Саша Лорски. Пламенный Факультет. 5 курс. - Александра Дроздова

был очень интересный и увлекающийся преподаватель, он был настолько невнимательным, что забывался во времени и задерживал свою группу, иногда перескакивал с темы на тему, и даже терялся в мыслях, но это никак не мешало, а только лишь расширяло преподаваемый им объем знаний. Генриваль Плайс, так его звали, очень подробно и вкрадчиво исписывал доску краткими сведеньями и схемами, зная о своих особенностях и любовь к углублению. Доска отлично нивелировала его блуждание в памяти и возвращала к потерянной мысли.

Да, схемы господин Плайс демонстрировал пока самые простейшие, ибо я не могла выбрать «Артефакторское дело» продвинутого уровня и до уровня ловушки Ксиориса мне пока было далековато, но по крайней мере, теперь я знала, в каких книгах мне об этом искать…

Однако, честно признаться, самыми поразительными стали вечерние встречи с наставником и познанием самой себя. Да, как бы я не хотела отсечь ту часть, которую я не принимала, но мое мнение изменилось. Зак открыл мне глаза. Не в первый же вечер, как ему того хотелось, но до конца недели у него это получилось.

Один взгляд словно в зеркало, и моя ненависть поубавилась, даже чувство вины приглушилось. До полного контакта и принятия своей принадлежности к рожденным драконами еще тренироваться и тренироваться, однако, наставнику удалось заставить меня встать и сделать первые шаги по этой дремучей тропинке.

Ладно, ректор Анастасия Аспид тоже меня поразила. Пятым элементом оказалось пространство, и обращаться к этой тонкой магии после проклятья Дракгхила можно было лишь в пределах земли рожденных драконами, и, если я обращусь к пространству в университете, то все, «кара небесная» меня настигнет и так далее… Овладеть искусством пространственного скачка было не так-то просто, я бы сказала – это заняло некоторое время, с первого занятия получилось далеко не у всех.

У меня, кстати говоря, тоже вышло не сразу, но, разобравшись единожды, ты нащупывал эту тонкую пространственную грань, по которой ты и сможешь управлять совершением скачка, и больше ни с чем ее не перепутаешь. Раз, письмо и отправлено. Эта грань слишком хрупка, чтобы перебросить живого человека из места в место, но по блеску глаз ректора Аспид, я полагала, что исследования на эту тему ведутся и не разглашаются, чтобы, не дай боги, еще и другие смогли использовать пятый элемент. С этими наработками неуязвимость Дакгхила возрастет, и сильно.

Мой ректор Эндр, все же оказался правым, отправив меня сюда. Пусть это и имеет некоторые риски для меня, но в Академии Пяти Элементов я смогла открыть для себя много интересного.

Глава 16. Потрясение.

Ответы на письма я все же дождалась, вернее ответ. Не два письма, как хотелось бы, а всего одно…

И оно было не от Ручейка.

Увидев, поздним вечером небольшой желтый конверт на столе с печатью канцелярии я обрадовалась, как безумная, а, когда поняла, что оно было единственным, почувствовала иглу разочарования воткнувшуюся прямо в сердце.

Бэн в своем ответном письме, как и Зак прежде, предостерегал меня и даже запрещал лезть в игры взрослых, открыто написав, что маленьким девочкам даже с огромным пламенем нечего решать проблемы взрослых. Однако, в его письме было и хорошее, он поставил меня в известность, что выполнил запрос о моей матери, если уж мне даже имя ее было неизвестно. Бэн даже укорил меня, что вообще-то я могла бы поинтересоваться этим и раньше.

Я принимала упрек – могла бы, но у меня было оправдание на этот счет, все же тогда я была убеждена, что была виновата в ее смерти, поэтому любое движение в эту сторону вызывал у меня инстинктивный страх перед Коалицией Мира. Я до сих пор чувствую, что виновата и случайно избежала наказание. Все же то, что Бэн сделал для меня, было добродушным и даже сердечным деянием. В ответном письме я от души поблагодарила его за заботу и помощь.

И больше я ни с кем из УМа не связывалась – почему-то решила, что это было не столь важным, и даже не задумалась о том, что на игры прибудут участники и от моего университета!

«Почему? Почему? Ну, почему я не подумала об этом раньше?» – возникал в голове снова и снова этот вопрос после того, как в церемониальном зале ректор Аспид торжественно объявила участников всеземельных межмагических игр.

От Академии Пяти Элементов будут выступать Кевин Фаерх и Элайза Шхейс, совпадение или же нет, я не стала гадать. Имена остальных, что перечислила ректор, я слышала впервые.

Затем, ректор Аспид назвала представителей на играх из других учреждений, их я честно прослушала. Какая был разница, если на играх я все узнаю и увижу! Но, когда она стала называть участников от родного университета, я ушки-то навострила и услышала имена, которые оглушили и заставили забыть про дыхание.

«Бэлла Асвер, Сирилл Гур, Лиорн Нэйф и Миранда Кэх!» – гремело в моих ушах голосом ректора Аспид.

Я выпала из реальности и прослушала дальнейшую ее речь, но успела отмерзнуть к тому моменту, когда ректор объявила день прибытия делегаций. Он наступит всего через три дня!

Вот так, скорая и нежданная встреча! Мне радоваться?

Три дня моих переживаний и беспокойств, которые даже Кевин не смог развеять, пролетели в привычном темпе, помимо моего эмоционального фона. Неожиданно, но Кевин стал мне, если не другом, то приятелем.

Аудитория пятьсот сорок восемь сблизила нас, потому что Кевин там проводил чуть ли не каждый вечер, и я тоже. А все благодаря госпоже Славейк и истории Дракгхила! Мы стали ладить с этим рыжим прохвостом до такой степени, что он стал вместе со мной отбывать наказание в библиотеке. Видимо посещение обители знаний сказывалось на нем благотворно, что он даже будет представлять Академию Пяти Элементов на играх.

Безусловно, это была шутка!

Техника владения воздухом Кевина была бесподобной, и уровень знаний ей вторил. Его отправляли в аудиторию к госпоже Дойл только из-за неподобающего поведения и склонности к мелкому хулиганству, баловству. Ректор на это закрывала глаза, но наказания продолжали сыпаться на голову Кевина за любую шалость.

Вообще-то Ольгус Фаерх оставался доволен своим братом, за исключением того, что ему приходилось бесконечное число раз устраивать показательное прилюдное распекание своего родственничка, но Кевин учился очень хорошо, а это было главным.

Семья Фаерхов одобряла отношения Кевина и Элайзы, ее многие считали перспективной невестой. И, по иронии всех богов, я бы уже могла догадаться, что она была дочерью кое-кого не разбирающегося