Мирослава и ее Гекатонхейры - Виктория Аш

Я только подняла руку, чтобы активировать «беспамятство», как вокруг мужчины появилось свечение, и путы рассыпались пеплом у его ног.

— Это впервые, когда нужная мне информация была добыта так быстро! — С Герда будто спала маска; он стал серьезным и устрашающим.

От расхождения в сценарии я растерялась, но все же подняла руку и произнесла команду вслух:

— Безпамят…

Я не смогла произнести слово до конца, так как мужчина оказался чудовищно быстрым. Он зажал мне рот одной рукой, а другой удерживал руку с кольцом.

— Интересная вещица! — прокомментировал мое кольцо Герд, после чего я перестала чувствовать свою руку.

— Если не хочешь остаться без руки, то теперь ты будешь отвечать на мои вопросы. И чем быстрее, тем лучше для тебя! Это место высасывает жизненные силы. Ты ведь почувствовала, как стала слабее, оказавшись здесь?

Он думает, что обхитрил меня! Я ведь всегда могу мысленно озвучить просьбу, только момент упущен, а рука в плену.

А я ведь и чувствовала ловушку, но сослалась на паранойю! Но ничего! Мысленная просьба «скрыть кольцо», чтобы обезопасить себя. Дам повод думать, что он победил, а потом сотру ему память. И нужно действовать быстрее, быть выпитой — не лучшая участь. Хоть я и не понимаю до конца, как действует это место, но усталость ощущается.

Пришлось во всем признаться, или почти во всем; на это было две причины.Он может помочь мне достать камень, но его методы избирательные. Вроде как он ничего не делает, но это было ощутимо и, мягко говоря, неприятно.

Я рассказала о том, что меня заставили прилететь сюда и достать камень любой ценой. Иначе меня ждет смерть. Для чего заказчику нужен этот камень, мне не известно. По сути, я и не соврала, ведь я не собираюсь помогать и не подчинюсь. Работа на гекатонхейров — мой билет к нормальной жизни среди них. Обездвиживающий холод от руки распространялся дальше по телу, с каждой минутой мне становилось всё хуже, язык переставал слушаться, слова путались. Последний эффект я поняла сразу, поэтому тему с кораблём оставила на потом, надеясь на то, что не смогу говорить, и пытка закончится. Хоть я и собиралась стереть память у Герда, но вдруг у него есть на это свои хитрости. Он может уничтожить мой корабль, а без него мне будет трудно.

Так и вышло…

— Как ты собираешься вернуться обратно?

— Мой космолет…

— Но он же сломан!

— Это иллюзия, и только я могу её снять.

Глаза от бессилия стали закрываться, и последнее я сказала с большим усилием, так как это было действительно важно для безопасности моего космолета и меня самой.

Я проваливалась в темноту. Услышала недовольство Герда на грани яви: «Вот же, богиня поднебесная!» Холод стал отступать, но это не смогло вырвать меня из липких лап темноты.

* * *

Мне снилась пожилая цыганка в широких юбках, звон монет, а из ее тонких сморщенных губ доносился шепот: «Беги. Здесь твоя погибель. Беги.» Я убегала от неё, но её слова снова и снова достигали меня.

Я проснулась в холодном поту и, как учила бабушка в далеком детстве: «Если приснился дурной сон, посмотри в рассветное окно, и сразу всё забудется». Я так и поступила, стараясь не вспоминать детали. Давно мне ничего не снилось.

— О, очнулась! Хвала богине! — обеспокоенный голос вырвал меня из моих мыслей. Это был Герд. Он хлопотал надо мной. — Как же ты меня напугала! Я немного не рассчитал, ты чуть не умерла! Какая же ты хрупкая!

Его слова сопровождались тем, что он поил меня чем-то горьким, но с каждой ложкой ясность и облегчение приходили ко мне. Мне подумалось: «Почему меня не поили чем-то подобным у лекарей?» Эффект потрясающий, несмотря на вкус. Оказывается, у меня была лихорадка, а я подумала, что это от сна — очнулась вся мокрая. Проснулась я ближе к вечеру в доме Герда, который заботился обо мне так, словно я ему дорога. Хотя, возможно, это просто его воспитание. Здесь ведь царит матриархат. Женщин любят и почитают. Благодаря его заботе я невольно прониклась симпатией к нему, забыв о том, что именно он довел меня до этого состояния.

Несмотря на микстуру, меня снова стало клонить в сон, но перед тем как уснуть, Герд завел разговор:

— Я помогу тебе в обмен на такую же помощь. Без меня ты не сможешь справиться со своим заданием. Можешь верить или нет, но это так. Даже если я тебя не выдам, твои попытки потерпят неудачу. Но сейчас не об этом. Давай поговорим о том, что нужно мне.

Ты ведь видела, как даже собственная сестра обращается со мной на людях! И это только на людях! Что творится ночью за закрытыми дверями, тебе лучше не знать!

Будучи ребенком, я думал, что если займу значимую должность при дворце матери, то получу иное обращение к себе — уважение. Но как бы я ни старался, все было напрасно.

Я собрал отряд самых сильных воинов и провёл их через тропы, усиливающие магию. Были потери, но выстояли лишь самые сильные, и это того стоило. Мой отряд и я — самые сильные на всей планете. Но, вернувшись, вместо признания мы получили тысячи приглашений на поляну любви. Нас воспринимают лишь как идеальных самцов для продолжения рода, и на этом всё!

Шестерых воинов забрали в гаремы против их воли, и только те, за кем стоят влиятельные семьи, смогли остаться служить подле меня, своего капитана, но и их скоро сломают.

Если не знаешь, что такое поляна любви, то это место, где выбирают мужа. Так вот, вернемся к просьбе. Ты увезешь меня и мой отряд от этой безнадежности! А я помогу тебе достать камень луарин!

Я слушала внимательно, но, как бы я ни желала помочь, его идея не очень-то совместима с реальностью.

Проникнуть через атмосферу их планеты довольно непросто. Она плотная, как тягучий кисель, не такая, как на других планетах, будто пропитана магией, и сама планета не пропускает никого извне.

— Это невозможно. Мой космолет только для одного пассажира! Для пилота! Но даже если я вернусь за вами, это тоже нереально. У меня нет достаточного большого корабля, а чтобы купить его, нужны огромные деньги, которых