Рай, которого не ждала - Лана Норд

Началось судебное заседание. С каждой минутой мое удивление, граничащее с паникой, возрастало.

Оказалось, что я не получала после развода ничего. Квартира по документам принадлежала свекрови, машина продана, и половина денег была мной получена, о чем я была ни слухом, ни духом.

Имелась даже расписка с моей подписью!

Про заначку в шкафу Сергей вообще первый раз слышал.

От напряжения у меня закружилась голова.

Бывший муж и не думал вести себя как джентльмен, ему было плевать на двадцать лет совместной жизни, он ни капли не раскаивался, что изменил мне. Выставил меня гулящей нахлебницей, которая сидела на его натруженной шее.

Его планы в отношении меня стали предельно ясны: он хотел отобрать у меня все, оставить на улице без копейки. И судья была на его стороне.

Я поняла, что без адвоката проиграю это дело и останусь без квартиры и денег. Заседание закончилось, судья присудила все имущество Сергею.

Я сидела как в тумане.

— Ну что, птичка, доигралась? — мерзко улыбаясь спросил Сергей. — Оставил тебя с голой жопой. Теперь крутись как хочешь, а то привыкла жить за мой счет. Рыжая девица согласно кивала, соглашаясь с его словами и водя наманикюренным пальчиком по его рукаву.

— Ты все подстроил, Сергей, как же тебе не стыдно, — прошептала я, — мы же двадцать лет были вместе.

— Мне не стыдно, все имущество мое, а ты можешь проваливать на все четыре стороны. Счастливо оставаться! — он громко заржал, и они с девицей царственно удалились

Я осталась стоять раздавленная и дрожащая:

— Нет, Сергей, я так просто не сдамся. Еще повоюем!

Глава 22

Итак, Сергей объявил мне войну за деньги.

Несмотря на то, что я не любила конфликты и старалась обходить их стороной, здесь уступать не хотелось.

Мы вместе выплачивали деньги за квартиру, за машину, я просто не вникала в финансовые дела моей семьи, полностью доверяя Сергею.

Оказалось, совсем напрасно.

Человек, рядом с которым я прожила почти четверть века, оказался подлым и корыстным существом.

Но одна я в этой войне победу одержать точно не сумею. Мне пришлось нанять адвоката.

Слушания теперь проходили гораздо бодрее, мы подтвердили тот факт, что квартира была незаконно переписана на мою свекровь.

Сергей мрачнел.

После заседаний, когда мы оставались наедине в коридоре, он бросал в мой адрес мерзкие, обидные фразы.

На новой должности тоже было много незнакомых мне обязанностей. Приходилось запоминать большие объёмы информации, задерживаться после окончания рабочего дня, чтобы все успеть.

Матвей мне больше не звонил и не писал, а я каждый вечер, лежа в постели и закрыв глаза, вспоминала наши моменты кратковременного счастья. Возможно, эти приятные воспоминания давали мне силы идти вперед.

Такие нервные перегрузки я терпела целый месяц.

И наконец мой организм не выдержал стресса.

Как-то утром, я проснулась от сильной боли в животе и тошноты.

Первая мысль была, что я чем-то отравилась.

Несмотря на самочувствие, нужно было собираться на работу. Я выпила всевозможные обезболивающие и поехала на работу.

Но доехать спокойно не удалось, на одной из остановок, я выскочила как пуля из автобуса и меня вывернуло в ближайшую урну.

Пропустить рабочий день я не могла, мне очень сильно нужны были деньги. Съемная квартира и услуги адвоката съедали львиную долю заработанных денег.

В общем, с грехом пополам до работы я все же добралась и с облегчением упала в кресло. Боли в животе усилились, меня не прекращало мутить.

Примерно через час Мария Петровна вызвала меня в кабинет, чтобы сверить цифры в отчетах. Взяв всю свою волю в кулак, я осторожно пошла к ней.

Но не успела зайти, как она вскрикнула:

— Господи, Карина! Что с тобой, девочка? Краше в гроб кладут. Ты заболела? Почему не позвонила и не осталась дома?

— Да, я неважно себя почувствовала с утра, но мне сейчас очень нужны деньги, не могу себе позволить лежать и болеть в кровати. Ничего страшного, потерплю.

Но Мария Петровна отрицательно покачала головой:

— Это может быть что-то серьезное, давай я хотя бы приглашу нашего медработника. Может, она лекарство какое-то предложит.

Меня разместили в комнате заседаний на диване. Через пять минут ко мне зашла наша медсестра, она осмотрела меня и вызвала скорую помощь. Меня увезли на неотложке с подозрением на аппендицит.

В больнице меня снова осмотрел врач, я сдала анализы и отправилась на УЗИ.

Врач долго водила датчиком по моему животу, а потом выдала удивительную фразу:

— Поздравляю, вашему аппендициту шесть недель.

В первую секунду я даже не разобрала смысл сказанных слов и только молча уставилась на нее.

— Ну что глядишь? — весело сказала врач. — Или не рада?

— Что вы, рада, очень рада. Но я просто не могу в это поверить. Двадцать лет не могла забеременеть и тут такое чудо. Но вы абсолютно точно уверены в своих словах? — я все еще находилась в шоковом состоянии от ее слов.

— Да, это точно, ошибка исключена. Плод здоровый и развивается в пределах нормы. Но на всякий случай я порекомендую полежать у нас недельку. И после выписки, так как роды у вас достаточно поздние, нужно избегать всяческих стрессов, если хотите выносить и родить здорового ребенка.

Я согласно кивала, хотя и не понимала, как я могу заставить себя не нервничать. Но сейчас это все было не важно, я с огромной нежностью обняла свой пока еще плоский живот. Матвей подарил мне малыша, наша любовь сотворила чудо, создав во мне новую жизнь.

Сначала я позвонила тёте Лене и рассказала ей свою потрясающую новость.

Она была ошарашена, но когда первая волна удивления спала, очень порадовалась за меня.

— А Матвею сообщишь? Я думаю, он имеет право знать, что скоро станет отцом.

— Не знаю, мне нужно подумать, пока, наверное, нет, может быть, на более позднем сроке, когда все риски улягутся.

Потом я связалась с моей начальницей.

Новость о беременности я пока решила оставить в тайне. Предупредила лишь, что меня оставляют в больнице на неделю, чтобы обследовать. Мария Петровна пожелала мне скорейшего выздоровления и попросила не беспокоиться о работе.

Последний звонок был моему адвокату, я сказала ей, что нахожусь в больнице, и попросила помочь перенести дату заседания на более поздний срок.

Теперь, все насущные вопросы были решены, и я могла по крайней