На краю одиночества. Земля - Ева Бран

и романтичная темень. Свечи создавали очень интимную атмосферу. Я зачарованно посмотрела на Рафа. В тусклом свете он казался еще более красивым. Кожа такая белая и словно светится изнутри. Я даже про соблазнительную еду забыла. Захотелось подойти и коснуться его. Парень тоже неотрывно смотрел на меня.

— Ты такая красивая, Ева.

От его хриплого шёпота у меня окончательно снесло крышу. Я сделала шаг к нему и первая поцеловала. Раф шумно вздохнул и со стоном отстранился.

— Ев, я уже начинаю думать, что приглашать тебя к себе было не очень хорошей идеей.

— Почему?

— Потому, что мне всё сложнее контролировать себя рядом с тобой.

Вместо того, чтобы внять словам Рафа, я только крепче прижалась к нему, заглядывая в глаза. Это мой мужчина. Мой! Я ощущала это каждой клеточкой. Такое красивое лицо, совершенное тело… Он сводит меня с ума! Но было ещё кое-что. Всей душой я чувствовала себя рядом с ним в безопасности. Этого чувства я не испытывала с детства. Я ведь почти ничего о нём не знаю, но от чего-то уверена, что Раф никогда не даст меня в обиду. Моя душа тянулась к нему, словно к чему-то родному, любимому, необходимому.

"Ну вот… Приплыли. Влюбилась…"

От неожиданно пришедшей мысли я улыбнулась.

— Ты чего, малыш?

Вместо ответа я покачала головой и запустила пальцы в его волосы, притягивая для поцелуя. И он сдался. Я это поняла, как только парень ответил. Раф с такой страстью впился в мои губы, что у меня перехватило дыхание и подогнулись колени. Он тут же подхватил меня и опрокинул на кровать. Раф что-то шептал, но я улавливала лишь отрывки и совсем не понимала смысла. Я плавилась в его руках.

— Ева. Малыш… Моя денея… Моя душа…

Я стонала и выгибалась навстречу его рукам и губам, путешествующим по моему телу.

— Детка, скорей всего ты пожалеешь, но я больше не могу сдерживаться. Прости.

Я помотала головой, обнимая его ногами и руками и прижимаясь теснее.

"Он такой горячий. Как печка! И о чём он вообще? Почему я должна пожалеть?"

Это была последняя связная мысль в моей голове.

Спустя пару часов, Раф бережно притянул меня к себе и укрыл одеялом. В его объятиях было невероятно уютно, и я почти сразу провалилась в сон. Перед тем, как окончательно уйти в мир Морфея, я услышала тихое, едва различимое:

— Малыш, прости.

Утром списала всё на то, что мне эта фраза померещилась или приснилась.

За что парню было извиняться? Он был безумно нежным и чутким. Даже сейчас, вспомнив вчерашний вечер, я невольно расплылась в улыбке и повернулась, чтобы обнять и поцеловать любимого. Глупо обманывать саму себя. Я влюбилась по уши. Парень крепко спал, уткнувшись лицом в подушку. Я приподнялась на локте, натягивая простынь повыше. Всё-таки, мне ещё было неловко щеголять перед ним своей наготой.

Погасив в себе первый порыв обнять Рафа, я принялась его внимательно рассматривать. Отличная возможность. Знаю, что некрасиво разглядывать спящего, но ничего не могла с собой поделать. Передо мной спало совершенство. Парень был не качком, но имел чёткий рельеф мышц. Как можно быть таким стройным и накаченным одновременно? Раф умудрился совместить эти два качества.

Я взялась за край простыни и легонько, чтобы не разбудить его, потянула вниз вместе с одеялом. И тут же залилась краской, при виде абсолютно обнаженного тела. Моё внимание привлекла странная татуировка, которая тянулась вдоль бедра и уходила на поясницу. Необычная вязь с непонятными символами. Как под гипнозом провела пальчиком по самой яркой линии и тут же меня схватили в стальные объятия.

— Чем занимается мой малыш?

Голос у парня со сна был хриплым и чертовски сексуальным. Меня пробрало до костей. Я покраснела и попыталась закрыться простынёй.

— Ничем.

Раф скептически приподнял одну бровь и скользнул взглядом вниз, туда, где я безуспешно пыталась прикрыть хоть что-то. Простынь у меня тут же отобрали. Раф повалил меня на спину, прижимая своим телом к кровати.

— Ты меня стесняешься, Ева?

Я покраснела пуще прежнего. Сейчас в комнате было светло, как днём. Система освещения была продумана таким образом, чтобы имитировать солнечный день. И чувствовала я себя под таким откровенным взглядом неуютно.

— Малыш, не стоит. Ты красавица. — Раф опёрся на локоть возле моей головы. Его волосы беспорядочными прядями обрамляли лицо. Мои разметались по телу и кровати. Невольно сравнивала нас с огненными всполохами. Тем временем, рука парня уже коснулась моего бедра, и пальцы прошлись по обнаженному животу.

— Раф… Ох. Мне надо бы в душ.

— Я с тобой, детка.

— А можно мне одной? — Я состроила умоляющую рожицу.

— Я понял. Не буду тебя напрягать. Но тебе не надо меня стесняться.

Я отвела взгляд от его изумительных серых глаз.

— Просто… у меня никогда не было таких отношений…

Парень договорить мне не дал.

— Думаешь, я этого вчера не понял?

По моим ощущениям я стала бордового цвета.

— Ты так мило смущаешься, — улыбнулся Раф.

Я стукнула его кулачком в грудь.

— Прекрати.

Но вместо того, чтобы, наконец, отпустить меня в душ, парень сграбастал меня в объятия.

— Мой малыш… Слушай, Ев, а перебирайся ко мне?

Я извернулась и уставилась на него во все глаза.

— Чего?

— У нас, вроде как, всё серьёзно. — Раф чмокнул меня в шею.

— Я… Нет. Пока что нет.

— Почему?

— Это слишком быстро. И… ну, не знаю. Неправильно.

— То есть, бегать ко мне по ночам будет правильней?

— Нет…

— Тогда переезжай.

— Я не готова.

— Почему? — Теперь Раф перебрался с поцелуями на плечо и начал спускаться ниже. Я застонала, запуская руки ему волосы.

— Я умею убеждать.

— Ты меня провоцируешь! И компрометируешь…

— Так вот в чём дело… — Раф оторвался от моей груди и заглянул в глаза. А я уже начала терять нить разговора. Хотелось только, чтобы он не останавливался. Но мысль про душ, вновь привела меня в чувства.

— Слушай, Раф… Ты для меня всё ещё парень-загадка. Мне хорошо с тобой. Моё тело тянется к тебе, душа тянется к тебе. Но я не могу до конца доверится, потому что не знаю, с кем я разделила постель. Кто ты, Раф? Ты ведь не человек… Я это чувствую.

Парень резко встал с кровати и начал надевать брюки. Я не ожидала такой реакции, поэтому на время зависла. Так и лежала, забыв, что совершенно голая, и обалдело пялилась на него. Он на мгновение замер, не поворачиваясь, и мне показалось, что даже как-то поник. Опустил голову и тяжело вздохнул.

— Для тебя