Любовь по предсказанию - Дарья Урбанская

распрощались с Барто и перешли на Чуковского? А вопрос у меня такой: моему коллеге нужна помощь с арендой жилья. Это иностранный преподаватель, так что речь о приличной квартире в центре, на длительный срок. Поможешь?

– Ого, иностранный профессор! Молодой? Симпатичный? – возбужденно заверещала Ленка. – Конечно, бегу, бегу! Если смогу, помогу!

Алина нервно взглянула на Пола, но он не подавал никаких признаков того, что ему понятны бестактные вопросы из трубки.

– Лена, слезай с Пегаса и говори, пожалуйста, потише. Он сидит напротив меня и прекрасно слышит твои вопли. Слава богу, по-русски говорит плохо.

– И такая дребедень целый день… Вот зараза, наверняка ты специально выбрала самого нерусскоговорящего, – недовольно произнесла Ерофеева, но громкость убавила.

– Конечно, специально. И тебе в университете тоже специально не давала нормально язык учить! – подколола её Алина. – Ну так что, поможешь?

– Думаю, да… Ох, нелёгкая это работа… но есть у меня на примете несколько вариантов. Могу скинуть тебе на почту, а если что-то понравится – привози своего профессора смотреть.

– Он не мой профессор, – смущенно буркнула в трубку Дельфинова, – Погоди секунду…

Она, прикрыв динамик рукой, вкратце пересказала Полу предложение риэлтора и, получив его одобрительный кивок, снова вернулась к разговору с подругой:

– Договорились, присылай, почту помнишь?..

22. ОРАКУЛ: если отпустишь того, кто рядом

Санаторно-курортное лечение изобрели древние греки. В асклепионах, храмах, посвящённых богу медицины Асклепию, больным предписывались оздоровительные прогулки в хвойном бору, массаж, диета, водные процедуры, солнечные ванны и даже театральные постановки для «возвышения души». Правда был и нюанс – жрецы-асклепиады ставили диагноз и назначали лечение исключительно после того, как больной проведёт в асклепионе ночь и расскажет сон, которые ему приснился.

Болеть всегда получается не вовремя, а уж в начале учебного года – и вовсе непозволительная роскошь, если ты работаешь в учебном заведении. Алине было очень неловко, но серьёзная ангина свалила её с ног и совершенно выбила из рабочей колеи в самом начале сентября. И это как раз тогда, когда нужно было столько всего сделать… В итоге Зайцеву пришлось вертеться как ужу на раскаленной сковородке, встречая в аэропорте прибывших к началу занятий профессоров, оформляя документы и улаживая кучу мелочей, которыми должна была бы заниматься его помощница.

В первые дни её больничного Андрей звонил каждый день и участливым голосом интересовался самочувствием девушки. Но к вечеру четвертого дня он понял, что ждать её выздоровления придется до морковкиного заговенья, так что тон его уже был далек от благожелательного.

– Привет, ты как? – довольно дежурно поинтересовался начальник голосом загнанной лошади и практически сразу, не дожидаясь ответа, перешел к делу. – Не могу найти форму расчёта гонорара по последней схеме из бухгалтерии, где она у нас хранится?

Разобравшись с самыми срочными вопросами, Зайцев подробно пересказал Алине все его сегодняшние мучения и тяготы, связанные с её отсутствием на рабочем месте, определенно пытаясь вызвать хоть капельку сочувствия к его тяжелой доле, и в конце невинно закинул удочку:

– Алин, я понимаю, что ты на больничном, но мне помощь нужна, просто кровь из носа… Может ты могла бы хоть немного удаленно поработать?

Высокую температуру только-только удалось сбить, и девушку от слабости пошатывало даже во время великого пешего перехода из комнаты в ванную. Но, конечно же, она не смогла ему отказать. Алина вообще была очень ответственным человеком, и чувство того, что она подводит, хоть и поневоле, коллегу не давало ей даже поболеть спокойно.

В конце концов, проведя пару часов на кровати перед ноутбуком, кутаясь в плед и потягивая чай с малиной, она героически ответила на срочные письма и, посчитав свой гражданский долг выполненным, без сил откинулась на подушки. Пижаму можно было смело выжимать – то ли горячий чай подействовал столь чудотворно, то ли работа выжала из неё все соки. Из последних сил Алина побрела в ванную, чтобы немного освежиться, но её хватило только на то, чтобы присесть на корзину для белья и вяло умыться. И, конечно же, как раз в этот самый момент к оракулу пожаловали посетители.

Рассчитывать страждущим сегодня особо было не на что – в голове у пифии стоял туман, горло отчаянно саднило, а в глазах, судя по ощущениям, перекатывались песчаные барханы прямиком из Сахары. Спасибо большое компьютеру. Но пришедшая к соседям девушка этого, конечно же, не знала, и поэтому принялась излагать свой вопрос. Слышимость на удивление была хорошая, но Алина от накатывающей волнами слабости всё равно не могла толком сосредоточиться, так что просто бездумно выхватывала некоторые фразы из контекста:

– …и вроде бы всё неплохо, но… нельзя же так, совсем без желания… вся жизнь впереди… сплошные преграды… он прекрасный человек, а я…

Честно говоря, в этот раз монолог походил просто на нытьё, без какой-то конкретной проблемы. Алина прислушалась к себе, будут ли озарения? Потом задумчиво покатала на языке отдельные кусочки фраз… вся жизнь… желание… преграды… И действительно сработало, внутри, вдобавок ко всем прелестям простуды, появилось уже знакомое ощущение нетерпеливого жжения, и Дельфинова, не особо задумываясь, хрипло прокаркала в сторону вентиляционной решетки:

– Желанье исполнится, рухнут преграды,

Если отпустишь того, кто рядом.

Сил на то, чтоб подойти ближе не было, так что Алине оставалось лишь надеяться, что её неразборчивое пророчество смогли разобрать «на том конце провода».

23. Коварные пирожные

Гидроголовая проблема – проблема, решение которой порождает все новые вопросы.

Одним из подвигов Геракла стала победа над многоголовой Лернейской гидрой, у которой на месте одной отрубленной головы вырастали две новые. Герой справился с гадиной, догадавшись прижигать обрубки.

Спустя неделю Дельфинова больше не могла игнорировать голос своей совести и, не дожидаясь закрытия больничного, вышла на работу. Накопившиеся дела обрушились на неё как девятый вал на Айвазовского.

С каждым годом иностранных преподавателей в академии становилось всё больше, но Алине пока не с чем было сравнить – ведь это был её первый сентябрь на новом месте. Но в любом случае суматоха стояла страшная. Отдел кадров срочно требовал оформленные договоры, бухгалтерии нужны были финансовые документы, которые в свою очередь нужно было добыть у Зайцева, сами профессора с головой ушли в учебный процесс, знакомясь со студентами и налаживая отношения в своих группах. И это только те, кто уже не первый год