же его зовут?

Глава 35

Из парка я пошла в городскую библиотеку. По дороге старалась не зацикливаться на проблемах, а начать думать позитивно. Настроила себя на боевой лад и смело вступила в хранилище книг. Городская библиотека была магической, и я, имея опыт обучения в магической академии, легко нашла книги по семейному праву. Обложившись ими, я уселась в читальном зале и долго вникала в законы нашей страны.

Учебники были написаны сухо, без пояснений, и мне приходилось по нескольку раз перечитывать некоторые пункты, чтобы правильно понять мысль, которую там доносили.

Ближе к обеду я почувствовала, что проголодалась. Благо у меня была в кармане булочка, которую я прихватила из дома, когда уходила. Пока в сторонке ела, размышляла над тем, как мне заработать деньги на свою жизнь. Можно пройтись по особнякам и попросить хозяек домов взять меня на работу как бытового мага, но после представления, что устроила Грэйс с моими бывшими подругами, думаю, этот номер не пройдёт.

Ничего. Не пропаду. Я работы не боюсь, обязательно найду, чем заниматься. Главное, чтобы с сыном было всё в порядке. Я могу устроиться экономкой, писарем, да в конце концов няней…

Хотя нет. У меня сердце будет болеть за Райна, если я буду рядом с чужим ребёнком. Сегодня вечером нужно посидеть и составить список мест, где я смогу работать.

Я просидела в библиотеке вплоть до четырёх часов и с осознанием того, что мне предстоит очень много работы с юриспруденцией, стала собираться на встречу с юношей из юридической конторы. Кажется, его звали Брайн Кулс.

Главное — не унывать, а потихоньку двигаться к своей цели. Каждый день делать что-то по направлению к моей цели, тогда в конце концов я смогу добиться всего того, что мне нужно.

Первое и самое главное, что я поняла из прочитанного: благодаря тому, что Лукас меня оболгал, он смог забрать всё имущество себе. Если бы с моей стороны был хоть один свидетель, который бы подтвердил мои слова, я бы не осталась без гроша в кармане и без сына. Он сделал это специально. Даже не хочу думать: почему? Неужели, прожив рядом с ним четыре года, я не заметила, что он такой мелочный, подлый и жадный человек?

Так. Не думать о Лукасе, иначе весь мой боевой настрой превратится в пыль. Я смогу победить бывшего мужа.

По закону у меня ещё есть целый год, чтобы подать в суд встречный иск и предоставить доказательства моей порядочности и верности мужу, привести туда свидетелей, которые подтвердят, что муж меня оболгал, тогда наше имущество либо разделят пополам, либо всё отдадут мне.