Номер 1027 - Владислава Сказова

паника, слишком уж уверенно говорил этот субъект. — Ну ладно, Номи. Я всегда считал, что главное, вызвать растерянность у оппонента, не обязательно вредить, главное выбить почву из-под ног. — И тут Кайвир резко подался вперед. Огромные ручищи словно клещи обхватили за плечи и притянули к широкой грудной клетке. Но и на этом Кайвир не остановился. Низко склонившись, он зачем-то прижался своими губами к моим.

Сказать, что я растерялась, значит не сказать ничего. Столь странных контактов Кайвир себе раннее никогда не позволял. Вроде ничего такого особенного, но что-то в этом касании все же смущало, что-то делало его особенным, ни на что непохожим. Возможно, все дело в том, что у людей на коже в области губ сконцентрировано огромное количество нервных окончаний, и потому даже обычное касание воспринимается так остро. Стоит объяснить Кайвиру эту анатомическую особенность людей, дабы он в будущем не повторял подобных контактов.

Между тем Кайвир наконец-то оторвался от моих губ.

— Какой-то обычай? — как можно более спокойно поинтересовалась я. Кайвир смотрел на меня так, словно не понял сути моего вопроса. — Это прикосновение, — я дотронулась пальцами до своих губ, — оно что-то значит? В нем же, как я понимаю, заложен какой-то смысл? Кайвир с минуту настороженно смотрел на меня, но потом все же утвердительно кивнул. Тогда я решила все же развить тему и понять до конца не известный доселе мене обычай:

— Так что ты вложил в это прикосновение? Что оно значит? — Вопрос вроде простой, но уж больно озадаченным выглядит Кайвир, если я правильно поняла его мимику.

— Что вложил? — Голос «черта» прозвучал как-то непривычно глухо. — Любовь. — Слово было для меня новым и потому совершенно непонятным. Интуитивно я понимала, что момент не самый подходящий для уточнений. Я и так почему-то чувствовала себя так, словно в чем-то провинилась перед Кайвиром. Между тем Кайвир как-то странно смотрел на меня, словно чего-то ждал. Чего? Может, я тоже в ответ должна что-то сделать? Здесь, наверное, тот же принцип, что и с приветствиями: с тобой поздоровались — ты тоже приветствуешь знакомого в ответ. Да и Дорозо ведь говорила, что если смысл какого-либо бытого проявления вежливости тебе не понятен, просто повторяй за собеседником. Ну что ж…

То ли Кайвир уже устал ждать от меня ответа на своё «приветствие», то ли я действительно что-то напутала, но когда я вдруг прижалась своими губами к его, он как будто сначала даже дернулся от меня, но потом… Наверное, я и впрямь что-то не поняла в этих обычаях. Почему-то ответное «приветствие» затянулось и произошло это вовсе не по моей воле. Когда Кайвир после небольшого замешательства пришел в себя, он начал странно себя вести. Почему-то он решил не ограничиваться физическим контактом посредством губ. Я вдруг почувствовала, что мои плечи обхватили огромные руки. Расстояние между мной и Кайвиром стремительно сузилось. Одна рука плавно перетекла мне на спину и не дала отстраниться, как только я было попыталась это сделать. Вторая же рука, не знаю каким образом, оказалось в моих волосах, мгновенно растрепав недавно причесанные волосы. Да и губы… Это совсем не было похоже на то первое прикосновение Кайвира. Как это назвать, я просто не знаю… Я была растеряна, я совершенно не понимала, что происходит. Кайвир вел себя странно, он словно обезумел. Ему словно стало необходимо как можно сильнее прижаться ко мне, словно я была единственным, что имело для него значение в данный момент. Он словно не мог оторваться от меня. Все происходящее казалось мне каким-то нереальным. Я словно кукла висела в руках «черта» и не делала ничего, чтобы освободиться. На меня напала какая-то непонятная слабость. Нет, не такая как при болезни. Когда болеешь, силы покидают, а тут я наоборот чувствовала, что во мне закручивается какая-то пружина. Я не могла и как будто бы не хотела что-либо делать. Мысли путались, хотя тут, наверное, все дело в недостаточной оксигенации мозга: во время «приветствия» дыхание сбилось, мне казалось, что я забыла, как дышать.

Не знаю, сколько это длилось, но когда Кайвир вдруг резко оторвался от моих губ, я поняла, что и у него имеются кое-какие проблемы с дыханием. «Черт» тяжело вдыхал. Казалось, ему не хватало воздуха. Но, несмотря на пока что безуспешные попытки восстановить дыхание, он не отрывал от меня глаз, словно пытался что-то во мне разглядеть. Я же видела его лицо как будто сквозь какой-то туман. Вокруг все вращалось. Как бы между прочим я почувствовала, что он все ещё удерживает меня руками, причем одна из рук черта поглаживает мое плечо.

— Я тебя люблю, — слова Кайвира прозвучали просто оглушающе в этой тишине. Я не знала. что нужно отвечать, что вообще нужно реагировать на его слова. Я молчала, но мне казалось, что возможно он и не ждет ответа. Как будто Кайвир сказал это просто, просто чтобы сказать. Чтобы это прозвучало, и не важно, пойму ли я, что это значит. Просто я должна услышать. И я услышала. И надеюсь, через какое-то время я пойму, что это значит.

Эпилог

Сейчас моя жизнь на Земле кажется мне чем-то далеким и нереальным. Словно до встречи с «чертями» я спала и видела какой-то бесконечный тоскливый сон. А ведь если подумать, то тогда я не жила, я действительно спала. И проснулась я только на корабле эсхорцев. Или же нет, постойте, я проснулась в тот момент, когда очнувшись после атаки на наш город, впервые увидела Кайвира. Тогда на Земле среди руин моей тюрьмы я впервые по-настоящему проснулась. Но действительно жить я начала только когда услышала то самое «люблю». Тогда я действительно не совсем понимала, что именно сказал мне Кайвир, но интуитивно я почувствовала, что это навсегда изменит мою жизнь. Так и произошло.

Я ничего не спрашивала и даже не возражала, когда Кайвир объявил всем на корабле, что я теперь его керьолли (избранница). Этот новый статус обеспечил мне уважение среди эсхорцев не только на корабле, но и в Жилоре, столице Эсхорской империи. По прибытии Кайвир всюду появлялся со мной, дабы утвердить меня в новом статусе. Как ни странно никто не высказывал неприязни. Конечно, присутствовала толика любопытства: еще бы, другая раса, странная внешность, рыжие волосы… Да, пожалуй, мои волосы произвели наибольший фурор. Вот тут я оценила сдержанность «чертей» с корабля. Вот уж не знаю, что их тогда удерживало, возможно, то было особое распоряжение Кайвира, но во время путешествия