Point/Точка - Вероника Благосклонная

идиотом, когда говорю тебе о своих чувствах, а ты не с понимаешь меня. Ты не хочешь слышать. Жаль. — он не хотел смотреть на нее, поэтому рассматривал документацию. — Наверное, я слишком требовательный парень. Я ограничиваю тебя, да? Прости. Я просто размечтался, когда думал, что ты полностью отдана мне.

Малышка даже слегка побледнела, увидев выражение его лица. Она заставляет его волноваться. Это ужасно.

— Глупо отрицать, что ты выглядишь невероятно. Мне было бы приятно, если бы ты сказала «Я оделась так для тебя и хочу провести этот вечер с тобой». Но ты пришла лишь для того, чтобы подразнить меня. И сейчас уезжаешь не пойми куда не пойми с кем. Что ж это твой выбор.

Нэл не понравился его тон. Таким тоном обычно сообщают погоду. Хотя и то, наверное более эмоционально. А в его голосе не было никакой злости, или раздражения, или ревности. Джастин у нее спокойный в последнее время. И на его отчужденный взгляд и тон, полный безразличия ей нечего было ответить.

— Если тебя изнасилуют, я не буду успокаивать тебя, когда ты будешь плакать. — сухо произнес он. — А сейчас уходи. Хватит испытывать мое терпение. — он пообещал себе, что больше ни слова ей не скажет. И когда она молча протянула руку, запуская пальчики в его волосы, чтобы погладить его по голове- он не двигался и не реагировал. Было обидно, но он переживет. С его губ не сорвалось больше ни единого звука, даже когда девушка развернулась и зашагала к двери. Когда бесшумно открыла дверь и исчезла за ней, в тусклом свете пустого коридора. Он остался один и сразу почувствовал себя брошенным на улице котенком.

От усталости уже тошнило. От обиды тоже. Яркий свет резал глаза, поэтому парень незамедлительно выключил свет и включил тусклую настольную лампу, погрузив свой кабинет в расслабляющую атмосферу.

Он грустно улыбнулся и опустил подбородок на свои лежащие на столе руки.

— Я все равно люблю ее. — тихо прошептал Джастин, как будто убеждая себя в этом. Стало немножко легче- в искренности своих чувств он нисколько не сомневался.

Он просто лежал и думал. Работать не хотелось. Но ответственность, за поставленную перед ним задачу брала верх. Он должен закончить то, что начал.

Дверь неожиданно приоткрылась. В кабинет совершенно спокойно вошла Элеонора и закрыла за собой замок. Он поднял голову и сначала, когда он потер глаза кулачками, ей показалось, что он плачет. Она приоткрыла губы, мысленно ругая себя за то, что довела его. Но нет. Он не плакал. Она поняла это секундой позже, когда просто встретилась взглядом с его усталыми глазами. Они слегка блестели в тусклом свете лампы, но в них не было слез. Она облегченно выдохнула и неторопливо прошла к мягком креслу в углу комнаты. Мягко опустилась в него и положила ногу на ногу.

Он был удивлен, она знала. Но не показывал виду. Приложил ладонь ко лбу, а потом снова уставился в свои бумаги. Она молчала, не смея его беспокоить. И так слишком много глупостей она натворила за сегодняшний вечер. Она не хотела, чтобы все получилось так, как случилось. И оставлять его одного она не хотела тоже. Но от нее в этом случае мало что зависело.

Почти не двигаясь малышка сидела в кресле и наблюдала за своим любимым. Смотрела, как двигалась его рука на бумаге, как он иногда приоткрывал губы и делал усталые вздохи. Пряди светлой челки как обычно падали на лоб, но ему они не мешали. Он внимательно перечитывал, то что должен подписать, бегая умными глазами по строчками.

Прошло пол часа.

Она не решалась подойти к нему, потому что думала, что он не захочет. Не захочет, чтобы она к нему прикасалась после своего поведения. Она думала, что он снова уберет свою руку, прежде чем она до него дотронется и не позволит себя целовать.

Она решила, что будет молча находиться здесь, чтобы он не был один.

Правда совсем скоро сидеть надоело. Поэтому она встала со своего кресла и направилась за дверь. Она заметила, как трепетали его ресницы, тенью опускаясь на бледные щеки. Наверное, ему хотелось спать. Поэтому заботливая девушка вернулась в его кабинет спустя 3 минуты и с чашкой кофе. Как он любил. С молоком и без сахара.

Собрав несколько листов, она уместила их в аккуратную стопку и осторожно поставила чашку на его стол.

— Спасибо. — одними губами прошептал парень. Малышка нежно улыбнулась ему и позволила себе положить руки на его плечи, став позади его спины. Аккуратно сжала пальцы, почувствовав как он напрягся и слегка вздрогнул. Тогда девушка положила руку на его щеку и нежно погладила. Хорошо, что она не видела, как он облегченно прикрыл глаза с желанием потереться щекой о ее ладонь.

Нэл почувствовала- его тело отвечает на ее прикосновения. Иногда слова не могут быть настолько искренним, как чувства. Она все так же стояла позади него, обнимая его за шею и уткнувшись носиком в его волосы. Губы коснулись макушки, а ладошки поползли по его груди, поглаживая и лаская. Она наклонилась, прижимаясь губами к его шее и нежно целуя его кожу. Он отвлекся, перестав писать. Глаза сами собой снова закрылись.

Нэл оставила поцелуй за ушком, плавно переходя к щеке и остановилась в уголке его чувственных губ. Ее ловкие пальчики стали расстегивать рубашку, а руки наконец коснулись его гладкой, горячей кожи. Он повернул голову в бок, позволяя ей целовать его рот.

— Никогда не сомневайся в моих чувствах. — прошептала она, не желая останавливать поцелуй. — Я слышу тебя и все понимаю. И ехала сюда, чтобы увидеть тебя. Потому что очень соскучилась.

— Ты все равно уедешь. — уверенно прошептал он, прикрывая веки.

— Но пока я с тобой. — возразила мягко она.

— Мило с твоей стороны. — пробормотал блондин ворчливо.

— Думаешь мне хочется куда-то ехать? — вскинула брови малышка, грациозно двигаясь вокруг него и ловко уселась к нему на колени. — Я очень сильно хочу остаться с тобой. Но дядя….- она опустила голову. — он заедет через час. — нежно провела ладонями по его расслабленным рукам, довольствуясь сильными мускулами под горячей кожей.

Он молчал. Хотя хотелось фыркать от возмущения, но он был слишком горд для этого.

— То есть у нас есть час? — спустя несколько минут поинтересовался он, сузив карамельные глаза.

Девушка тепло улыбнулась и кивнула.

— Уложишься? — игриво хихикнула.

Он не ответил, а она в следующую секунду оказалась сидящей на столе, бумаги посыпались на пол, а его стул отъехал в