Врач. Отец моего бывшего - Галина Колоскова

занята ваша голова? Как вы относитесь к вашим обязанностям? Направить постоянного клиента вместо пульмонолога к гинекологу. Совсем другой прайс. Потраченные нервы. Кто за это заплатит?

Ева втянула воздух. Что наделала? Думала о беременности сестры. Это непростительно, но ошиблась в первый раз. Что скажет Рустам?

– Самое главное, потерянное время! – женщина недовольно приподняла верхнюю губу. – Мне объяснили, что вы новенькая, но это не оправдывает испорченного настроения! – она кинула взгляд на дорогие наручные часы. – По вашей вине я опаздываю на важную встречу!

– Наталья Ивановна, чем можно загладить вину клиники? – спокойный голос директора клиники набатом прозвучал в вязком воздухе. – Следующий приём для вас – бесплатный!

Женщина замялась, явно не ожидая появления директора клиники.

– Спасибо, Рустам Каримович. Мне действительно некогда, – она направилась к выходу, на ходу пробормотав: – Мария Захаровна обещала разобраться в ситуации.

Он дождался, пока пациентка выйдет из здания и только потом обернулся к побледневшей блондинке.

– Мария Захаровна вероятно забыла, что любые проблемы с обслуживанием, решают администраторы, заведующие отделениями, – Рустам с трудом сдерживал гнев, Маша становилась большой головной болью, – но не младший медицинский персонал, тем более на глазах пациентов! Жду вас у себя в кабинете через пять минут! – он развернулся к лифту.

Ева опустила взгляд вниз. Любопытные взгляды работников, что впервые стали свидетелями гнева директора клиники, выжидательно уставились на соперниц. Выволочка высокомерной блонды стала для многих бальзамом на душу.

Маша зашла в кабинет чуть не с пинка. Недовольное, раскрасневшееся лицо. Гневный взгляд. Она начала с порога:

– Зарипов, ты совсем офигел? Отчитывать меня на глазах…

– Возмущена, когда неэтичное поведение применили к тебе? – Рустам сел на край стола, сложив на груди руки. – Думаешь, другим это нравится? – Он не спеша приблизился к бывшей любовнице. – С этого дня никакой фамильярности! Я для тебя Рустам Каримович! – Карие глаза горели гневом. – Не нравится? Пиши заявление по собственному желанию!

– Не дождёшься!

– Значит, будешь уволена с волчьим билетом.

– Ты не имеешь права, инвесторы…

– Именно они тебе его выпишут, – он зло усмехнулся. – Юристы клиники не зря едят хлеб. Давно подозревали, что письма в налоговую и в департамент здравоохранения пишет кто-то хорошо владеющий внутренней информацией. Там чуть приврал, здесь приукрасил и можно стряпать анонимные доносы.

Маша побледнела. Она отступала на каждый шаг, что он делал вперёд.

– Поэтому предлагаю уволиться, пока есть такая возможность! Думала, создашь мне проблемы, и я стану сговорчивее?.. Пошла вон! Дорабатываешь неделю и, чтоб ноги твоей в клинике не было! Час, в который ещё раз наедешь на Еву, сразу станет последним!

Она выскочила, не сказав слова против. Таким Зарипов показал себя впервые. Хладнокровный, опасный, без капли эмоций на лице. В ледяном сердце холостяка на самом деле нет для неё места.

Рустам молчал первые полчаса по дороге домой. Шум колёс заглушала лёгкая музыка.

Ева прятала взгляд, рассматривая в окно проплывающие мимо машины, думая, что он на неё злится. Она обрадовалась, услышав ворчливое:

– Маша больше тебя не побеспокоит, но ты будь внимательна! Появилась Катя, и все мысли были заняты ею. Поэтому ошибка в направлении?

– Да! Прости! Больше этого не повторится!

Он, тяжело вздохнув, свернул на дорогу к дому.

– Теперь и моя голова забита её проблемами. Сестра сказала тебе, в какое время появится?

Ева заглянула в смартфон. Короткое сообщение: «Почти добралась! Мне плохо. Расскажу, как приеду!»

– Полчаса назад написала, что скоро будет. У неё какие-то неприятности.

Рустам проворчал:

– Она сама одна большая головная боль!

Ева глядела на него с мольбой в глазах.

– Рустам, я очень тебя прошу! Всё-таки она мне сестра и беременная к тому же. Давай обойдёмся без стресса?

Он нахмурил лоб. Порой её наивная доброта раздражала.

– Только тебе можно портить нервы?

– Нет! Поверь, я уже становлюсь другой. Она больше не сядет мне на шею.

– Конечно! – он непроизвольно протёр рукой воротник короткого пальто. – Она нашла другу…

Рустам осёкся, гладя на девушку с большой сумкой в руках у ворот своего дома. Нога вдавила тормоз в пол. «БМВ» резко дернулся и остановился.

Он впервые видел Катю и никак не ожидал столь сильного сходства с Евой.

– Вот почему Елизавета Тимофеевна вас перепутала… – протянул он, ощущая, как заныло в груди.

Врач скривил рот. Снова предчувствие? Удивительно видеть радость в голубых глазах. Предали, подставили, а она?

– Да, мы очень похожи, – Ева не спешила покидать машину. В душе полное смешение эмоций.

Рустам стучал пальцами по рулю. Тоже не стремясь здороваться со внезапно свалившейся на голову, законченной стервой.

– Почему она с сумкой?

– Скоро узнаем, – Ева никак не могла расстегнуть заевший ремень безопасности.

– Не дёргай, сейчас помогу.

Он не успел выйти из машины, как мать будущего внука кинулась на грудь нового родственника с возгласом.

– Рустам Каримович, миленький, не прогоняйте меня, пожалуйста! – ярко-голубые глаза с мольбой смотрели в опешившие карие. – Папа выгнал из дома, узнав, что я жду ребёнка…

Глава 21

Рустам молчал, разглядывая сестёр, отводящих друг от друга взгляды.

Ева чувствовала себя неудобно. Сердце ныло. Совсем другого она ожидала от встречи. Сестру жалко, но пускать в дом, где живёт Рустам, страшно.

Она больше не верила ей. Катя украла однажды и где гарантия, что не сделает этого снова.

Ева закрыла глаза. Хотя, как посмотреть. Антон изначально был её первым мужчиной. Катя просто забрала своё назад.

Только Рустам никогда не принадлежал никому. И отдавать его Ева не собиралась.

– Почему вы не поехали к Антону?

Она выпалила, не раздумывая:

– Я ему не нужна!

Широкая чёрная бровь поползла вверх.

– Он сказал?

Катя замялась, перед тем, как ответить:

– Антон ещё не знает про ребёнка, но что я не нужна, говорил не раз.

Рустам не сводил взгляда с бледного лица матери будущего внука. В отличие от Евы Катя была слишком закрытой. Каждое слово следует делить пополам. Не договаривает или намеренно скрывает полную правду. Он без перехода перепрыгнул на другую тему.

– Как ваш отец мог узнать о беременности?

Снова заминка перед ответом:

– Увидел анализы, – она явно не ожидала этого вопроса. – По глупости оставила их на тумбочке.

Рустам усмехнулся, протягивая руку к сумке.

– Давайте мне. Незачем держать тяжести, – он, под недоуменный взгляд сестёр, убрал увесистую поклажу в багажник.

У одной удивление совмещалось с радостью, у второй с раздражением.

Хозяин подтолкнул гостий к крыльцу. Спины обеих были напряжены.

– Незачем мёрзнуть. Идёмте в дом, нас ждёт ужин. Заодно обговорим, как станем жить дальше.

Они сидели в столовой за красиво сервированным столом.

Лариса осталась прислуживать.