Остров миллиардеров. Часть 2 - Оливия Хиллиер

словно внутри меня сидела чужеродная сущность. И как только это происходило, у меня не оставалось ни единого шанса вернуть контроль. Мне нужно было обратиться к большему числу специалистов, врачей, экспертов в этой области. Я знал это, но знал и то, что существует предел того, сколько из своей истории я вообще могу рассказать.

— Что на Гавайях?

— Доктор Грант Коулман. Он лицензированный врач, нейрохирург и психотерапевт. Сложнее найти человека с более высокой квалификацией. Он только что открыл чрезвычайно закрытую клинику в центре Гавайев, где использует комбинацию как западных, так и европейских методик для избавления организма от зависимостей. До сих пор я слышала только восторженные отзывы от людей, которые выходили оттуда и даже не вспоминали о том, что так долго держало их в своих цепях.

— Насколько ты уверена, что это сработает?

— Судя по историям, которые я слышала, очень уверена. Я знаю, что это нарушает твои границы в плане разглашения определённой информации, но если и есть последнее средство, которое я могу предложить, то доктор Коулман — это оно.

Я вздохнул, вставая и разглаживая складки на рубашке. Не верилось, что я собираюсь это сказать, но это был мой единственный вариант, и дело было больше не в моём эго и не в моих секретах. Это было ради Молли.

— Хорошо, забронируй это на следующую неделю и выкупи всё заведение целиком, чтобы я был там один. Мне всё равно, сколько придётся заплатить. Заставь его и каждого члена его команды подписать соглашение о неразглашении ещё до того, как будут раскрыты любые данные о том, кто я такой. Всё, чем ты можешь с ним поделиться, — это моя тяга к крови. Ничего больше. Остальную часть своей истории я расскажу сам, когда буду там. А прямо сейчас мне пора возвращаться домой к моей будущей жене.

— Но, Генри…

— Да, Лидия.

— Как ты планируешь справляться с позывами в это время?

— Полным отказом. А как ещё это сработает? Мне просто нужно напоминать себе каждое божье утро, что губы любимой женщины мне дороже вкуса её крови.

Я никогда не думал, что услышу от себя эти слова вслух, но на этот раз это была чистая правда.

Глава 15

Элиза

Мне следовало бы провести этот день, изучая все тонкости особняка и узнавая больше о новом мужчине моей сестры, но едва моя голова коснулась подушки, я провалилась в сон. А проснувшись, обнаружила на телефоне четыре пропущенных звонка от Джордана, еще два сообщения от Джонатана и время — 18:30. Черт. Я проспала больше четырех часов, но все равно чувствовала, что могла бы проспать еще часов десять. И это было последнее, чем мне стоило сейчас заниматься.

Я заставила себя встать с кровати, подошла к зеркалу в ванной и застыла, разглядывая свое отражение и брызгая водой в лицо. Воспоминания о том, как Молли выскочила из комнаты после того, как мы обменялись взаимными упреками, нахлынули с новой силой. Меня тошнило. Но мне нужно было посмотреть этой ситуации в лицо — и не просто посмотреть, а действительно исправить все на этот раз. Если это та жизнь, которую Молли нашла и выбрала для себя, я тоже хотела быть ее частью. Я хотела быть ближе к ее миру. Всегда хотела. Не то чтобы я когда-либо это признавала, но с самого дня ее рождения я мечтала, чтобы мы были ближе, хотя сама же и отталкивала ее.

Я взяла на себя обязательство приехать сюда, а значит, должна быть здесь с ней всем сердцем. Работа, Джордан, все, что за пределами этого момента, может подождать. Эта неделя — особенная для Молли, и как бы тяжело мне ни было, как бы я ни боялась за нее из-за столь серьезного шага, я должна быть рядом. Я должна принять это и встать с ней плечом к плечу. Должна. Смогу. Я знала, что смогу. Мне нужно было лишь остановиться, глубоко вдохнуть и не реагировать сразу. Я научилась этому у психолога на работе, когда обращалась за помощью по поводу своего брака и пыталась усвоить навыки не тащить работу домой. Я еще не научилась применять этот прием в совершенстве, но если и был момент, когда следовало полностью сосредоточиться на нем, то именно сейчас. Если я не подпущу Молли к себе, если не научусь радоваться за нее в этот миг и в ее чертов день свадьбы, это может стать последней нашей встречей. Возможно, именно этот глубинный страх таился во мне, вызывая тошноту и тревогу от реальности, с которой я не хотела сталкиваться.

Я глубоко вдохнула, снова ополоснула лицо водой и сменила пропотевшую одежду.

Я постучала в двери Лотты и Рейвен, попутно рассматривая роскошную вазу с розами. Ни одна из девушек не ответила, и я решила, что они уже спустились к ужину.

Выйдя из лифта, я оказалась перед большим белым встроенным диваном в центре первого этажа. Молли, Лотта и Рейвен уютно устроились на нем, потягивая шампанское из высоких бокалов и уставившись на Джеки. Та указывала на нечто, похожее на маркерную доску, хотя я разглядела, что это передвижной интерактивный экран на колесиках. Он не выглядел чересчур футуристично, но ничего подобного в Филадельфии я точно не видела.

Молли даже не повернула головы в мою сторону. Лотта взяла бутылку шампанского из ведерка со льдом, налила мне бокал и протянула его, похлопав по сиденью рядом с собой и приглашая присесть.

— Полагаю, твоя сиеста прошла куда более расслабленно, чем наша, — хихикнула Лотта.

— Простите меня, пожалуйста, я просто отключилась. Тяжелый выдался день. Я что-то пропустила?

— Мы как раз разбираем детали свадьбы, — с восторгом пискнула Лотта, и это исчерпывающе объясняло множество изображений белого кружева, украшавших экран за спиной Джеки.

— Мы сейчас о декоре или больше о платье? — спросила я максимально бодрым тоном, надеясь, что простой перемены в моем голосе хватит, чтобы Молли хотя бы повернулась и посмотрела на меня.

Лотта снова хихикнула:

— Определенно о платье! Боже, мы бы точно не хотели декор из такого белого кружева. Чай, не 1950-е на дворе, да и свадьба, технически, на пляже, помнишь?

Я ровным счетом ничего не смыслила в свадьбах. Бывала на парочке за свою жизнь, но своей свадьбы у меня толком не было. Из страха перед необходимостью наряжаться в пышное платье и признаваться в любви перед кучкой незнакомых людей я умоляла Джордана просто