Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов - Юлия Сергеевна Ханевская

К горлу подкатила тошнота.

Перед глазами вспыхнул зеленый свет, и я вспомнила, как кто-то вжал меня в стену подземелья.

— Госпожа! Что с вами? Что мне сделать? — заголосила Отрада, в панике бегая передо мной из стороны в сторону. — Это из-за меня? Из-за того, что Ворчуна привела?

— Кого?..

— Ну этого! — она кивнула на стайха. — Вы ж его так только что назвали.

Я простонала, плохо соображая от боли.

— Погодите, я сейчас приведу Риску! — жалобно пискнула Отрада.

— Нет, стой! — рявкнула я, неожиданно громко.

Женщина застыла столбом, на полпути к выходу.

— Закрой дверь. Дай мне воды, пожалуйста. Там кувшин.

С каждым словом голос звучал слабее. Я зажала рот ладонью, боясь вырвать.

Дико раздражал стайх, елозивший шершавым языком по моей щеке. А еще, каждый звук отдавал в голове набатом.

Не знаю, как я пережила последующий час. Так плохо мне не было даже после студенческих вечеринок, прожитой в другом мире юности.

Голова разрывалась на части, любое прикосновение оказывалось болезненным и раздражающим, а еще — меня долго рвало какой-то жуткой субстанцией. Зеленоватой, светящейся в полумраке. Чем-то между жидкостью и газом, походившим на густой туман. Если бы не Отрада, кружившая вокруг и вовремя подставляющая емкости, которые только смогла найти в комнате, покои на ближайшую неделю превратились бы в нежилое помещение.

Хотелось умереть, лишь бы все это прекратилось.

К счастью, до такой крайности не дошло. В какой-то момент я поймала себя на том, что лежу на спине поперек кровати и ощущаю себя упавшей с небоскреба тряпичной куклой. Сил не было вообще ни на что, даже на поворот головы.

Отрада сменяла влажные полотенца на моем лбу и лепетала о неизвестной болезни, которую я могла подхватить от столетней зверюги.

— Оскар рассказал, что зверь окаменелым был! Не просто так ведь! Наверняка заразу какую выпустили вместе с этим ископаемым!

Стайх — так и быть, пусть будет Ворчуном — не обращал внимания на враждебный настрой помощницы. Залез на меня сверху и вдавил в матрас еще сильнее. Я даже пальцем не шевельнула, чтобы его спихнуть. Он уложил голову мне на живот и заурчал, как кошка. От него начали исходить волны теплой энергии.

Я прикрыла глаза.

И словно перенеслась на песчаный пляж, оказавшись очень близко к морской воде. Она омывала тело и лечила разум от последствий заклятья.

Заклятья!

Выстроенная кем-то посторонним стена в голове рухнула, освобождая воспоминания.

Я же отказалась от ритуала!

А Кристофер не принял этого и…

Распахнув глаза, резко села. Слабость больше не вдавливала меня в кровать. Ворчун недовольно фыркнул и попытался завалить обратно, опершись лапами мне на грудь. А ведь это он помог сбросить чары!

Обхватив золотистую морду, звучно чмокнула теплый нос и тут же спихнула стайха с себя. Вскочила и принялась нарезать круги по комнате.

— Госпожа Амелия, вы пугаете меня, — донесся до воспаленного сознания дрожащий голос Отрады. — Мне точно не надо позвать Риску? Она у нас в лекарских штучках хорошо разбирается…

— Не надо никого звать, — оборвала ее речь я, отмахнувшись.

Боги, какая же я глупая! Поверила графу, впустила его в свой дом, заключила договор, согласилась на фиктивный брак. А он скрыл от меня нечто очень важное! А когда я начала догадываться о подвохе — просто заколдовал! Стер память!

— Вот же сволочь!

— Я?

Я остановилась, находя взглядом Отраду. Кажется, мое поведение и правда ее здорово напугало. Представляю, как все это выглядит со стороны.

— Ты молодец, — попыталась улыбнуться и добавить в голос мягкости. — Никому не говори, что тут произошло, ладно? Ни единой живой душе. Поняла?

Она медленно кивнула.

— Спасибо, что привела моего фамильяра.

— Ф-фамильяра?..

— Теперь он будет жить здесь. Надо бы смастерить лесенку, чтобы повесить ее снаружи недалеко от окна, — я указала себе за спину. — Чтоб Ворчун мог выбираться на улицу, не показываясь на глаза новым жильцам дома.

— Х-хорошо. Я передам Оскару.

— А сейчас иди к себе, ты и так потратила полночи, возясь со мной.

— Ой, да вы что! Мне только в радость! — оживилась Отрада. Схватила опустевший кувшин и добавила: — Сначала водички принесу. И прибраться тут маленько надо…

Я согласно кивнула. Вернулась в постель, легла на бок и позволила стайху пристроиться в ногах. Натянула одеяло до подбородка, глядя перед собой невидящими глазами.

Нельзя показывать графу, что его чары разрушены. Неизвестно, как он отреагирует на это. И вообще, было несусветной глупостью говорить ему в лицо то, что думаю. Показывать свой испуг, допытываться правды. Следовало поступить мудрее, отказаться от ритуала уже при Верховном. Или нарушить церемонию как-нибудь…

Но сделанного не воротишь.

Придется вступать в игру и выводить Кристофера на чистую воду другим путем.

Глава 17

Кристофер

В вопросах магии драгхарам верить нельзя — это я усвоил еще во времена, когда мой отец был жив. Он вел с ними дела задолго до официального открытия границ между Норриданом и империей Аднар. Одним из первых сообразил, что в торговых отношениях с крылатыми припрятана золотая жила.

Потомки драконов обладали могущественной магией, но ничего не смыслили в артефакторике. Люди же, построившие города на ней, являлись мастерами в этой области. Не все, конечно. Даже с учетом ежегодного «производства» новых артефакторов академией магии, талантливых магов можно по пальцам пересчитать.

Отец был из таких. Одаренный во многих областях, он являлся не только уникальным чародеем, но и предпринимателем с особой, ни разу не подводившей в выгодных сделках, чуйкой.

Он обучил меня всему, что знал сам. Я перенял его дело и с головой нырнул в работу. К сожалению, интуиция родителя по наследству не передалась. Ни мне, ни Кристин — моей покойной старшей сестре.

В какой-то момент мы с ней столкнулись с ветром, который сбил с верного курса нас обоих.

Моя сестра стала жертвой мерзкого крылатого подонка — худшего представителя их вида. Наши женщины для них экзотика. Запретный плод. И во времена, когда «железный занавес» Аднара только лишь приоткрылся, сюда полетели любители острых ощущений.

Один из таких и стал убийцей Кристин.

Он надругался над ней. Напал посреди ночи, когда она возвращалась со встречи с подругами по академии. А потом бросил у дороги. Как стаканчик из-под выпитого уличного кофе…

Она пришла домой в ужасном состоянии. Мать едва с ума не сошла, когда ее увидела — растрепанную, в разорванной одежде, шатающуюся, как цветок на сильном ветру. Кристин ни слова не сказала, но