Осторожно, блогер в академии! - Катя Водянова

— Да иди уже, — отмахнулась я и осторожно ступила на первую ступеньку, перекинув оба костыля в одну руку, а второй вцепившись в перила. Спасибо давнему перелому ноги и моей не слишком заботливой родне, опыт в таких делах у меня имелся.

Но Мэтт с каким-то зловещим стоном все же подхватил меня под локоть, пусть и смотрел все также мимо, и с его неуклюжей помощью дело пошло быстрее.

— Я думал над твоими словами о трупах, — внезапно выдал он. – И если отбросить сложные и трудноисполнимые для людей со средним интеллектом способы, то остается только кладбище для некромантов. Последний из них выпустился пять лет назад, с тех пор кафедра пустует, а кладбище огородили и заперли, наложив защитные чары.

— И его не обыскивали?

— Не слишком тщательно, там все же хорошая защита, никто посторонний бы не проник. Но ничего подозрительного магполиция там не нашла.

Я слишком поторопилась, когда ставила ногу на очередную ступеньку, и поморщилась от боли.

— Тебе стоило бы остаться в комнате. Это логичнее и проще для всех, — заявил Мэтт.

— Для меня не проще. И можешь не поддерживать, если так страдаешь.

— Почему лежать в постели тяжелее, чем спускаться с третьего этажа?

— Потому что там я одичаю от безделья. А внизу завтрак, общество и чтения у Тони.

— Никогда их не понимал, — признался Мэтт. – Обсуждать вымышленные события, случившиеся с вымышленными людьми – пустая трата времени.

— Но эмоции ты при этом испытываешь настоящие!

Нога разболелась так, что я уже едва сдерживалась, оттого добавила скорость, чтобы быстрее оказаться внизу и прекратить мучения. Мэтт тоже разогнался, подстраиваясь под мой шаг.

— Лишний гормональный выброс, — скривился он. – Учебники и научные труды куда безопаснее.

— И скучнее! – я на минуту задумалась, подбирая нужный аргумент. – Ты же не всегда проводишь эксперименты, так ведь? Иногда просто читаешь результаты чужих. Так и книги – просто большая теоретическая база жизни.

— Но описанного в них никогда не происходило, оттого они не имеют никакой ценности для изучения.

— Как будто бы все ваши научные кони в вакууме реальны.

Такого анекдота Мэтт не знал, пришлось рассказать. Потом пояснить, пояснить еще раз, продемонстрировав мои неглубокие познания в области вакуума и теоретической физики. Поспорить о ней же и оставить этого умника в глубокой задумчивости.

До столовой мы доковыляли в приятном всем молчании, там же Мэтт вызвался взять завтрак на нас двоих, а я кое-как допрыгала до свободного места и тяжело опустилась на скамью. Нога горела и пульсировала, несмотря на плотную повязку и специальные мази, но я все равно не жалела, что выползла из комнаты.

Раньше-то всегда считала себя интровертом и домоседом, а теперь страшно представить, как буду сидеть в четырех стенах. Еще и с Мэттом. Брр! Здесь-то есть шанс, что его кто-нибудь отвлечет. Ну, или меня!

— Ты ужасный человек, Алиса Клеймор! – заявила мне взъерошенная и злая Дубровник, после чего громко хлопнула подносом по моему столу и села напротив. – Злодейка! Ведьма!

— Ага, — не стала я отнекиваться от комплиментов. – Ты всегда можешь обсудить это с Мэттом!

Ирма бросила злой взгляд на умника, спорящего о чем-то с поварихами, и тут же снова сосредоточилась на мне.

— Из-за тебя у меня сегодня болит все тело!

— Не-а. Оно болит из-за того, что ты слишком много позанималась с непривычки. А вот делала бы это регулярно, то ничего бы не болело, вот как у меня.

Здесь я лукавила, потому как нога до сих пор дергала и ныла, растревоженная долгим спуском. Но Ирма в погружениях к кувшинкам не замечена, так что и жаловаться ей не на что.

— Ведьма, — снова прошипела она.

— Которая тебя и поколотить может, — я даже подалась вперед, но Дубровник мужественно осталась на месте.

— Вообще-то я боевой маг!

— Подожду, пока ты сольешься, тогда перевес опять будет на моей стороне.

На это Ирма опять набычилась и сжала челюсти, но достойного ответа так и не придумала.

— Так что не сливайся, — подытожила я. – Держись за свою магию, как последний аргумент.

— Если нападешь на меня, то тебя поймают полицейские.

— Но ты уже получишь свои законные синяки, царапины и лишишься части крашенных волос. Кстати, почему черный? Тоже хочешь в наше ведьмовское сестринство?

На это Дубровник надулась и со зловещим скрежетом провела вилкой по тарелке, вылавливая на ней что-то похожее на ленивые вареники.

— Светлые волосы выглядят слишком легкомысленно, — наконец ответила она.

Я едва удержалась от того, чтобы присвистнуть. Дубровник и легкомысленность – как вода с маслом: просто так не смешиваются.

Хотя, наверное, при ее субтильности и россыпи веснушек по щекам, со светлыми волосами и без привычного макияжа, Ирма выглядела бы сущим ребенком. Тоже когда-то думала сменить цвет, но под моими видео регулярно спорили, крашеная я или нет, набивая мне комментарии и рейтинг, глупо было терять свою изюминку.

— Пойдешь со мной на чтения к Тони? – спросила я, чтобы сменить тему.

— Глупо тратить время на обсуждения вымышленных людей и событий.

— Тебе все-таки стоило пойти к Мэтту в лаборантки, мыслите вы одинаково. Он только что говорил мне то же самое.

Ирма со злостью ткнула в тарелку, будто хотела ее сломать, отчего несчастный вареник шлепнулся на стол, оставив за собой сметанные брызги.

— Там будет «Песнь о Дэрине», скука смертная.

— Ну здорово! Будем сидеть, дремать, никакой физической активности. Тебе понравится.

— Описываешь какой-то старушечий досуг!

— Давай тогда на стадион? Ты побегаешь, я погляжу за результатами, и парни-спаркиболисты наверняка тебя поддержат. По-моему, вы вчера здорово сдружились!

Ирма с такой злостью сжала вилку, что я всерьез забеспокоилась за свои глаза. Не знаю, лечат ли тут такие травмы, у них и с простеньким растяжением не все гладко. Поэтому на всякий случай чуть отодвинулась от нее, скользнув по лавке.

— Уговорила, — сдалась Ирма. – Схожу с тобой на эти чтения.

А потом к нам наконец пришел Мэтт, поставив на стол две тарелки какой-то каши с кусочками фруктов и по традиционному стакану бледного чая. Судя по завистливому взгляду Дубровник, ей такого не предложили

— Я тоже решил сходить туда, — торжественно заявил Мэтт.