Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов - Юлия Сергеевна Ханевская

В ту же секунду вода ожила и заскользила тонкими лозами по нашим рукам.

— Я вверяю Богине две души, — заговорил маг. — Они пришли к ней обнаженными, как в минуты своего рождения. Они явились преисполненными надеждой на ее благосклонность. Да примет она их союз! Да одарит светом любви! Да оросит целебным эликсиром сердца!

Старик вскинул руки в молитве и сделал шаг назад от алтаря.

Я завороженно следила за переливами мерцающей жидкости.

Кристофер убрал ладонь с моей, зачерпнул воды и повернулся ко мне. Взглядом показал сделать так же. А затем медленно и осторожно омыл мое лицо, начиная со лба и двигаясь вниз, к губам. Задержал ладонь на щеке, мягко проводя большим пальцем в сторону, поглаживая мокрую кожу.

Я завороженно смотрела на него, пытаясь словить хоть одну эмоцию, но граф был абсолютно спокоен.

Пришла моя очередь. Я растеряла большую часть воды, пока поднимала руку, но какая-то доля все равно осталась.

Удивительно, как интимно, оказывается, прикасаться к чужому лицу.

Проводить кончиками пальцев по линии роста волос, убирая мокрые пряди со лба. Касаться тонкой кожи век, стирать мерцающие капли со скул и щек, медленно продвигаться к губам. Интересно, какие они на ощупь?

Я замерла от этой мысли, задержав ладонь на щеке графа. А затем быстро убрала ее, опустив и сжав в кулак. Резко захотелось скрыться от непроницаемого внимательного взгляда мужчины, остаться наедине с собой.

Маг вновь заговорил, вороша тишину, как охапку осенних листьев. Шелест его тихих слов доносился будто издалека.

— Пусть это кольцо скрепит союз безмолвных обещаний, что дали друг другу ваши сердца.

Смысл ускользал от меня. Я не могла ухватить его, дабы понять нечто очень важное.

Старик достал из воды на алтаре тонкое золотое колечко. Протянул его Кристоферу.

Тот взял мою ладонь в свою и аккуратно надел на безымянный палец символ того, что теперь я его супруга.

Жена по договору.

Всего на год.

Глава 16

Следующие несколько дней прошли для меня, как в тумане.

В поместье прибыло много незнакомых людей: рабочие, которые должны были отстроить за короткий срок сеть мастерских по созданию артефактов. Для них был организован черный ход — новые ворота в противоположной стороне от тех, что вели к особняку.

Это было одним из моих условий, которые граф сразу же взялся исполнять. Что, несомненно, радовало. Проконтролировав первые организационные моменты, я переложила дальнейшее на Оскара, а сама устроила себе выходные, как и хотела.

Я прокручивала в памяти ритуал бракосочетания, и не могла понять, что меня в нем так сильно цепляло. Странное чувство легкого дискомфорта, который еще не перерос в тревогу, скручивалось в груди тугим узлом.

Сначала подумала, дело в эмоциях, захлестнувших в момент церемонии. Кажется, Кристофер начинал мне нравиться, и взять под контроль это было сложно.

Потом я стала ловить на себе его взгляды. В те короткие моменты, когда мы сталкивались друг с другом. Что случалось по истине нечасто — еще один огромный плюс. Зря я переживала о совместном проживании. Он смотрел на меня как-то по-особенному. Желал доброго утра или вечера, и завершал на этом общение, исчезая из вида.

Может ли быть такое, что моя неожиданная симпатия оказалась взаимной?

Но сразу за этой мыслью грудь неприятно сдавило, и навязчивое чувство дискомфорта переродилось в нечто большее.

Кажется, у меня развивалась паранойя! Которую с радостью подогревал мой стайх, начавший вести себя крайне странно.

Во-первых, он постоянно заседал в кустах, не показываясь на глаза чужакам. Даже Розалин и ее гувернантка еще не встречались с ним. Днями пропадал в лесу и давал о себе знать лишь ночью.

Во-вторых, выбираясь из засады, он всячески пытался попасть в дом. А конкретнее — ко мне в спальню.

Появлялась я на улице редко, еду мне приносили в покои, а желание пообщаться с кем-нибудь с каждым днем таяло, словно дым. По работе в теплицах я отдала поручения Отраде и Риске, предупредив их, чтобы меня не тревожили несколько дней, а затем, с чувством выполненного долга предалась прокрастинации и лени.

Где-то на подкорке сознания мигал тревожный огонек неправильности происходящего, но едва я хваталась за тонкую нить истины — та обрывалась, оставляя меня ни с чем.

Я просыпалась, завтракала, читала, спала, просыпалась, снова ела и опять читала.

Все повторялось по кругу, периодически разбавляясь коротким выходом во двор, дабы подышать свежим воздухом и оценить, как быстро деревья лишаются яркого осеннего покрова.

Дни слились в одни бесконечные сутки, а когда цепочку разорвал стук в дверь, оказалось, что пошла уже вторая неделя моего добровольного заточения. На пороге стояла Отрада. Она выглядела взволнованной и часто оглядывалась через плечо.

Она ни разу еще не поднималась на второй этаж.

— Что случилось? — сонно протянула я, растирая слезившиеся после внезапного пробуждения глаза. — Я же просила меня не беспокоить…

— Простите, госпожа, но у меня уже просто не получалось его игнорировать!

— Кого?..

— Его!

Тут меня чуть не сбил с ног ворвавшийся в комнату стайх. Я так и не придумала ему имени, а видела последний раз, кажется, вечность назад.

Едва добравшись до меня, он начал кружить вокруг, тереться о ноги, обнюхивать, грозно рычать и бесцеремонно тыкаться своим горячим носом в мой живот и бедра.

— Что ты творишь! — слегка оживилась я. — А ну кыш! Уйди!

— Он уже который день покоя мне не дает, хозяйка! — сокрушалась Отрада. — Хватает за одежду, тянет из дома! Появляется лишь к ночи, а как пробирается с улицы — вовсе загадка! Сегодня же, вот, решила позволить зверю отволочь меня, куда ему требовалось. Оказалось, сюда!

Я часто заморгала. В голове поднялся шум, а сердце ускорило ритм. Растерев лицо, приложила тыльную сторону ладони ко лбу.

— Боги, сколько я тут?

— Десятый день, госпожа Амелия. Мы уже волнуемся. И не зря, вижу… Бледненькая вы какая-то, да исхудали совсем. Муженек-то ваш, зато, цветет и пахнет! Ходит по поместью, командует. Правда, мрачный такой, злой. Не может источник найти.

Я отступила к кровати и села на край.

Странно, после ритуала он ведь является таким же хозяином поместья, как и я.

Ритуал…

В висках кольнуло, а в груди стало еще тяжелее.

Что-то не так с ритуалом.

Стайх взобрался следом за мной и теперь пытался вылизать мне шею и лицо, отчего я всячески уворачивалась. Он издавал смешные звуки, ворчал и недовольно фыркал, настойчиво исполняя лишь ему известную миссию.

— Что за наглость, отстань! Фу, Ворчун, фу! — попыталась отпихнуть зверя,