Point/Точка - Вероника Благосклонная

Экран телевизора гаснет, Джастин удобнее разваливается на мягком диване, подминая подушку под себя. Пряди отросшей светлой челки падают на лоб. Ему так идет. Он выглядит очень привлекательно.

Разумным было бы подняться в свою комнату, забраться на кровать, но сонливость не позволяла ему даже оторвать голову от подушки.

Кто-то заботливо гладит его волосы, проводит пальцами по скулам, очерчивает красивые губы. Джастин думает, что это Нэл. Она всегда так нежно к нему прикасалась, а он млел, тихонько мурлыкая от удовольствия. Он сонно протягивает руку, накрывая ладонь и вдруг понимает, что рука мужская. Точно. Над ухом раздается слабый смешок, вынудивший его открыть глаза. Над ним нависает фигура брата.

— Нэл, Нэл….- бормочет тот с насмешливой улыбкой. — Ты все еще до безумия любишь свою подружку?

— Хватит. — сухо обрывает Джастин. Ему не хочется слушать на этот счет ровным счетом ничего. Он отталкивает руку брата от себя и хочет отвернуться.

— Любовь — пустая трата времени. — тошнотворно спокойно заявляет гаденыш. — Тебе придется выкинуть ее из головы. У нас большие планы на тебя, малыш.

Бибер хмурится. Ему не нравятся даже мысли об этом.

— Мне так жаль…. — Маэль без всякого сожаления во взгляде протягивает руку и снова касается его волос. — Но тебе придется.

— Придется? — Бибер слегка приподнимается на диване, вскидывая брови. — У нас большие планы? У кого «у нас»? — ему интересно. Юношеское любопытство дает о себе знать. Холдейн ухмыляется. Смотрит на блондина словно стеклянным, холодным взглядом. Хладнокровная скотина.

— Что ты молчишь? — Джастин теряет терпение. Он сверлит брата недовольным, не менее холодным взглядом. И замечает, что Маэль стал сильнее. Бледное, более взрослое, пугающе красивое лицо, только вот прическа не изменилась.

— Я у тебя одну вещь оставил….- небрежно протянул старший брат, склоняя голову вбок.

— Не переводи тему. — Бибер буквально рычит. Его это задевает. — Ненавижу, когда ты говоришь загадками.

Маэль улыбается, невозмутимо достает пачку сигарет из кармана и вынув одну, подносит ее к губам.

— Боишься?

— Нет. — Джастин даже не моргает, он поджимает под себя ноги, удобнее усаживаясь на диване.

— Тебя никто не обидит… — спокойно говорит Маэль, подкуривая и приземляясь на кресло напротив. — Пока ты делаешь то, что я говорю, мальчик.

— Я не о себе беспокоюсь. — фыркает Бибер. Зная, на что способен этот бездушный гаденеш, есть повод волноваться за безопасность близких людей.

— Ты можешь договориться. — невзрачно бросает парень. Поднимает руку, рукав подкатанной черной рубашки оголяет предплечье, локтевой сгиб. Джастин жадно смотрит, пробегаясь взглядом по руке брата. Он видит потемневшие синяки на сгибе. Следы от инъекций. Холдейн замечает, улыбается и опускает рукав до самого запястья.

— Ты с ума сошел. Фу. — холодно заявляет Бибер, морщась. Его брат наркоман. — Это отвратительно.

— Что ты об этом знаешь, мелкий? — насмешливо выкинул Маэль, скривив губы и выдыхая дым. — Мамочка научила, что это плохо? — он пренебрежительно вскинул брови и с вызовом взглянул на младшего брата. — Это мой выбор.

Джастин сузил глаза, гордо вскинув подбородок одарил Холдейна презрительным взглядом и отвернул от него лицо.

— Я никогда не стану делать то, что хочешь ты. — твердо произнес он, вытягивая ноги на стол. — Когда ты запомнишь? Я не подчиняюсь.

Ехидная улыбка озаряет лицо брата. Он хрипло смеется. Но смех его лишен всяких эмоции. Он будто не настоящий, совсем не искренний. Он настораживает.

Джастин не боится. Просто неприятно.

— Что ты видишь в своей жизни? — Маэль не сводит с него глаз. А взгляд холодный и изучающий. — У тебя нет власти. Тебя не боятся, потому что ты стал сопляком. Малолетняя девченка сделала тебя таким. Ты смущаешься, как беспомощный мальчишка. Вот что отвратительно. Никому не нужная любовь делает тебя слабым. Зависимым и слабым.

— Так говорит человек, который никогда не любил. — Бибер ничуть не смутился. Он знал о чем говорит. Та самая «малолетняя девченка» — самое дорогое, что у него есть. Она девушка, ради которой он живет и держится. Она научила его ценить, уважать, бороться. Она сделала из него мужчину. — У тебя совершенно неверное представление о любви. Чувства бывают очень сильными и порой спасительными.

— Чувства- для слабаков. Вроде тебя. — Холдейн смеется. Ему весело. — Впрочем… ты скоро сам все поймешь. — Маэль поднимается с кресла. Во время. Он будто чувствует. Входная дверь отрывается, в дом проскальзывает Том.

Сначала он улыбается, попарвляет кожаную сумку на плече, смотрит на диван, замечая растерянного Джастина и только потом замечает его брата. В воздухе зависает напряжение.

— Что здесь делает «это»? — на Холдейна Том даже не смотрит. Смотрит на Бибера и принебрежительно кивает в сторону старшего брата.

Брюнет настроен решительно. Он переводит ледяной взгляд на Маэля, который считает все это забавным.

— Не трогай его. — Джастин обращается к Тому, но не сводит глаз с брата. Он не хочет, чтобы у Тома были проблемы в лице своего окончательно сумасшедшего братца.

— Иди на кухню. Я сейчас приду. — холодно говорит Бибер лучшему другу. — А ты собирался уходить. — он встает с дивана и поворачивается к Маэлю. Указывает рукой в сторону двери. — Не смею задерживать.

Уже спустя пять минут блондин вошел в просторную кухню, поправляя волосы и сонливо зевая.

— Он трогал тебя? — первое что спросил Том. В его голосе сквозила ревность. Он стоял у барной стойки, на которой уже распологались два стакана и бутылка с коллекционным виски.

— Нет. — Джастин подошел к Тому, коснувшись пальцами руки друга. — Лучше не связывайся с ним. — он покачал головой, поднося полупустой стакан с алкоголем ко рту. — Он не понимает шуток.

Они разговаривали. О разном. Сигаретка за сигареткой. Стакан за стаканом, неспешными глотками. Чтобы исчезла та тишина и легкое напряжение, оставшееся после ухода брата Джастин включил музыку. И сейчас он соблазнительно двигался на месте, а Том властно следил за гибкими покачиваниями бедер друга.

Рука Бибера потянулась за алкоголем. Ловкий Том успел перехватить полупустой стакан и оставить его подальше от загребущих ручек блондина.

— Хватит пить.

Губы Джастина озарила томная улыбка.

— Я не пьян. — покачал светловолосой головкой парень и чуть приблизился к брюнету.

— Я вижу. — Том засмеялся, с жадностью смотря на пухлые губы Бибера, на которых играла слегка развратная улыбка. В отличие от Джастина Флетчер всегда держал себя под контролем.

— Может в клуб? — красавец невозмутимо подошел в плотную к расслабленному Тому и небрежным жестом ухватил того за воротник клетчатой рубашки.

— Ты не ответил на мой вопрос. — заметил Флетчер,