Выжить после предательства - Алиса Мур

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил я, стараясь сохранять спокойствие. Она нервно кивнула, и я отпустил её из кабинета. Нам обоим было над чем поразмыслить… в одиночестве.

Дверь за Ариной закрылась, рухнул в кресло. Сидел в своем кабинете, массируя виски. Голова раскалывалась от напряжения. Арина. Её испуганные глаза преследовали меня. Что она услышала? Напугал ли я её своим резким допросом?

Арина. Моё самое больное место. Она как ребенок, которого нужно защищать от всего этого дерьма. Но как это сделать, если я сам — часть этого дерьма? Боюсь, что правда ее сломает. И тогда я себе этого не прощу.

Лариса… У этой женщины талант появляться в самый неподходящий момент! Собственно, так она и засветилась на моих радарах.

Юная дерзкая девчонка стояла в небольшой компании возле бара, прокручивая в пальцах коктейльную трубочку, о чём-то переговариваясь с барменом.

Она тогда привлекла внимание всех в заведении: походка от бедра, уверенный взгляд, осанка королевы, но отшивала всех, кто подходил знакомиться. Тогда я и увидел, как к ней широким шагом приближалась крепкая фигура.

— Заказывай что хочешь, я угощаю.

Ганс — один из моих конкурентов, и давних врагов. Даже по меркам моих лихих девяностых, этот тип был полным отморозком. Работал грязно, не гнушался ничем, чтобы достичь своей цели. Он всегда был как кость в горле, и избавиться от него оказалось сложнее, чем от зубной боли.

Гнилой человек управляющий гнилым бизнесом. Он не гнушался продажей запрещенных веществ, похищал и воспитывал для продажи девочек только вот вот вышедших из детских домов.

Ухмыльнувшись, я приготовился наблюдать, как очередного самоуверенного ухажера выставят за дверь. Но вместо этого она мило улыбнулась Гансу и что-то прошептала ему на ухо.

— Главное не пожалей об этом, — сквозь толщу музыки прозвучал звонкий женский голосок.

Он резко дернул незнакомку к себе, прижимая к своей груди. В этот момент произошло нечто невероятное.

Лариса, с грацией кошки, умудрилась выскользнуть из его медвежьих объятий и впечатала ему локоть точно в переносицу. Ганс только и успел ойкнуть, как рухнул на землю, заливая все вокруг багровым фонтаном из носа.

Я был в шоке. Не успел опомниться, как Лариса уже налетела на охрану Ганса, которая как раз направилась в её сторону. Двое здоровенных шкафов, с лицами, выражающими лишь тупое повиновение, явно были профессионалами.

Она двигалась как пантера, быстро и грациозно. Удары были точными и мощными. Локоть, колено, кулак — каждый удар попадал в уязвимое место соперника. Охрана падала как подкошенная. Хруст костей, приглушенные стоны. Два охранника лежали на земле, скрючившись от боли.

Я стоял как громом пораженный, не в силах поверить своим глазам. Хрупкая девчонка с весом барана только что уложила профессиональных головорезов. Не видь я это своими глазами, не поверил бы.

Лариса вытерла тыльной стороной ладони кровь, выступившую на ее губе, и посмотрела на меня. В ее глазах не было ни страха, ни раскаяния. Только холодный расчет.

— Прости, — тихо произнесла она. — Пришлось немного пошуметь.

Молчал, пытаясь переварить увиденное до конца.

— Ты кто такая? — наконец выдавил я из себя.

Лариса усмехнулась.

— Просто девушка, которая умеет за себя постоять. А теперь, если ты не против, мне пора идти.

Пальцы судорожно сжимают телефон. "Ну же, пусть это будет лишь нелепая ошибка," — шепчу, надеясь на чудо. Если бы Арина просто увидела звонок, остался бы пропущенный вызов, но… нет. Она ответила.

Хватаю телефон, надеясь, что все же это простое совпадение. Если Арина увидела вызов, то будет пропущенный, но… нет! Она ответила.

С тяжелым предчувствием включаю запись с камеры. Вот она входит, такая юная, такая светлая, с кипой бумаг в руках. Ангел во плоти, не иначе. Звонок… Сначала она колеблется, но любопытство, эта вечная искусительница, берет верх.

Тишина… Потом резкая перемена в лице. Кровь отступает, оставляя лишь мертвенную бледность. Она шатается, едва удерживаясь на ногах.

Черт возьми, Арина… Меньше всего на свете я хотел, чтобы ты узнала правду.

Доверять нельзя никому. Это золотое правило моего мира. Но Арина… В ней было что-то такое… чистое, наивное. Она мой личный луч света в этой кромешной тьме, окружающей меня. Именно поэтому я не мог понять, как мне поступить. Желание защитить её разрывало меня изнутри, но я не мог позволить себе проявить слабину. Слишком много стояло на кону.

Открываю конверт, внутри флешка. Лиса, как всегда, сделала всё в максимально короткие сроки и чисто. Проверяю информацию, каждый новостной канал пестрил заголовками о смерти известного бизнесмена.

Ирония судьбы, не иначе.

Копал яму другим, а свалился в неё сам. Хотя какая ирония? Скорее, закономерность. В моем мире рано или поздно все возвращается бумерангом.

Встреча с партнерами прошла словно в дурном сне. Натянутые улыбки, вымученные рукопожатия, заученные фразы о блестящих перспективах… Казалось, я — актер в какой-то дешевой постановке. Но даже сквозь эту маску ледяного равнодушия чувствовалось напряжение. Каждый взгляд — как рентген, просвечивающий насквозь. В моем мире расслабляться — непозволительная роскошь, чреватая последствиями.

— Ты чего такой кислый, кот? Мышь перегрызла хвост?

— Все в порядке, вот, держи свою драгоценную флешку, — Антон, старый друг и один из немногих, кому я доверял, всегда видел меня насквозь, за что я его иногда и придушить готов был. Слишком любопытный нос! — И впредь не теряй такие важные штуковины.

Он хмыкнул, пряча флешку в карман пиджака. Знал ведь, зараза, что я так просто не отделаюсь. Ладно хоть сейчас не стал устраивать допрос с пристрастием. Старшему Громову я доверял, как самому себе, но даже ему не стоило знать все секреты моей кухни.

— Кстати, как там твоя трактористка-терминатор? — Друга слегка передернуло от одного воспоминания. Видимо, Демид красочно живописал ее подвиги. Я с этой фурией еще не сталкивался, но предвкушал встречу.

— Пока жива и относительно здорова, хотя насчет последнего пункта все же сомневаюсь. Я уже всерьез подумываю попросить тебя о помощи, — с сомнением посмотрел на друга. Не в его это стиле — воевать с представительницами прекрасного пола. Разве что словесно. — Дикая, как кошка, а характер… хуже, чем у стаи голодных гиен. Боюсь, в один прекрасный день она разнесет мне весь участок к чертовой матери.

— Да ладно тебе, не преувеличивай! Приручишь свою кошечку, куда она денется. Главное — правильный подход. Ты ей пряничек, а она тебе — мур-мур. Хотя, зная твой характер, боюсь, вы скорее перегрызетесь, чем найдете общий язык. Но ты держись там, крепись! Если что, зови на подмогу,