Белая ворона на факультете Теней 2 - Оксана Гринберга

- Ясно. Значит, Кайл до сих пор не внял, – произнес Шейнар. – Придется объяснить ему по-другому. Но уже так, чтобы он наконец-таки понял.

- Хотелось бы, – протянула я, после чего немного посмотрела на спину отправившегося на поиски Кайла Шейнара и вздохнула.

Конечно, я мечтала, чтобы наш разговор был куда более личным, но решила, что это произойдет в другой раз.

Затем я глядела на то, как с противоположной стороны ко мне приближались длинные женские ноги, принесшие с собой Лауру Милтон с не самым довольным лицом.

Но я решила не идти на поводу у ее настроения, поэтому как ни в чем не бывало доложила куратору о своих отличных успехах по всем предметам. Заодно пожаловалась, что Кайл недобро косился на моего кота, – а почему бы не пожаловаться еще и ей, раз уж выдалась такая возможность?

- К тебе подходил Шейнар, – начала Лаура, когда я выдохлась и остановилась, чтобы перевести дух.

- Подходил. Он же староста, как-никак, – спокойно отозвалась я. – Ему я тоже обо всем рассказала. Потому что Банди грозит опасность.

- Если Кайл тронет кота, то ему не жить. Так что опасность грозит как раз ему, – нахмурилась Лаура. – И я позабочусь, чтобы он это уяснил!

Она ушла заботиться, а я отыскала свое место перед трибунами, и мы с Вендис еще немного послушали речь декана, объявившего о начале парных состязаний уже с этого утра. И еще рассказавшего нам о том, как будет формироваться зачет.

Но ничего нового не прозвучало. Все и так было ясно – третьему курсу следовало учиться как можно лучше, чтобы выйти в лидеры в зачете, а кураторам нам в этом помогать. Заодно мы станем участвовать в особых мероприятиях, которые для нас организуют.

О них Веласкес пока еще ничего не сказал. Лишь заявил, что три лучшие пары из общего зачета удостоятся тренировки возле самых Врат Хаоса.

- Сомнительный приз, – пробормотала я, но мои однокурсники были со мной не согласны.

Наоборот, принялись строить планы о том, как они покажут себя возле Врат, уверенные, что Хаос непременно их убоится.

Вскоре нас отпустили, и очередной учебный день на этом оказался завершен. По-хорошему, мне не помешало бы засесть за учебники, но в моих планах было отправиться на ипподром, а затем вернуться оттуда живой, здоровой и с заработанными на скачках деньгами.

Поэтому я стала собираться.

Прибежала в нашу с Вендис комнату, тогда как моя соседка отправилась в библиотеку. Порадовалась тому, что Банди преспокойно дремал на моей кровати, а когда проснулся, то с жадностью набросился на еду.

Я же уставилась на себя в зеркале. Задумалась: может, мне все-таки отправиться на ипподром в форме Академии Темных Сил, потому что она выглядела намного наряднее, чем все мои платья вместе взятые?

Но все же натянула привычное серое и стала расчесываться, прикидывая, какую прическу сделать: с одной косой или с двумя? Или же без кос, но завязать красивый хвостик и украсить его розовой лентой?

Тут раздался стук в дверь, а затем голос Аленоры сообщил, что они решили меня навестить вместе с Агнес.

Я открыла дверь и отшатнулась – потому что лицо Агнес было покрыто плотной зеленой маской, как потом оказалось, из целебных водорослей.

Но Банди-то этого не знал. Стоило ему завидеть Агнес, как кот ощетинился, зашипел, а затем, оставив недоеденную котлету, кинулся к окну и сбежал – мы только и видели его пушистый рыжий зад!

Возвращаться Банди не спешил.

- Вообще-то до этого его не испугали ни Кайл, ни монстры… – растерянно произнесла я, на что Агнес печальным голосом заявила, что сейчас она выглядит намного хуже любого монстра, встречавшегося в истории нашего королевства.

- Зато уже скоро ты станешь красоткой, – заверила ее Аленора. – Все прыщи сойдут, кожа выровняется и засияет…

Я ее не слушала, смотрела в окно. Но от пушистого зада Банди и след простыл.

***

«У каждого действия есть последствия, ты прекрасно это знаешь. Также стоит держать в голове, что каждое изменение в прошлом влечет за собой серьезное противодействие, с последствиями которого тебе придется считаться».

Именно такая надпись появилась в дневнике вместо ответов на множество вопросов, которые я задала утром еще перед занятиями.

Дневник я листала уже в коляске – все-таки решила раскошелиться на извозчика, потому что ипподром находился довольно далеко от академии, на другом конце города. Трясясь по улицам Марвенны, я полезла перечитывать старые записи, чтобы не перепутать имена лошадей и номера забегов. Заодно наткнулась на эту запись, перечитала ее несколько раз, серьезно пожалев, что не захватила с собой чернильницу и перо. Даже завалявшегося графитового карандаша, чтобы написать ответ самой себе, у меня не имелось.

Мне оставалось лишь раз за разом повторять про себя написанное – ну, после кличек лошадей и номеров заездов, – пытаясь разгадать его смысл.

Значит, действия и последствия, тут все более-менее понятно. Загадки начинались с изменений в прошлом – то есть для меня в настоящем – и противодействий, которые они вызовут и с которыми мне придется считаться.

Тут мне было не до конца понятно, но интуитивно я чувствовала, о чем могла идти речь. А затем ощутила это, скажем так, на своей собственной шкуре.

Где-то через час после появления на ипподроме я уже рассовывала «последствия» своих действий по карманам платья, потому что в сумку третий подряд выигрыш, выданный мелкими и мятыми купюрами, уже не лез.

Я заработала намного больше, чем до этого подсчитала сама с собой, так как коэффициент на последней ставке оказался другим. Намного выше, чем я предполагала.

На победу этой лошади не ставил ровным счетом никто. Уж и не знаю, что за слух прошел по ипподрому, но заядлые игроки выбирали других участников заезда. Я же бухнула все свои деньги на Рыжую Леди, решив довериться написанному в дневнике.

Еще через двадцать минут я разбиралась с «последствиями», распихивая их по карманам. Заодно улыбнулась самой кровожадной улыбкой трем типам довольно помятой наружности, которые наблюдали за мной еще с первой моей ставки на Звездочку и Брегсона.

Освободив правую руку, я словно невзначай создала в воздухе светящийся кулак, хотя повсюду висели таблички, гласившие, что магия на ипподроме строжайше запрещена.

Быстро затерла следы заклинания, понадеявшись, что наблюдавшие успели понять: со мной шутки плохи. Заодно и пожалела,