Негасимое пламя - Анна Ликина

Маг со шрамом презрительно сморщил лицо.

– Спасти друга? Мы, вообще-то, за свободу всех жителей Замгара боремся! А не только твоего друга.

Флер почувствовала небывалую ярость в груди.

– Плоховато боретесь, за двадцать лет можно было уже и перерезать всех захватчиков поодиночке.

– Ох, ну конечно, сопливой девчонке виднее, – подошедшая Хильда, так невзлюбившая Флер с момента появления, решила присоединиться к разговору.

– Может, и виднее, тебе-то, что? – в груди Флер заклокотала ярость.

– А ты себя самой умной считаешь? – взвилась Хильда, моментально выходя из себя.

– Может, и так.

– Давайте-ка, вы успокоитесь! – грозно начал Тео, но Хильда уже вскочила и вцепилась в волосы Флер.

Глаза девушки расширились от возмущения и удивления. В груди полыхнуло. Флер зажмурилась, чувствуя, как энергия льётся сквозь каждую клеточку тела. Когда девушка открыла глаза, то испуганно пискнула.

Все присутствующие замерли, точно статуи, руки повстанцев были подняты ладонями вверх, словно отдавая небу подношение. Только Хильда и Свен не застыли в такой позе. Друг просто не мог понять, что произошло, а Хильда отказывалась верить в произошедшее.

Повстанцы опустили руки, с благоговейными взглядами смотря на Флер.

– Я же говорила: неспроста она похожа на Дари Эмилию! – воскликнула Эя, – Это Эрика – дочь Эмилии! Флер приложила пальцы к вискам.

– Но почему девчонка, такая слабая, если действительно Дари? – недоверчиво спросила Хильда.

– У неё не было учителя, – Тео восторженно смотрел на девушку.

Девушке было сложно поверить во всё происходящее. Последняя Дари? Да, Флер заметила, что у Эмилии был такой же белый цвет волос, но считала это простым совпадением. Рассказ о появлении младенца в устье реки Депуль, Флер слышала не раз. Но Мейзук далеко расположен от устья. Нянькам удалось сбежать из города? Но ведь можно было тогда просто выдать Флер за дочь и воспитать, тайком поведать о родителях. Нет, всё происходящее похоже на глупый розыгрыш.

Глава 18

За последние два дня Эван облазил все окрестности Рукса. Библиотека так и не была найдена.

Возвращаясь в сторону дома, вампир решил немного насладиться закатом в одиночестве. Свита была направлена в гарнизон для сбора све́дений обо всех библиотеках Рукса, поэтому Эван занимался поисками утерянных фолиантов сам.

Солнце окрасило небо над горизонтом в прекрасный красно-оранжевый оттенок. Вампир любил закаты. Вархар погиб на рассвете, поэтому Эван больше не вставал пораньше, наблюдая за началом нового дня. Однажды погибнет и Замгар. Больше нельзя будет понаблюдать за появлением трёх спутников планеты. Останется только пыль.

«Ты сам приближаешь смерть этого мира».

– Это только чтобы выжить, – тихо пробормотал Эван, оправдываясь перед самим собой.

Быть самым младшим из двенадцати князей было сложно. Светлые чувства постепенно вымывались из памяти. Жестокость – только это чувство может помочь выжить в армии Зомдика. Отсечь голову случайному жителю нового мира? Да, это было в духе приказа властелина. А Эвана родители учили думать и не лишать жизни всех встречных. Князья. Это отдельная история. Вампир никогда не лез за словом в карман, за что часто получал от старших князей.

«Боль – это слабость, покидающая тело» – любил повторять Джетто во время очередного поединка. Умение лишать жизни без оружия – главное, что помогало выжить во тьме. Эвану ломали всё, что можно сломать. Кромсали, вонзали мечи, сдирали кожу. В таких условиях забываешь о сочувствии, жалости. Только ненависть как эликсир.

Тьма. Иногда вампиру казалось, что тьма в каждом уголке сознания. Детство до двенадцати лет было самым счастливым периодом в жизни вампира. Всё остальное время приходилось выживать.

«С правой руки Зомдика и спрос будет выше».

– Я справлюсь. Мне бы только утереть нос князьям. – подумав, добавил, – А сейчас бы бокал вина́, а то закат красив, а я печален.

В воспоминание всплыл образ девчонки, осушившей бутылку вина Эвана. С того дня Флер старалась не пересекаться с вампиром.

Но как же сладка кровь девушки. Вампир облизнул клыки. Пришлось даже поохотиться и выпить крови для успокоения. Странная и наивная. Как можно было не догадаться, что Эван – вампир? Девушка диковата. Но это казалось князю привлекательной чертой.

Эван пристукнул ладонью по камню, на котором сидел и привстал, удивлённо посмотрел на валун. Звук был похож на удар по барабану. Вампир сжал кулак и ударил по камню со всей силы. Перламутровые потоки вырвались из образовавшейся дыры, окружив Эвана. Князь замер.

Потоки ослабели. Эван впитал немного магии и перешёл на магическое зрение: защитное заклинание. Другого ожидать и не следовало. Руны родного мира помогли сделать лазейку в заклинании. Вампир спрыгнул вниз и мягко приземлился на ноги.

Это была так старательно разыскиваемая библиотека. Эван прикрыл глаза и радостно вздохнул. Множество книг хранилось на высоченных стеллажах, за стеклянными витринами лежали старинные свитки.

Князь провёл в библиотеке несколько дней, изучая информацию о загадочных Дари. Отложив последнюю книгу, Эван прислонился спиной к стене.

Теперь вампир знал, что Дари были подобием правителей Замгара, сильнейшие маги-проводники магии этого мира.

Но все Дари погибли при выходе армии Зомдика на Замгар. Князья лично уничтожили все ключи. Вот же незадача. Детей Дари уничтожили при захвате Мейзука, Файха и Рукса. В Бархе, насколько понял Эван, в этот период не было несовершеннолетних Дари.

В одной из книг вампир обнаружил портреты Дари, правивших на Замгаре во времена пришествия тёмных сил. Эван решил вернуться в дом и уже там рассмотреть поподробнее находку.

Дом встретил тишиной. Эван швырнул на стол в гостиной портреты и отправился принять ванну. Всё же законсервированная магией библиотека накопила немало пыли. Не всё предусмотрели маги Замгара, пряча драгоценные рукописи и фолианты.

Приведя себя в порядок, вампир вернулся в гостиную. Застыл, как только увидел сидящую в его кресле Флер, с интересом рассматривающую портреты.

«Давай убьём её? Она всё равно долго не протянет в этом мире».

– Что. Ты. Делаешь? – чеканя каждое слово, спросил вампир.

Девушка вздрогнула и подняла взгляд.

– Простите, господин. Моё внимание привлёк портрет этой женщины…

Девушка повернула портрет, показывая искусно прописанную художником семью Дари. Эту женщину Эван запомнил на всю жизнь. Красивые глаза, идеальная кожа и белоснежные волосы. Совсем как у матери самого́ Эвана.

– Ты её знала? – князь сдержал раздражение. Может, девушка хоть раз окажется полезной.

Флер помотала головой.

– Она так прекрасна. Кем она была?

– Дари, – Эван быстро приблизился к креслу и выхватил портрет из рук Флер.

Девушка, наконец-то сообразила, что позволила себе лишнее в поведении. Подскочив, Флер отошла от вампира на несколько шагов, поправляя длинное шерстяное платье. Князь отметил про