Порочный принц - Лили Сен-Жермен

Я нервно сглатываю, меня задевают его слова.

— У меня есть обязательства перед этой семьей.

— Чушь собачья, ничего у тебя нет. — Он хватает меня за плечи и притягивает к себе так, что наши носы почти соприкасаются. — У тебя обязательства передо мной, Эйвери. Я отдал тебе восемь лет своей жизни. И хочу их вернуть.

— Ты меня пугаешь, — тихо говорю я.

В его глазах вспыхивает гнев.

— Я тебя пугаю? — Он отводит кулак и бьет по стене рядом с кроватью, отчего я вздрагиваю.

— Ты и должна испугаться, — кипит злостью Уилл. — Ты должна трястись от страха. Потому что, если ты думаешь, что я смирюсь с этим дерьмом, детка, ты совсем меня не знаешь.

Уилл с силой швыряет меня на подушки, и я лежу, застыв на месте и глядя, как он выбегает из комнаты. Дверь снова хлопает, и я остаюсь одна.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ЭЙВЕРИ

Немного погодя я возвращаюсь на вечеринку, выпив немного аспирина и съев изрядную порцию поданных гостям миниатюрных чизбургеров. Дженнифер, с которой мы большие подруги с самого детства, с тщательной заботой поправляет мне макияж и прическу, а Нейтан поит меня вишневым изотоником Gatorade.

Я не рассказываю им о том, что произошло с Уиллом. Я собираюсь притвориться, что это был дурной сон, пока не осмыслю всё сказанное на свежую голову. И без того слова Уилла о том, что я украла годы его жизни, словно зловредное чувство вины, медленно просачивается в мое тело, свинцовой тяжестью оседая в животе. Вообще, я довольно хорошо умею вычленять какие-то вещи — как-никак, у меня в этом достаточно опыта, — но что-то в его гневе, в застывшем неприкрытом отчаянии в глазах сильно меня ошеломило.

К счастью, рядом мой восхитительный новый жених, который выдергивает меня из любых тревожных грез и мыслей об Уилле.

— Эйвери, дорогая, — говорит Джошуа, бросив на меня взгляд, в котором читается: «Где тебя черти носили?», затем обнимает за талию и притягивает к себе. — Я бы хотел тебя кое с кем познакомить.

Мысленно вздохнув, я надеваю улыбку на свои только что накрашенные губы.

— Показывай дорогу, любимый, — отвечаю я с притворной нежностью, в которой таится смертельный яд.

Следующее несколько минут я провожу, пожимая руки людям, чьих имен не запомню, на чью болтовню мне плевать, таскаю с собой бокал с шампанским, но не притрагиваюсь к нему.

— Тебе не нравится твой напиток? — спрашивает Джошуа, уводя меня в тихий уголок, когда вокруг начинают шуметь люди. — Могу принести тебе все, что захочешь.

— Господи Боже! Спасибо, дорогой, — отвечаю я. — Можешь раздобыть мне другого жениха? Кого-нибудь, кого я сама выберу?

Джошуа смеется, мои оскорбления его мало трогают.

— Случаем не того парня, который недавно был в твоем номере? Уилла Хьюитта? Я был уверен, что ты примешь его предложение и порезвишься с ним, умчавшись в закат.

Я чувствую, как у меня отвисает челюсть.

— Да ладно тебе, Эйвери. Ты не единственная, кто знает тут все ходы и выходы. Я владею неконтрольным пакетом акций отеля Palatial, помнишь?

— Верно, — говорю я. — Вот почему ты всё время здесь шныряешь.

Поморщившись, Джошуа заправляет мне за ухо выбившуюся прядь волос.

— Давай будем честными. Единственная причина, по которой я здесь шныряю, это ты, милая. — Он жестом обводит толпу. — Честно говоря, я уже начал терять надежду, что это когда-нибудь произойдет. Твой отец был невероятно терпелив к твоим желаниям сделать карьеру и завести отношения, прежде чем ты, наконец, приступила к своей основной работе.

Брр. Только не это.

— К своей основной работе?

Он берет у меня из рук бокал с теплым шампанским и ставит его на стол рядом с собой.

— Эйвери, тебе предстоит управлять многомиллиардной компанией. Не говоря уже о том, что придется нарожать кучу детей Капулетти. Знаю, ты молода, но не волнуйся — я здесь именно для этого.

— Спасибо, мой принц, — отвечаю я, и мои слова сочатся сарказмом. — Не знаю, что бы я без тебя делала.

Джошуа улыбается так, словно я капризный, топающий ножкой ребенок.

— Ты такая красивая, когда злишься, — говорит он. — Знаю, ты думаешь, что своим образом снежной королевы защищаешься от меня, но мне всегда нравился холод.

Я открываю рот, чтобы ответить, но не успеваю этого сделать. В ночи раздается громкий хлопок, и все, кто еще находится на внешней террасе, дружно ахают.

Джошуа хватает меня за запястье и рывком притягивает к себе. На этот раз я не пытаюсь его остановить — вытянув шею, я, как могу, стараюсь определить источник шума или, по крайней мере, масштабы бедствия. Первое, что приходит на ум, это, наверное, просто фейерверк. Второе — какого хрена натворил Уилл?

Довольно скоро я получаю ответ. Я оглядываю гостей, но, похоже, никто не пострадал, только напуган. Я ищу глазами своих самых близких и родных — Нейтан и Дженнифер стоят у выхода, по-видимому, ничего не заметив, моя подруга заправляет за ухо свои светлые волосы и хихикает над какой-то историей, которую ей рассказывает Нейт. Дядя Энцо в баре, расположенном в дальнем конце бассейна, протянув руку, ждет, когда ему принесут свежий напиток. А в нескольких шагах от Энцо, у длинного стола, уставленного едой и бокалами с шампанским, стоит мой отец, и у него на лице странное выражение.

Здесь темно, но не настолько, чтобы я не заметила на его белой рубашке красное пятно. Сначала я не обращаю на него внимания, думая, что это просто роза, которую он ранее приколол к пиджаку, но потом замечаю, как круглое пятно расползается, становясь все шире.

— Папа! — кричу я через всю террасу.

Мой отец делает неуверенный шаг к краю бассейна, все еще держась на ногах, с виду совершенно нормальный, если не считать красного пятна на рубашке и странного застывшего выражения лица. Как в замедленной сьёмке, он переводит взгляд на меня, роняет бокал и пытается за что-нибудь ухватиться, чтобы не упасть. Он цепляется рукой за край стола, но это не замедляет его падения в бассейн. Под чей-то пронзительный крик папа ударяется о поверхность воды, и через мгновение до меня доходит, что это кричу я.

Секундой позже заставленный едой стол падает в бассейн, кукурузные чипсы и салфетки разлетаются по поверхности воды, а на том месте, где стремительно погружается на дно мой отец, расползается кровавое пятно. Люди кричат и разбегаются, в толпе творится полная неразбериха, все пытаются протиснуться через ведущие в бальный зал двойные двери и за его